Тиртей Начну без обиняков. На Ярославском вокзале в Москве нашли подозрительную коробку. Оцепили территорию, вызвали кинолога. Кинолог, ясен пень, со служебной собакой. А собака, не будь дурой, возьми и сядь рядом с коробкой. Взрывчатка, дескать, здесь есть. Сейчас же приехали взрывотехники и давай коробку обследовать. Пока вскрывали, небось семь потов сошло. А внутри... пять бутылок коньяка!
Ядрена жаба! Сколько ж это получается в тротиловом эквиваленте? Выходит, я вчера с Алкеем за гаражами тоже килограмма два взрывчатки выхлестал и не взорвался? Собака-то ученая, врать не станет. Если коньяк – взрывчатое вещество, а мы его потребляем, и нам хоть бы хны, значит, человек крепче любой постройки. Особенно человек идейный. Я в восхищении! Королева в восхищении!
Стоп. Это мне Алкей говорит. Он уже рюмку опрокинул и пахнет спиртованным виноградом. Стоп, говорит Алкей. Как же они собаку натаскивали? А ну, Барон, изучай тротил, бери носом, запоминай! А сами чекушками стукаются, мол, Вась, не дрейфь, хлопнем чуток, на, занюхай! Собака небось в ароматах и потерялась. Вроде тротил, а пахнет алкоголем. Так и пошло.
Тут Антигон прибегает. Видать, подслушал. Язык высунул, регочет, глаза выпучил. Давно, говорит, мечтаю послужить собакой! У меня на это, мол, особая выучка. Буду, говорит, гулять по всяким чистопрудным бульварам, у маловеров бутылки вынюхивать. Чтоб не подрывали устои общества. Мы, говорит, с Фиестом уже ошейники прикупили...
Рассказывает, а сам свободную стойку делает. Налили мы Антигону рюмочку, по холке потрепали и пошли на дело. Взрывчатку искать. Сами ищем, сами изымаем, сами ликвидируем. Глотательным способом. Настоящие саперы.
