Иван Родин
Иллюстрация pixabay.com
На прошедшей неделе президент в очередной раз сказал о недопустимости принуждения людей к вакцинации, но обязательности для органов власти проводить настойчиво работу по разъяснению людям необходимости прививок. На совещании с правительством Владимир Путин заявил: «Так что давайте пойдем по этому пути, как я уже говорил, спокойно, без всякого шума, без навязывания людям этой процедуры, но пойдем по пути убеждения и принятия своевременно необходимых решений».
При этом президент решил на личном примере показать гражданам ответственное отношение к задаче по достижению коллективного иммунитета. И получилось, что Путин не просто ревакцинировался, а как бы даже перевакцинировался. В предыдущие выходные он получил очередной укол, но спустя буквально несколько дней испытал на себе новинку – назальную вакцину. Он описал эту процедуру как введение некоего порошка, а пресс-служба Кремля разъяснила, что речь идет о спрее. Разногласия в описании картины одного и того же эксперимента вызвали оживление в соцсетях, спровоцировав и сомнения в реальности проведенного опыта, о котором опять было только рассказано. Кстати, потом процедура назальной вакцинации, но, конечно, не Путина, была специально показана по ТВ.
Между тем главным является не столько ревакцинация президента как таковая, сколько демонстрация этим некоего прислушивания к негативному настроению людей по поводу прививок. Путин на это отвечает собственным здоровьем и авторитетом. Точно такой же подход, очевидно, лежит и в основе главного кадрового решения минувшей недели – отставки директора Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Александра Калашникова без указания на ее конкретный повод. Конечно, потом Кремль разъяснил, что это стало результатом личной просьбы последнего к президенту, но в понимании общества это выглядит как наказание за «пыточный скандал» в тюремном ведомстве.
Противоположную позицию – показательное игнорирование просьб снизу на прошлой неделе власти продемонстрировали в «деле ректора Шанинки Сергея Зуева». 59 академиков попросили президента отпустить его из СИЗО под домашний арест, назвав обвинения против него в финансовом мошенничестве «абсурдными». Тем не менее в этой сфере сейчас явно идет свое закручивание гаек. Например, стало известно, что два преподавателя ВШЭ, которые позволяли себе публичную критику власти, в вузе теперь уже не работают. Это двое профессоров с факультета права – федеральный судья в отставке Сергей Пашин и деятель адвокатуры Геннадий Есаков.
Судя по всему, все дело в том, кто обращается к власти. Если это какая-то с точки зрения Кремля незначительная группа, то практического отклика на ее мнение скорее всего не последует. Если же речь идет о пресловутом «глубинном народе», то реакция, пусть и не прямая, происходит. Например, это пауза в обсуждении законов о QR-кодах, которую еще больше затянула история с постом спикера Госдумы Вячеслава Володина и полумиллионом комментариев под ним. Между тем в регионах уже разворачиваются протесты против цифровых ограничений. И, скажем, в той же Казани бабушки на несанкционированной акции запели «Вставай, страна огромная!». Было задержано более 40 человек, около десятка получили административные штрафы. Это отчетливо напоминает о начале выступлений 2005 года против монетизации льгот.
комментарии(0)