Доклад американской разведки с выводом о том, что Иран приостановил свои военные ядерные разработки, стал информационной бомбой. Он де-факто лишил США casus belli для нанесения бомбового удара по иранским ядерным объектам.
Президент Буш на доклад отреагировал нервно и противоречиво. Он вынес из него правду о том, что до октября 2003 года Иран вел военную ядерную программу, теперь приостановил, а завтра может возобновить. На пресс-конференции в Белом доме Буш заявил: «Иран был, есть и будет опасным при наличии знания об изготовлении ядерного оружия». Кондолиза Райс из Эфиопии вторит своему президенту: «Администрация твердо убеждена, что иранский режим остается проблемным и опасным. Мировое сообщество должно продолжать объединяться вокруг принятых Советом Безопасности резолюций». Напомним, что Совет Безопасности уже потребовал от Ирана приостановки обогащения урана.
Министр обороны США Роберт Гейтс, выступая в субботу в Бахрейне, заявил, что Иран представляет угрозу региональной безопасности даже без ядерного оружия. Он сослался на нашумевший доклад, в котором говорится: Тегеран «поддерживает терроризм и нестабильность во всем мире». Гейтс призвал Иран, коль скоро тот признал главный вывод доклада, признать и другие его положения, в частности указание на продолжающуюся поддержку таких «террористических организаций, как «Хезболлах» и ХАМАС». Министр обороны США подчеркнул, что «дестабилизирующая внешняя политика Ирана угрожает интересам США, интересам каждой страны на Ближнем Востоке и интересам всех стран в радиусе поражения баллистической ракеты, разрабатываемой Ираном».
Все эти заявления свидетельствуют: руководство США не готово без боя сменить политику в отношении Тегерана, потому что она является центральной для проведения еще целого ряда политик. Размещение элементов ПРО в Европе теперь не выглядит безусловным приоритетом для европейцев. Польский премьер Туск дал понять, что «озабоченность соседей» Польши будет учитываться при проведении новых переговоров с США по ракетам.
Буш, в свою очередь, обосновывает необходимость развертывания ПРО потенциальными угрозами со стороны Ирана в 20-летней перспективе. В случаях подобной упертости в России говорят: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».
Антииранская непримиримость Вашингтона огорчает. Слишком велика роль США в мире, чтобы они могли позволять себе такой предельный субъективизм в оценках рисков. Это дезориентирует и партнеров, и других влиятельных субъектов международных отношений. Россию, например.
В октябре с.г. министр иностранных дел России Сергей Лавров сказал своему японскому коллеге: «Северная Корея представляет фундаментальную угрозу, Иран – нет». И что же? Джордж Буш продолжает избегать контактов с лидерами Ирана и шлет письмо Ким Чен Иру, несмотря на то что Пхеньян уже провел первое ядерное испытание.
Логики в таких шагах не много. Представляется, что США должны вступить в прямые переговоры с Тегераном. Тактика кнута не работает. Нужен и пряник. Для Ирана таким пряником могут стать гарантии безопасности и снятие экономических санкций.
Однако изменение отношения американцев к иранской проблеме осуществимо при условии признания за Ираном наличия интересов на Ближнем Востоке. Считать, что таких интересов у Тегерана нет, – значит игнорировать одну из самых очевидных реальностей. И еще. Вариант «суверенной демократии» для Ирана реализуется через отстаивание национального права на обладание ядерными технологиями. Игнорирование этого права на фоне Пакистана, Индии и Израиля, стран, имеющих ядерное оружие, не может быть конструктивным. В мире вообще и в Азии в частности принципы взаимности и аналогии являются ключевыми при определении границ возможного.
Василий Столбунов 
