Фото Reuters
Госдума ушла на новогодние каникулы, приняв около 300 законов. Совет Федерации расходится сегодня – после итогового заседания, в повестке которого без малого сотня пунктов. Спикер верхней палаты Валентина Матвиенко по окончании трудного дня произнесет речь с перечислением текущих достижений СФ.
Председатель Госдумы Сергей Нарышкин о своей структуре все это уже сказал 23 декабря. Впрочем, каждую осень для депутатов по большому счету есть только один закон – бюджет на будущий год. В этот раз принимался он не то чтобы очень сложно, скорее как-то неловко. Ведь еще до окончательного его одобрения всем стало ясно, что мало какие цифры в нем сбудутся.
Последние недели думской сессии были отданы в основном спешному проведению антикризисных законов. Они опять, как и в 2008–2009 годах, появлялись в ГД словно из ниоткуда, но затем принимались фактически без обсуждения. А главное, без гарантии, что они сыграют как задумано и что власть потом опять не скажет, что не все их последствия можно было просчитать заранее.
«Прошедший год для нас по своей интенсивности и по объему выполненной законотворческой работы был уникальным», – сказал депутатам Нарышкин. С ним можно согласиться – принтер Госдумы, задания на который отправляются в основном со Старой площади и Краснопресненской набережной, действительно временами перегревался. Кстати, деятельность Совфеда, который на 99% одобряет все вышедшие из ГД законы, можно сравнить с работой ксерокса.
Сквозной линией прошедшего года стало усиление госконтроля над российским сегментом Всемирной паутины. Преследование в Интернете экстремистских проявлений, ужесточение правил финансовой деятельности в Сети, принудительная регистрация популярных блогеров, облегченный доступ правоохранителей к архивам соцсетей – все это стало реакцией власти на украинские события. Против смычки внешних «оранжевых технологий» и внутренней «пятой колонны» был сделан более суровым закон об иностранных агентах, снижена до минимума доля зарубежных инвестиций в любые российские СМИ, а не только ТВ.
Верхняя палата в уходящем году прославилась разрешением президенту на использование военной силы в Крыму и остальной Украине, а потом молниеносным его отзывом. Правда, это не сам СФ вдруг одумался, сообразив, что обвинения России в агрессии строится именно на его постановлении, это просто Кремль решил пойти на деэскалацию.
Не всем депутатам и сенаторам было уютно чувствовать себя некими драйверами, а не представителями народа, так что в обеих палатах пышно расцвело «поправочное» законотворчество. В ГД за этот год оно окончательно приобрело чисто фейковый оттенок. Предложения высказывались от самых зубодробительных – запретить доллар, ввести смертную казнь, отнимать иностранную собственность – до откровенно смешных – избавить женщин от высоких каблуков, поднять над страной новый флаг, обязать школы проводить политинформации. Ну и, конечно, было множество инициатив по принципу «отнять и разделить».
Под конец года некоторые думцы устали уже и от фейка, в котором они наконец откровенно и признались. Итог же всего этого был закономерен: спикер Нарышкин публично пожаловался президенту на то, что правительство не хочет давать депутатам реальной информации по бюджету. Исполнительная власть теоретически, конечно, не права – народные избранники по Конституции имеют право им заниматься. Но вот тот же президент на жалобу Нарышкина отреагировал лишь призывом к парламенту не заниматься бюджетным популизмом. И это, очевидно, окончательный диагноз.
Елена Крапчатова 
