0
1492
Газета Факты и комментарии Печатная версия

16.05.2018 00:01:00

"Религия как протест – это душа сегодняшнего бессердечного мира"

Венгерский историк – о взглядах Карла Маркса на проблему Бога и духовных поисках лидеров КПРФ

Тэги: карл маркс, юбилей, марксизм, ленин, сталин, коммунизм, социализм, нацизм, капитализм, пиночет, дьердь лукач, религия, атеизм, ссср, россия, европа, джихадизм, интервью


карл маркс, юбилей, марксизм, ленин, сталин, коммунизм, социализм, нацизм, капитализм, пиночет, дьердь лукач, религия, атеизм, ссср, россия, европа, джихадизм, интервью Европа заново открывает для себя Маркса. 13 апреля с.г. память мыслителя увековечили в родном для него германском городе Трире. Фото Reuters

Исполнилось 200 лет со дня рождения человека, ставшего символом новейшей истории, – Карла Маркса. Спустя два столетия после рождения Маркса мир, в котором жил классик и который он намеревался изменить «до основанья», значительно изменился. Но учение Маркса остается актуальным, как выясняется, и для верующих людей, хотя еще недавно марксизм отождествляли с воинствующим атеизмом. На эту тему обозреватель «НГР» Артур ПРИЙМАК беседовал с профессором Будапештского университета, неомарксистом по убеждениям Тамашем КРАУСОМ.


– Русский философ Иван Ильин называл марксизм «религией безбожия». В теории Ильина Марксова критика прибавочной стоимости – это апология паразитического образа жизни, свобода, равенство и братство – насильственное растление человечества, права народов Европы на самоопределение – готовое разрушение христианской цивилизации. В самом ли деле Карл Маркс проповедовал «религию безбожия» и деконструкцию христианской Европы?

– Религия и марксизм – два разных мира. Марксизм – материалистическое объяснение мира и мировой истории. А если мы говорим о религии, то марксизм дает религии очень сложное и детальное объяснение. У Маркса есть два уровня понимания религии – гносеологический и онтологический. На гносеологическом уровне религия трактуется как фантастическое, мифологическое объяснение действительности. Иван Ильин, о котором вы говорите, ангажированно путает понятия. Он намеренно игнорирует базовый вывод Маркса: не религия создает человека, а человек религию. Маркс еще задался вопросами, почему человеку нужно было создавать религию, почему религия – продукт человеческого творчества – обрела самостоятельную жизнь, какими механизмами движима религия и т.д. Онтологический аспект марксистского понимания религии состоит в поиске ответов на вопросы: какую роль играет религия в жизни человека, какова структура религиозного мышления? Онтологическое понимание религии – вызов религиозной философии, прежде всего русской идеалистической философии XIX–XX веков. Для такой философии марксизм, конечно же, был первостепенным врагом.

– Раз обличители Маркса неправы, может, автор «Капитала» относился к религии положительно?

– Маркс называл религию самосознанием и самочувствием человека, который заблудился в конфликтах окружающего мира. Религиозные чувства, как считал Маркс, дают человеку путеводную нить и смысл существования, и расстаться с этими чувствами очень непросто. Маркс считал, что религия – это счастье, пусть и иллюзорное. Следовательно, преодолеть эту иллюзию счастья можно лишь одним способом – дать человеку реальное счастье. Так марксистское противодействие религии понимал, в частности, выдающийся философ – марксист Дьёрдь Лукач. Лукач очень много рассуждал о религии и к религиозному сознанию подходил с онтологической точки зрения. Его интересовало, зачем человеку XX столетия нужны средневековые религиозные догматы и почему в XX веке, где законам природы дано научное объяснение, человеку еще нужен Бог. Лукач пришел к выводу: Бог существует, но не на небесах, а в умах людей. Поэтому раз люди живут с Богом в своем сознании, думают о Боге, нельзя говорить, что Бога нет. Маркс учил, что Бог рождается в сознании человека вследствие нищеты и ничтожности существования человека. Следовательно, религия – это протест верующего человека против социального унижения. В этом смысле религия как протест – это и есть душа сегодняшнего бессердечного мира. И в этом смысле религия – опиум народа, бегство от реальной действительности. Эту точку зрения на религию разделял и Владимир Ильич Ленин. Ленина за его воинствующее безбожие и расправы над верующими не критикует только ленивый. Но Ленин не хотел преследовать религию. Ленин понимал, что Бог для человека в капиталистическом мире – это утешение. В своей книге, которую я сейчас пишу, я цитирую любопытный документ – письмо председателю Совнаркома Ленину от обычного русского крестьянина, датированное 1919 годом. Из маленького села вождю писали: в крыше сельской церкви дыра, церковь заливает дождем, там нельзя молиться. Крестьянин жалуется, что председатель сельсовета не хочет чинить крышу, потому что он большевик, а большевики против религии. Ленин в ответ пишет председателю сельсовета: дайте верующим денег на ремонт крыши храма. По словам Ленина, эти верующие крестьяне всей душой за советскую власть, а против советской власти – только Русская церковь как общественный институт.

Письмо Ленина очень показательное. 1919 год, разгар Гражданской войны, в стране голод и разруха, а глава советского правительства беспокоится о верующих из маленького села. Интересен еще один вывод из переписки Ленина с сельчанами. По мысли Ленина, религия и церковь – это не одно и то же. Христианство проповедует равенство людей в социальном и человеческом плане. Все люди в христианстве равны – и в марксизме тоже люди равны. Ленин понимал позитивную роль простонародной крестьянской религии. Но когда религия находится на службе у царизма, помещиков и капиталистов, то большевики против такой религии. В этом случае религия превращается в церковь – государственный реакционный институт, который не дает человеку утешения, а злоупотребляет духовными чаяниями верующих.

– Некоторые современные клерикалы, противостоя марксизму, апеллируют к историческому опыту правых идеологий XX века. По мнению этих людей, раз Пиночет и Муссолини защищали религию от коммунистов, значит, их деятельность позитивна. В чем правы эти клерикальные адвокаты ультраправых и в чем они ошибаются?

– Правые активисты, когда говорят, что Пиночет или Франко защищали религию и нацию от «красного безбожия», искажают исторические факты. В Советском Союзе за 70 лет государственного атеизма не уничтожили ни одной традиционной религии. Народы в СССР процветали за счет государственной поддержки национальных языков и национальной культуры. Расцвет национальной культуры – это и расцвет религиозного сознания данного народа. А вот в Испании франкисты давили национальное и религиозное самосознание басков и каталонцев. Фашистские режимы уничтожали как верующих «чужих» религий, так и представителей основной религии нации, которую эти фашисты якобы защищали. При Пиночете в Чили было запрещено строительство католических храмов, проводились жестокие репрессии против католиков. В СССР при Сталине массово уничтожались церкви и монастыри, сажали в лагеря и расстреливали священников. При жизни Ленина религиозные сооружения в Советской России не уничтожали, это началось при Сталине. Но и Сталин в итоге осознал роль религиозного мышления простого народа. Сталин в 1943 году пошел на исторический компромисс с Русской православной церковью. Красноармеец, имея Бога в сердце, освободил Европу от нацизма и водрузил над поверженной столицей нацистского рейха красное знамя.

– В определенных исторических обстоятельствах христиане и коммунисты помогали друг другу. Это было в нацистской Германии, в пиночетовском Чили, в октябре 1993 года возле Дома Советов в Москве… Скажите, опыт такого единения коммунистов с распространителями «опиума для народа» – это сугубо человеческое, ситуативное явление или же оно должно исходить из политического сознания любого настоящего марксиста?

– Отвечая на ваш вопрос, могу сказать: это и ситуативное, и производное от политического сознания. У настоящих коммунистов – не бюрократов от компартий, а настоящих – и простых религиозных людей общие ценности и схожие стратегические аспекты. И коммунисты, и верующие одинаково отвергают эксплуатацию человека человеком. И те и другие хотят сохранить и свое право на достойную жизнь, и права других людей. В корне христианских общин и социалистических, коммунистических народных объединений лежат древнейшие простые человеческие чувства, стремления и интересы. Почему в СССР и во всех странах Варшавского договора провалился государственный социализм? Там государственная собственность не стала собственностью общественной. Происходило отчуждение государственной собственности от тех людей, кто эту собственность производит, – рабочего класса. Государство отняло у производителя материальных благ права распоряжаться этими благами. А после 1991 года стало еще хуже. Отчуждение материальных благ от народа усугубилось, и нет больше чувства духовной общности людей, коллективизма. Сегодня общность скрепляется только деньгами. Религия, ставшая церковью, сегодня только бизнес. В Венгрии лет 30 тому назад многие религиозные общины не захотели идти по капиталистическому пути развития и пошли на союз с коммунистами. Я тогда понял, что такие ситуативные союзы верующих и коммунистов имеют стратегический характер. Но конечно, без церкви как института.

– Сегодня на постсоветском пространстве наблюдается такое явление, как «православный сталинизм» – эклектика из марксизма-ленинизма и православия. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов как-то сказал, что марксизм – это та же Нагорная проповедь Христа. Соответствует ли «православный сталинизм» в какой-то степени классическому марксизму и традиционному христианству?

– Сравнение Зюгановым марксизма с Нагорной проповедью – путаница в научном смысле слова. Зюганову стоило бы говорить о возможностях разных вариантов развития борьбы против олигархического капитализма. Вместо этого он скрещивает марксизм как научный метод с Нагорной проповедью, и непонятно, где у Зюганова здесь критика ошибок прошлого. Я как марксист не могу принять попыток Зюганова и ему подобных вернуть старый социалистический мир без изменений. Надо строить новый социализм, с новыми поколениями людей. В Восточной Европе на повестке дня у коммунистических движений тоже один такой «зюгановизм».

– Сегодняшний коммунист и сегодняшний христианин одинаково осуждают политику транснациональных корпораций. Может ли вопрос отношения к ничем не ограниченному капитализму сблизить нынешнюю марксистскую платформу с ведущими религиозными институтами?

– В Венгрии такая модель вряд ли сработает. Наша Конституция отдельно прописывает святость частной собственности и обязанность государства ее защищать. Как воевать против «акул капитализма», если Конституция Венгрии защищает собственность этих «акул»? И Православная, и Католическая церкви – за частную собственность. Церковники – сами большие собственники, монополисты. Их борьба против капитализма будет борьбой против себя самих. Социалистического будущего в союзе с богачами я не вижу. Я могу представить только союз последователей разных религий с марксистами и коммунистами в борьбе за создание в производстве реальных социалистических обществ. Обществ, которые воспринимают демократию одновременно как политическое, социальное и экономическое понятие. Надо проводить реальную социальную политику, строить реальное социальное государство. Социальный вопрос сегодня самый важный. Без социальной политики говорить о демократии невозможно.

– Руководство Компартии Китая недавно объявило исповедание религии членом Компартии «подрывной деятельностью». Китай – на пороге новой «культурной революции»?

– Когда я две недели был в Пекине, то видел, что многие члены КПК посещают культовые сооружения. В социалистической Венгрии таких называли «случайными элементами» или «попутчиками». Такие люди пошли в Коммунистическую партию только по карьерным соображениям, а  получив партбилет, разложили изнутри актив и уронили моральный авторитет партии. Полагаю, что запрет члену КПК совершать религиозные обряды – это борьба в Китае с «попутчиками», а не ренессанс «культурной революции». А то, что в Западной или Восточной Европе какой-то партфункционер посещает церковь, это его частное дело. У меня есть друзья – настоящие коммунисты, которые при этом очень религиозные люди. У верующих и марксистов общие ценности. В России сейчас появились сельские общины, где люди сами организовывают экономическую жизнь. Они не зависят от законов рынка, там нет безработицы. Такие самоорганизации людей и простые верующие едины в стремлении пережить кризис капитализма и социальное унижение. Люди в России и у нас в Венгрии разочаровались и в госсоциализме, и в капитализме и спрашивают, куда идти теперь. Надо найти прогрессивные некапиталистические гуманистические формы развития, где главная ценность – это человек.

– Российские эксперты по исламу считают, что в запрещенные в России джихадистские организации идут те, кто в других исторических условиях пошел бы не в джихадизм, а в коммунистическую ячейку. Интересно ваше мнение по этому поводу.

– В разные эпохи бывают разные типы политического терроризма. Есть левый терроризм, есть правый, есть государственный, частный, личный и т.д. Джихадизм – это разновидность ультраправого, профашистского терроризма. Он зародился на Ближнем Востоке для противодействия арабским режимам с просоциалистической ориентацией – Сирии, Египту. А после распада Советского Союза и государственного социализма джихадисты воодушевились и сплотились. Нынешний джихадизм – тот же нацизм, только на религиозно-террористической платформе. Чем эта платформа отличается от левого терроризма? Джихадист, как и нацист, для достижения своих целей убивает женщин и детей, представителей простого народа. А российские народовольцы и анархисты конца XIX – начала XX века никогда не бросали бомбы в рабочих и крестьян. Острие своего террора они обращали против представителей господствующих слоев царского режима. Невозможно представить, чтобы Вера Засулич или Иван Каляев, живи они в наше время, захватили в заложники школьников, взорвали автобус или вагон метро. Джихадисты, как видим, делают обратное. Такие, как Варвара Караулова, наверняка думали, что «Исламское государство» (запрещено в России. – «НГР») разрушит нынешний несправедливый мир и построит новый, справедливый, на религиозной основе. Джихадизм никогда не создаст справедливого мусульманского общества, потому что он сам по себе – надругательство над исламом. Джихадизм и уход студенческой молодежи в джихадизм – такое кризисное явление, от которого надо освободиться. Но ныне складывающиеся реалии говорят: время играет, увы, не в пользу гуманизма.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Чиновники одумались: в регионах озаботились справедливостью при повышении зарплат

Чиновники одумались: в регионах озаботились справедливостью при повышении зарплат

Татьяна Попова

0
838
Россия закрывает Севморпуть

Россия закрывает Севморпуть

0
1876
Пентагон попал под удар

Пентагон попал под удар

Владимир Иванов

В Стратегии национальной обороны США обнаружены серьезные недостатки

0
1483
Две народные войны

Две народные войны

Сергей Самарин

0
758

Другие новости

Загрузка...
24smi.org