0
541
Газета Главкнига Печатная версия

02.08.2018 00:01:00

Главкнига. Чтение, изменившее жизнь

Ян Выговский

Об авторе: Ян Выговский - поэт, критик

Тэги: детство, книги, мировоззрение, роман, италия, пьетро паоло пазолини, милн, андрей белый, facebook, логика, кино, минимализм, медиа, мариенбад


Если понимать выражение «чтение, изменившее жизнь» со стороны практики чтения, а именно – того, как мы воспринимаем/взаимодействуем с текстом и границами его существования, то такие примеры вполне обнаружимы. С самого первого знакомства с книгой я воспринимал ее скорее как материальное пространство, к которому нужен специальный подход, а со временем пришел к такому же осознанию художественного текста, заключающегося для меня всегда в первую очередь в способах видеть, перерабатывать и действовать.

Для меня все началось с «Дома на пуховой опушке» Милна – идеального лабиринта, развивающего осознание пространства как внутреннего, так и внешнего, которое этот текст предоставляет, – продолжилось чтением романов и поэтических книг, и в итоге я пришел к антироманам, антикнигам и пониманию исчерпанности книги-как-медиума. Имею в виду такие пограничные тексты, как «Петербург» Белого, сценарии как основной способ соприкосновения с кинэстетикой – тем, какие логики движения можно передать через текст-действие. Здесь и опыты «нового романа» (так называемых шозистов) в лице Алена Роб-Грийе, особенно его сценария «В прошлом году в Мариенбаде», в котором не перестает удивлять совершенно иная логика выстраивания нарратива (его избыточности) и совершенно иной способ видеть в отличие от того, как это предлагается в классических романах. Также для меня важны сценарии основоположника леттризма, а после ситуационизма Ги Дебора, объединенные в сборник «Против кинематографа».

Пограничным романом можно назвать «Драму» французского постструктуралиста Филиппа Соллерса с его выстраиванием чувственного при персонажном минимализме: в тексте нет никаких персонажей, но два главных субъекта так и норовят разорвать друг друга в потоке ментальной схватки.

Главный антироман для меня – текст-сценарий-роман Пьера Паоло Пазолини «Нефть», текст-загадка, по версии одних исследователей, явившийся камнем преткновения в истории самого громкого и до сих пор не раскрытого убийства за всю историю Италии. Здесь и соединение сценарного языка с элементами академического текста, публицистических заметок, а также использование открытых документов внутренних взаимодействий итальянской «верхушки» 1960-х. Это политический взгляд особого рода, расшатывающий саму оптику, позволяя скрытой камере трястись, передавая вибрацию читателю, воспринимающему опыт художественной культуры XIX–XX веков буквально любого жанра и стиля.

Постоянно думая о смене книги-медиума на медиум-код, текст-объект, постоянно прихожу к тому, что практики чтения – не «Это все на сегодня» (фраза, которую предлагает сеть Facebook в ленте воспоминаний), а «Это все насовсем».


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Подруга дней моих суровых

Подруга дней моих суровых

Наталия Григорьева

В отечественный прокат выходит фильм "Воспитательница" – про гения и злодейку

0
325
17 декабря пройдет юбилейная церемония вручения премии "Театральный роман"

17 декабря пройдет юбилейная церемония вручения премии "Театральный роман"

0
162
Операция прикрытия «Камуфляж»

Операция прикрытия «Камуфляж»

Игорь Атаманенко

Как КГБ шифровал своего «суперкрота» в ЦРУ

0
1781
Одного критерия – "отечественный производитель" – в сфере искусства недостаточно

Одного критерия – "отечественный производитель" – в сфере искусства недостаточно

Поддержка российского кино игнорирует вечный вопрос его качества

0
1415

Другие новости

Загрузка...
24smi.org