Имена и даты: краткие хронографические наблюдения. 23 января

Открытые миру, светящиеся глаза...
Эдуар Мане. Автопортрет с палитрой. 1879. Частная коллекция

Бессильный риторический вопрос зрителя к художнику: «Ну почему у него все так странно выглядит? Что он такое изобразил?» Да вот такая у него картина мира. Так все выглядит, с его точки зрения.

Точка зрения... «Каждый человек имеет некоторый горизонт взглядов. Когда он сужается и становится бесконечно малым, то превращается в точку. Тогда человек говорит: «Это моя точка зрения». Так сказал немецкий математик Давид Гильберт, родившийся ровно 150 лет назад, 23 января 1862 года (ум. 1943).

В историю науки Гильберт вошел прежде всего тем, что на пороге XX века сформулировал 23 задачи, которые предстоит решить математике, и во многом определил пути ее развития. Шел 1900 год, в Париже работал международный конгресс – там-то и выступил Гильберт с докладом, озаглавленным просто и весомо: «Математические проблемы». И вот уже второе столетие все идет по намеченному Гильбертом пути. Не по велению прозорливца, а по внутренней логике познания. Как сказал Гильберт, «мы должны знать – мы будем знать».

Пониманию мира – научному или художественному – всегда сопутствовало что? Непонимание. Вплоть до отторжения, причем самого искреннего. И каждая из сторон этого противостояния уверена в своей правоте.

23 января 1832 года родился французский художник Эдуар Мане (ум. 1883), в наши дни – классик, один из тех, кто стоял у истоков импрессионизма. Сегодня это течение уже признано, переварено, так сказать. Но вспомним споры и страсти, сопровождавшие его рождение. В Школе изящных искусств в Париже начинающий Мане учился в мастерской Тома Кутюра, художника академического толка, и все время с ним конфликтовал. Но почему? Из-за каких устремлений? Послушаем самого Мане. Свои цели он определил так: передавать «настоящий дневной свет» и «писать жизнь... такой, какая она есть». Что же в этом крамольного? Да то, что Кутюр и академически ориентированная публика видят жизнь одним образом, а Мане – другим. Каждый стоит на своем.

И никто свою правоту не докажет. Пересадка мозгов, слава богу, не практикуется. Остается разойтись в разные стороны. И, собственно, так все и сложилось. Прошло достаточно времени, чтобы стало ясно, кто был прав. Впрочем, для того чтобы этот итог был благоприятен, надо соблюсти кое-какие принципы или правила. Мане это знал очень хорошо. Вечный среди художников и критиков спор: как лучше передать цвет? На эту тему Мане высказался с предельной ясностью: «Цвет – дело вкуса и ощущения, но надо иметь за душой еще кое-что, то, что вы хотите выразить, – без этого все потеряет смысл!»

То, как человек смотрит на мир, можно понять по его глазам. По тому, насколько они открыты для света и впечатлений. Посмотрите в глаза Эдуара Мане на известном автопортрете – и все будет ясно без лишних слов.

А что касается жизни «такой, какая она есть», то это тема вечных, нескончаемых споров – научных, философских, эстетических. 23 января 1938 года родился немецкий художник Георг Базелиц, ныне действующий. Когда-то он сформулировал свой творческий метод так: «Реальность – это сама картина, а совсем не то, что на картине». Мысль, если вдуматься, совершенно очевидная. Жизненная реальность – одно, художественная – совсем другое. Но Базелицу понадобилось акцентировать этот принцип. И оказалось, что результатом будет авангардизм. Базелиц – один из самых известных сегодня авангардистов. Он работает на постоянном смещении от привычного к непривычному, изображает фигуры вниз головой. И тем выбивает зрителя из привычной колеи, подает знак: откажитесь от стандартов восприятия.

Таковы особенности оптики художественной. Но ведь есть еще и оптика как раздел науки и отрасль техники. Одна из ключевых фигур в ее истории – немецкий физик и астроном Эрнст Карл Аббе, который появился на свет 23 января 1840 года (ум. 1905). Его биография – на редкость счастливый случай взаимодействия ученого и спонсора, мецената, партнера. В трех последних ролях выступал Карл Цейс, основатель всемирно известной фирмы из Иены – столицы романтиков и столицы оптики. Причем после того, как Цейс умер, а его сын ушел из фирмы, Аббе сделался фактически ее хозяином. Предпринимателем и ученым в одном лице.

И еще одна существенная подробность. Темой научных изысканий Аббе были, в частности, аберрации оптических систем, то есть отклонения лучей света, ухудшающие качество изображения. Как это было бы замечательно – видеть мир без аберраций, во всей его полноте! Но расширительный смысл этому счастью можно придать лишь при одном условии: лучи у каждого видящего идут по-своему. Плюрализм, как теперь говорят.