Железная логика

Философские основания технетики. Материалы VI Международной научной конференции по философии техники и технетике (Москва, 24-26 января 2001 г.) / Под ред. проф. Б.И. Кудрина. Вып. 19. Ценологические исследования. - М.: Центр системных исследований, 2002, 628 с.

Сюжет, в общем, далеко не новый, не единожды обкатанный и отшлифованный - от детских сказок до фильмов-ужасов: как только хозяева дома отходят ко сну, принадлежащие им вещи (игрушки) оживают, начинают общаться, составлять заговоры и даже всячески третировать хозяев. Вспомним хотя бы триллероподобные тексты Корнея Чуковского:

Я - Великий Умывальник,
Знаменитый Мойдодыр,
Умывальников Начальник
И мочалок Командир!
Если топну я ногою,
Позову своих солдат,
В эту комнату толпою
Умывальники влетят┘

И ведь что самое интересное: действительно влетят. И не только умывальники. И это не метафора┘

Дело в том, что существует иллюзия, будто бы человек творит техносферу, следуя своим прагматическим целям; но иногда (а в мире постмодерна все чаще и чаще) он не замечет, что сам делает это по законам техносферы. Сборник "Философские основания технетики" - это наиболее полный на сегодняшний день свод текстов, авторы которых и пытаются сформулировать законы, по которым мы развиваем технический мир вокруг себя (или: техносфера творит новую антропологическую реальность вокруг себя). Эта идеология получила название технетика. (Технетика постулируется как часть технической реальности - техника, технология, материалы, готовые изделия, отходы, - имеющей документальное описание.) "Главное - возможность создания новой теории возникновения, существования и глобальной эволюции технического", - подчеркивает инициатор и главный "мотор" технетического движения Борис Кудрин. Развиваемая им и его учениками идеология претендует на всеобщность, по крайней мере в рамках существующей на планете Земля цивилизации.

Тут надо сказать несколько слов о самом Борисе Ивановиче Кудрине. Доктор технических наук, профессор Московского энергетического института (Технического университета), в прошлом - главный конструктор САПР-Чермет. Автор книг "Античность. Символизм. Технетика", "Зачем технарю Платон. Постклассическое видение философии техники", "Постклассическая философия техники". Он одним из первых в нашей стране провозгласил "эквивалентность построения технических, биологических и информационных систем", за что был немедленно причислен официальной философской наукой к социал-дарвинистам. Еще в 1973 г. журнал "Вопросы философии", несмотря на письменную рекомендацию Станислава Лема, не принял его статью к публикации.

Стало уже общим местом говорить, что природа едина. Но она действительно, по-видимому, едина - и на гораздо более фундаментальном уровне, чем это нам кажется... Распределение рыб в океане и частиц вулканического пепла по весу, городов по населению, семей в США по финансовому состоянию, слов по частоте встречаемости их в речи, ученых по числу публикаций, статей по числу ссылок - все подчиняется одному и тому же закону.

Проблема эта отнюдь не надумана и представляет не только чисто философский интерес. Опять Кудрин: "К началу ХХI века можно говорить о новой парадигме технического восприятия мира, иной онтологии и эпистемологии технического. Мною имеется в виду, во-первых, ставшая всеобщей техническая реальность (свершившееся преобразование биосферы в техносферу) и невозможность выживания человека вне (и без) технического┘ Каждая из единиц технического как особь переделывает окружающее в направлении, благоприятном для себя (как для вида). Встал вопрос о возможной смене антропоцентризма как мировоззрения на техноцентризм как систему взглядов". Именно поэтому, согласно основополагающим положениям технетики, жизнь техносферы можно представить в терминах биологии: генотип, фенотип, вид, отбор, эволюция и т.п. Таким образом, вполне оправданным становится употребление понятия "техноценоз".

И самое замечательное в этом то, что это техническое (техноценозы) ведет себя ну почти точно так же, как живое (вспомним еще раз Чуковского с его Великим Умывальником). Мало того - и это не менее поразительно! - чисто формально поведение самых различных техноценозов (впрочем, и биоценозов тоже) описывается в рамках одних и тех же математических процедур. Например, в семействе электромоторов, установленных на Карагандинском металлургическом комбинате, вдруг возникают какие-то связи. То есть ценоз этих электромоторов формируется независимо от желания разработчика - человека - по совершенно определенным законам.

У Кудрина - сотни таких выборок: по повторяемости, по разнообразию встречающихся двигателей, генераторов, редукторов, прокатных станов┘ И во всех случаях получается одна и та же кривая - гипербола (так называемое Н-распределение). Плавно изогнутая, спадающая линия. Все обитатели океанов - от планктона до китов - распределены по весу по закону гиперболы, и таким же образом распределены, скажем, три миллиона фирм США по числу разработчиков. Так распределены все галактики в видимой части вселенной по массам. "Евгений Онегин" по повторяемости слов образует такую же идеальную гиперболу. А ведь Пушкин - это уж точно! - закона гиперболического распределения не знал. Есть такое исследование, что и для клеток мозга Н-распределение соблюдается. (Отсюда, кстати, и возникает подозрение, что в пределе техноценоз персональных компьютеров, объединенных в сеть, может достигнуть некоего "мозгового Рубикона": интернет со временем начнет себя вести, как он сам захочет, по своим собственным законам.)

"Почему в биологических и технических ценозах соблюдается тот же самый гиперболический закон - это совершенно непонятно!" - подчеркивает Кудрин.

Невозможно рассказать (или хотя бы перечислить названия) о каждом из семидесяти с лишним докладов, представленном в рецензируемой книге. И все-таки некоторые формальные моменты сборника "Философские основания технетики" могут оказаться, как нам представляется, любопытными для читателей. Итак, структура.

Три части: 1. Православие и современная техническая реальность (некоторые темы докладов - "Нравственные аспекты создания технических систем для агропромышленного комплекса", "Необходимость православного мировоззрения при разработке машин и технологий по добыче сапропеля" и даже "О сложности техногенного "жития"); 2. Онтология технической реальности и понятийное сопровождение ценологического мировоззрения ("Техника как продукт потребления и продукт потребления как техника", "Роль технических наук в механизме предотвращения войн", "Влияние техники и проектов спасения цивилизации на современную культуру"); 3. Математический аппарат структурного описания ценозов и гиперболические Н-ограничения ("Негауссовы распределения и поиск закономерностей в археологии", "Что такое случайность", "Эволюция и негауссовы распределения").

Итак, что в сухом остатке? Пожалуй, можно сформулировать общие закономерности развития технической реальности. По аналогии с известными законами робототехники Азимова их три:

1. Каждая появившаяся в мире "железяка" переделывает окружающую среду в направлении, благоприятном для себя (ценоз автомобилей заставляет человека строить подземные переходы и надземные развязки);

2. Если ценоз отбраковал какое-то изделие ("железяку"), то бороться с этим уже бесполезно (при прочих равных чугунный утюг теперь так и останется экспонатом этнографических экспозиций);

3. Все техноценозы взаимосвязаны, четко установить границы того или иного ценоза невозможно.

Человек сам строит техносферу, по крайней мере человеку хочется верить в это. Но одновременно гомо сапиенс попадает в зависимость от создаваемой им самим второй природы. Поискам оптимальной линии поведения человечества в этих условиях и посвящены тексты в "Философских основаниях технетики".