Максим Гликин
Владимир Путин дал Вячеславу Фетисову карт-бланш на оздоровление нации.
Фото Александра Шалгина (НГ-фот )
Вчера в Екатерининском зале Кремля Совет при президенте по физкультуре и спорту обсуждал наболевшую тему оздоровления нации. Сам этот совет - плод деятельности другого, Государственного совета. Губернаторы в свое время выдвигали немало радикальных инициатив по поводу улучшения физподготовки россиян. Но дальше создания очередного совещательного органа не продвинулись. И вот вчера, кажется, впервые обсуждался конкретный, материальный вопрос: как поделить несколько миллиардов рублей, которые пойдут в казну от возрождаемого "Спортлото". При этом выяснилось, что в политэлите есть два оппонирующих друг другу лагеря, которые расходятся во взгляде на цели лотереи. Более того, президент и министр финансов оказались по разные стороны незримой баррикады.
Теперь у лотереи будет другое название. Участники заседания именовали ее "Всероссийской государственной лотереей онлайн". И сперва эта тема прозвучала как-то в скобках. Первые выступавшие - Владимир Путин и глава Госкомспорта Вячеслав Фетисов - вообще этого вопроса не коснулись. И лишь глава думского комитета по бюджету Александр Жуков ненавязчиво упомянул о лотерее после того, как долго расхваливал нынешний проект основного финансового закона, при котором финансирование спорта увеличится на 37% и достигнет 5,7 млрд. рублей. Но потом выяснилось, что весь этот бюджет вполне сравним с ожидаемыми доходами от "Спортлото дубль два". Жуков предложил 70% этих средств направить на оздоровление нации.
О важности данной темы непосвященные узнали из слов Алексея Кудрина. Ему не понравилось, что Жуков предлагает все эти деньги бросить на развитие детско-юношеского спорта, то есть на строительство так называемых ФОКов - физкультурно-оздоровительных комплексов. "Небольшую часть на олимпийские объекты надо бы предусмотреть", - осторожно заметил министр финансов и предложил по такому поводу разработать в правительстве специальную целевую программу.
Но президент неожиданно резко одернул главного казначея: "Или решим - 70% и баста. И будем года два-три строить ФОКи. Или будем строить и то, и другое, и третье". Второй вариант Путину явно не нравился. Но Кудрин продолжал убеждать, что надо думать не только об олимпийском резерве, но и о самих олимпийцах, то есть вкладывать и в большой спорт тоже. Иначе получится "внутренняя разбалансировка". "Может, у вас окончательную точку поставим?" - умоляюще взглянул Кудрин на президента. "А это и есть у меня, - Путин обвел руками зал, где сидели три десятка членов Совета и еще полтора десятка приглашенных - губернаторы, полпреды, члены правительства и президентской администрации, известные спортсмены. - Мы где собрались-то?" Но раскрасневшийся Кудрин продолжал настаивать: "Мы говорим о принципах..." Президент не соглашался. Тогда министр финансов сдался: "Хорошо, пусть 10% на этих, а 60 только на ФОКи".
Зал слушал спорщиков затаив дыхание: пожалуй, впервые "распиливание" бюджетных миллиардов проходило так открыто и при стечении такого числа посторонних граждан. Президент, вроде бы согласившись с цифрой 60, обратился к челябинскому губернатору Петру Сумину: сколько стоит построить один ФОК? Тот ответил, что цена колеблется от 24 до 55 млн. рублей. Но потом уточнил, чтобы все поняли: "В среднем миллион долларов". Тут слово опять взял Жуков и, ссылаясь на мировую практику, стал доказывать, что "не надо снижать до 60%".
И тогда за Кудрина неожиданно вступился Юрий Лужков. Он сказал, что со строительствами ФОКов вообще должны справляться сами регионы. В Москве, например, их возведут более сотни. "И Мордовия уже сейчас строит 6 ФОКов", - одобрительно кивнул в сторону губернатора Меркушкина столичный градоначальник. А федеральные средства надо, по мнению Лужкова, направлять именно на "спорт высших достижений, что является ответственностью государственной власти".
"Меня такой тандем Лужкова и Минфина немножко даже пугает", - улыбнулся Владимир Владимирович. Но другим спорщикам было не до смеха: они поняли, что за целый час так и не удалось ни до чего договориться. В этой ситуации было принято единственно мудрое решение: всю прессу удалили из зала. И дальнейшие дебаты проходили уже за закрытыми дверями.
