Жизнь в забвении

На 74-й "оскаровской" церемонии Хэлли Берри продемонстрировала - очевидно, для тех, кто еще не видел "Бала монстров", - за что подобные премии вручают. Госпожа Берри предварила тронную речь слезами, натуралистичными хрипами, рыданиями и стонами, вызвав у наблюдателей понятное чувство неловкости. Аналогичные истерические всхлипы, производимые актрисой на экране, напротив, располагают к восторгам, материальным подтверждением которых стали "Серебряный Медведь" Берлинского кинофестиваля и золото американской киноакадемии. То, что всем хорошим "Бал монстров" обязан в первую очередь актерам, - бесспорный факт.

Вынесенным в заглавие фильма словосочетанием в старину определяли последнюю ночь приглашенного на казнь, финальные часы перед преодолением "зеленой мили". Однако монстры в фильме тридцатилетнего Марка Форстера вполне вещные, земные: семья потомственных палачей Гротовских из южного штата Луизиана. Полупарализованный старик-отец Бак, не утративший оголтелого расизма с годами. Его сын Хэнк и внук Сонни, отступник, пускающий чернокожих детей в частные владения и не умеющий сдержать тошноту во время исполнения очередного смертного приговора. Тонкая организация натуры Сонни не довела парня до добра; минуте на 20-й юноша бледный пустил пулю в сердце. Неудивительно, что скорбящий Хэнк почувствовал душевное родство с Летишией, барышней униженной, оскорбленной и плюс к тому потерявшей едва ли не в одночасье и мужа, и сына. Муж закончил дни на электрическом стуле (кара за совершенное десяток лет назад убийство полицейского), страдавший ожирением кроха-сын - под колесами анонимного авто. Сама судьба толкнула Летишию в объятия Хэнка; собственно, наипечальнейшая история любви двух побитых жизнью индивидуумов и стала центральной составляющей "Бала монстров".

Отвечая на вопрос: "Вы поедете на "Бал"?" - не спешите говорить ни да, ни нет. Это мероприятие из числа, безусловно, достойных, однако не слишком приятных. В двух часах экранного времени постановщик решил сконцентрировать всю скорбь мира. Преуспел изрядно. Тяжелая артиллерия в лицах превосходных актеров - от юного австралийца Хита Леджера, сменившего латы "Истории рыцаря" на мятый полицейский мундир Сонни, и рэппера Паффа Дэдди, рискнувшего сыграть смертника, до чистого монстра Билли Боба Торнтона в роли Хэнка и уже помянутой Берри - целится в болевые точки. Полюбите луизианских граждан черненькими и попробуйте им сострадать - взывает фильм. Занятие нелегкое - граждане как на подбор нехороши собой. Стремление Форстера снимать нарочито "неголливудски" - шероховато, грязно, приземленно (чего стоит эффектный эпизод секса, отчаянно разыгранный Торнтоном и Берри), достойно уважения. Равно как и стремление лишний раз напомнить о несовершенстве мироздания - чтобы жизнь медом не казалась. Однако и мнение "вот реально скучный фильм" имеет достаточно прав на существование.