0
2392
Газета Культура Печатная версия

17.05.2022 17:48:00

Вениамин Смехов спустя 50 лет вновь сыграл в пьесе Вознесенского

Ностальгия по будущему

Тэги: театр, гоголь центр, премьера, вениамин смехов, андрей вознесенский, театральная критика


театр, гоголь центр, премьера, вениамин смехов, андрей вознесенский, театральная критика Артисты только к финалу выходят в конвенциональных костюмных образах. Фото Иры Полярной/Гоголь-центр

Премьера Гоголь-центра имеет почти детективную предысторию. Стихотворную пьесу Андрея Вознесенского Юрий Любимов поставил на Таганке, в 1970-м ее сыграли буквально три раза, после чего спектакль был закрыт, а текст считался утраченным. Единственный сохранившийся с тех времен экземпляр поэтического сценария теперь Гоголь-центру передал наследник – Леонид Богуславский, он же выступил продюсером. Недавно открытый в Москве Центр Вознесенского актуализирует наследие поэта. Правда, в новой инсценировке остается лишь канва, «новый» герой – Владислав Мамышев-Монро.

Исторический анекдот заключается в том, что тогда последней каплей для решения партийной комиссии о закрытии постановки стала фраза-видеома «А луна канула», что на фоне высадки американцев на Луну послужило поводом для доноса в Политбюро. «Меня обвинили, что я издеваюсь над нашими неудачами в космосе», – вспоминал Любимов, который экспериментировал в «Берегите ваши лица» с открытой театральностью. Спектакль, по свидетельствам, проходил как открытая репетиция, Любимов мог остановить артистов и сделать замечание, попросить прочесть стихотворение повторно.

Такой прием и сегодня бы, кажется, смотрелся ново. А для восприятия поэтических чтений, быть может, еще и небесполезно: сегодня электронный саунд-дизайн очевидно переигрывает живое звучащее слово, а декламирующий артист редко находит новую интонацию. Будь то Вениамин Смехов с его образцовой шестидесятнической манерой чтения, когда рифмы звучат твердо и ясно, но сегодня излишне ударно и дидактически. Или Александр Горчилин, берущий интонацию текучую, словно бы безакцентную, но в конечном итоге бесхребетную. Смехов в спектакле – камео, в 1970-м он выходил на сцену со Славиной и Высоцким. У актера роль профессора футуристической лаборатории, которая работает над созданием новых лиц.

Спектакль начинается с речей чиновников на тройных похоронах, «отпеваемые» личности возрождаются в едином человеке. Мамышев-Монро – художник с тысячью лиц. Символ смерти, зла (ипостась Гитлера) и символ желания, витальности (Мэрилин Монро) – две крайности ХХ века. Иван Мулин и Настя Лебедева примеряют гротескные «маски» наоборот, опрокидывая гендер, только к финалу выходя в конвенциональных костюмных образах. Тема обезличивания, потери лица – это и диагноз совести, о чем говорит Вознесенский, и постмодернистский симулякр, о чем размышлял король андеграунда Мамышев-Монро. Соединяются обе линии в точке сопротивления: в лабораторию с обыском врываются люди без лиц – в балаклавах.

И всей композиции – часто путаной и несвязной, и работе с артистами не хватает твердой режиссерской руки, и, конечно, чувствуется подражание большому стилю мастера – Кирилла Серебренникова. Постановщик «…Ваших лиц» Савва Савельев – издатель и художник (в последние годы в его оформлении выходят и российские авторские фильмы, и театральные проекты). В то же время дилетантские ходы часто оказываются свежи и занимательны: так, например, в спектакль вмонтированы отдельно снятые мини-фильмы, в частности 10-минутная черно-белая стилизация ранней биографии Мамышева-Монро, что, казалось бы, по сценическим меркам – нонсенс.

Парадокс, но этот спектакль запоминается не новым прочтением поэзии конца века катастроф, хотя Вознесенский снова со сцены звучит остро, наотмашь: «Я понял, что не будет лет/ не будет века двадцать первого/ что времени отныне нет/ Оно на полуслове прервано...» Даже известными строчками от «Ностальгии по настоящему» до «Монолога Мэрилин Монро». Постановка запоминается энергией сопротивления. Как спектакль Таганки остался в истории первым исполнением песни Высоцкого «Охота на волков» («Оградив нам свободу флажками,/ Бьют уверенно, наверняка…»), так в Гоголь-центре сцена отдана группе Shortparis, аранжировавшей для спектакля и Высоцкого, и Вознесенского в своей завораживающей манере брутальной меланхолии.

Ее солист Николай Комягин имеет фриковый образ нервического юноши с тонким фальцетом. И тут есть свой сюжет диссидентства: в марте 2022 года петербургская группа, стремительно набирающая популярность, записала клип на песню «Яблонный сад» (собрал 1,5 млн просмотров на YouTube) со строчками «Спит большая страна/ Вечным кажется вечер/ Над собором Кремля/ Поднимается ветер», где вместе с хором ветеранов, обвешанных медалями служивших стариков, музыканты на подмостках из красного кумача и бархата посреди русского поля поют и роют мерзлую февральскую землю под солдатскую могилу. Песня стала неофициальным саундтреком последних месяцев. 


Читайте также


Фильм "Продукты 24" основан на истории "гольяновских рабов"

Фильм "Продукты 24" основан на истории "гольяновских рабов"

Наталия Григорьева

Режиссер Михаил Бородин показывает, как нередко живут мигранты в России

0
1172
Антикармен. Оперу "Норма" Беллини представили в Перми

Антикармен. Оперу "Норма" Беллини представили в Перми

Владимир Дудин

0
1404
В ведущих московских театрах – громкие кадровые перестановки...

В ведущих московских театрах – громкие кадровые перестановки...

Марина Гайкович

Создатель Чебурашки и Гены ушел из жизни в 101 год

0
1520
 Театр "1900"

Театр "1900"

0
875

Другие новости