Владимир Скосырев
Во всех школах страны детей решено учить в первую очередь китайскому языку, а не диалектам и языкам нацменьшиств. Фото Xinhua
В Пекине завершила работу сессия парламента – Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП). Хотя в КНР огромную роль играет частный сектор, Коммунистическая партия сохранила пятилетние планы. Одним из главных итогов сессии стало одобрение закона о «Плане пятнадцатой пятилетки» (2026–2030), который намечает вехи дальнейшего развития страны. При этом упор сделан на технологическую независимость и заботу о сохранении окружающей среды, сокращение доли ископаемых углеводородов в национальной экономике. Сессия привлекла внимание западной прессы, она сосредоточилась на законе об этническом единстве, который якобы ущемляет права меньшинств.
Помимо принятия ряда законов, сессия одобрила отчет о работе правительства, представленный премьером Ли Цяном. Китайские комментаторы говорят, что он сформулировал амбициозные, но сбалансированные цели на 2026 год. Рост ВВП намечен в районе 4,5–5%. Первостепенное значение придается не темпам роста, а его качеству, созданию новых рабочих мест (более 12 млн) и поддержке инновационных отраслей. Как пишут The New York Times и другие западные издания, это самый низкий за последние десятилетия рост. Причиной относительного замедления стал кризис в сфере недвижимости, когда масса квартир в новостройках остается не проданной. По мнению наблюдателей, не исключено, что на Китай могут оказать воздействие со знаком минус перебои с поставками нефти с Ближнего Востока в связи с идущей там войной. С другой стороны, Пекин предвидел такой поворот событий и сумел создать огромный запас нефти и других видов горючего.
Как отмечает в беседе с «НГ» научный руководитель Института Китая и современной Азии РАН Александр Лукин, 4,5–5% это неплохо для Китая. На нынешнем этапе о темпах роста под 10 и более процентов, как это было в первом десятилетии нынешнего века, речи быть не может. Китай стал зрелой экономикой и не гонится за темпами.
The Guardian, анализируя закон об этническом единстве, приводит высказывание председателя КНР Си Цзиньпина, который говорил, что разные народности Китая должны прилегать друг к другу так же плотно, как семена граната. В действительности, как утверждает английская газета, речь идет о «китаизации» национальных меньшинств. Они должны быть, по собственному желанию, ассимилированы. Это находит конкретное выражение в программах обучения в младших классах в автономных образованиях. Изучение пекинского диалекта китайского языка будет иметь приоритет по сравнению с изучением языков национальных меньшинств: тибетцев, уйгур, монгол и т.д.
Тезис о «китаизации» сомнителен. Дети в автономных районах, которые вырастут без достаточного знания китайского языка, заведомо будут обречены на неудачи в реальной жизни в Поднебесной.
Сессия парламента и проходившая одновременно сессия консультативного органа – Народного политического консультативного совета сконцентрировали внимание на внутренних проблемах страны. Вместе с тем принятые законы и выступления депутатов непосредственно затрагивают и внешний мир. Агентство Reuters передало, что закон об этническом единстве может послужить еще одним легальным обоснованием для оправдания военной операции КНР по «воссоединению Тайваня с материком». В Пекине могут трактовать положения этого закона как предлог для искоренения «сепаратистов» на острове, то есть для борьбы против тех политиков, которые хотят сохранить устои демократии на Тайване.
Две сессии прошли накануне визита президента США Дональда Трампа в Китай, намеченного на конец марта – начало апреля. Официальные лица КНР комментируют это событие весьма скупо. Правда, представитель МИД КНР Линь Цзянь подверг резкой критике решение Трампа повысить импортные пошлины на китайский экспорт в США до 20%. «Давление, принуждение, угрозы – это неверный путь для установления связей с Китаем. Это ошибка, просчет. Если США будут продолжать тарифную войну, торговую войну или любую другую войну, Китай будет биться до конца», – громогласно предупредил Линь. Но что кроется за этой риторикой? Как отмечает The New York Times, саммит Трамп–Си приближается, а китайцы не знают, чего же хочет Трамп. Его повестка остается непонятной для китайской стороны. Но, возможно, в этом и кроется секрет дипломатии Трампа. Он ценит свою непредсказуемость и использует ее для того, чтобы вывести противоположную сторону из равновесия и добиться нужного результата на переговорах.
Правилен этот прогноз или нет, но ясно, что той теплоты, которая отличала визит Трампа в Китай во время его первой каденции, больше не будет.
И все же китайские власти очень хотят, чтобы визит увенчался успехом. В этой связи западная пресса обратила внимание на то, что за последние десять дней китайские военные самолеты почти не летали к Тайваню. А ведь эти полеты всегда служили знаком нажима на Тайбэй, получающий оружие у США. Может, Пекин таким образом хочет смягчить атмосферу накануне саммита? – задаются вопросом наблюдатели.
