Низкая инфляция не спасла промышленность

Промышленность пока не оправдывает надежды властей Фото Reuters

Российская промышленность снова входит в фазу торможения. Не помогает устойчивому росту и сбывшаяся мечта монетаристов в виде исторически низкой инфляции. Российские чиновники все еще хватаются за «таргетирование инфляции». Хотя многие иностранные экономисты уже называют инфляционное таргетирование негодным инструментом – или сломанным компасом для экономической политики.

Динамика промышленности в первом полугодии 2017-го говорит о замедлении роста, который наблюдался в начале года. Не подтверждают оживления и данные третьего квартала. Таковы выводы экспертов Института Гайдара и Академии народного хозяйства и госслужбы (РАНХиГС) в последнем экономическом мониторинге. 

Отрасли, не связанные с инфраструктурными проектами (и не ориентированные на потребительский спрос), показывают нулевой рост или даже спад. «В обрабатывающих отраслях определенный рост наблюдается в производстве транспортных средств (за счет продления госпрограммы стимулирования спроса) и химическом производстве. Однако в целом в обработке очевидных драйверов роста немного, в то время как в добыче полезных ископаемых (показатели которой ранее традиционно росли) в последнее время происходил спад – в основном за счет сокращения нефтедобычи», – подчеркивают экономисты. Прогнозы роста экономики в краткосрочном периоде в части промпроизводства не находят однозначного подтверждения и должны быть интерпретированы с осторожностью: явных драйверов роста в обрабатывающем секторе на данный момент немного.

Тенденцию торможения в российском обрабатывающем секторе подтверждают и замеры индекса деловой активности (PMI) от компании Markit. Последнее измерение индекса активности показывает максимальное ослабление промышленного роста с июня.

С подобными выводами согласны и российские экономисты. «Октябрьская опросная статистика демонстрирует дальнейшее торможение выхода российской промышленности из кризиса», – сообщает завлабораторией конъюнктурных опросов Института Гайдара Сергей Цухло. «Динамика спроса и выпуска, прогнозы продаж и инвестиций, оценки запасов оставляют все меньше надежд на успешное завершение года», – говорит он.

Вместе с тем экономисты Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики (ВШЭ) в своем последнем обзоре указывают на некоторое улучшение деловой активности в октябре по сравнению с сентябрем 2017 года. Напомним, свои выводы экономисты ВШЭ основывают на опросах руководителей 3,2 тыс. крупных и средних промышленных предприятий из 82 субъектов РФ, которые ежемесячно проводит Росстат. В первую очередь позитивные изменения были характерны, по этим опросам, для обрабатывающей и добывающей промышленности.

Однако общую экономическую ситуацию в обрабатывающем секторе сейчас лишь немногие из опрошенных руководителей считают благоприятной – таковых всего 9%. В то время как 17% сообщают о «неудовлетворительной» ситуации, а 74% – об «удовлетворительной». 

В промышленности сегодня функционирует всего 13–15% благополучных предприятий. На противоположной стороне расположилась группа (16–18% от общей численности) нерентабельных и неэффективных предприятий. «Около двух третей предприятий находятся между лидерами и аутсайдерами», - говорят эксперты.

Российская промышленность «в ближайшие 2–2,5 года обречена на хотя и слабый, но устойчивый рост производства в интервале 1,8–2,5%», прогнозируют в ВШЭ. При этом эксперты прямо указывают, что промышленный рост ограничен не уровнем инфляции, а куда более глубокими проблемами. В частности, как считают в ВШЭ, сценарий высокого и устойчивого промышленного роста способен реализоваться на практике только в случае увеличения производительности труда, обновления фондов, наличия резервных мощностей, умеренных налогов, защиты собственности и сильных государственных институтов. «Если не срабатывают одновременно даже два-три параметра из перечисленных, надеяться на высокий устойчивый рост даже на среднемировом уровне крайне затруднительно», – считает директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ Георгий Остапкович, полагая, что отрасль будет находиться в фазе незначительного роста, характерного для «позитивной стагнации».

Между тем финансовые власти уверяют нас, что именно инфляция должна быть поставлена во главу угла. «Снижение инфляции – это условие для экономического роста, необходимое условие, недостаточное, но необходимое», – подчеркивала глава ЦБ Эльвира Набиуллина. 

Правда, инфляционное таргетирование все чаще считается устаревшим инструментом. Яркий пример – Новая Зеландия. Именно она в конце 80-х стояла у истоков этого механизма. «Таргетирование инфляции имело смысл для страны в конце 80-х после 15-летнего двузначного повышения цен. Это был надежный якорь, необходимый для преодоления инфляционной психологии», – пишет редактор Daily Telegraph Эмброуз Эванс Причард. К середине 90-х годов большинство центральных банков стран, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития, вводили режимы таргетирования инфляции. Однако сегодня ясно, что такая политика потерпела неудачу. «Федеральная резервная система США, Европейский центральный банк и Банк Японии создали структуру за последнюю четверть века, которая подтолкнула кредиторов, пенсионные фонды, страховщиков и инвесторов к экстремальному риску. Все остальное обеспечили гиперглобализация и неограниченные потоки капитала», – замечает Причард. «В неправильных обстоятельствах такая политика приводит к образованию пузырей и сумасшедших финансовых циклов», – заключает он.