Перед осенними выборами в Госдуму власть довольно активно – и эффективно – зачищает оппозиционное поле. Так, на прошлой неделе движение «Открытая Россия» (ОР) Михаила Ходорковского (причисленное в России к нежелательным иностранным организациям) прекратило свою деятельность на территории РФ. «Мы закрываем отделения в регионах, – заявил исполнительный директор ОР Андрей Пивоваров. – Все члены «Открытки» исключены из организации, а их членство аннулировано». Сделано это для того, чтобы люди, связанные со структурами Ходорковского, могли избежать уголовного преследования.
Ранее о самороспуске объявила и сеть штабов Алексея Навального. Причина проста: был запущен процесс признания этих структур экстремистскими. Одновременно в Госдуме одобрили законопроект, ограничивающий пассивное избирательное право всякого, кто связан сейчас или был связан в последние годы с организациями, на которые суд наклеил марку «экстремистов». Речь идет о законе, имеющем обратную силу. Он означает фактическую блокировку политической карьеры для многих несистемных оппозиционеров.
При действующем законодательстве ни Михаила Ходорковского, ни Алексея Навального и раньше нельзя было избрать ни на какие должности. При этом с их именами были связаны политтехнологические механизмы, которые активно предлагались в том числе и системным оппозиционерам. Можно даже сказать, что среди «несистемщиков» развернулась борьба политтехнологий. Теперь, похоже, и эти механизмы придется прятать в подполье: например, весьма вероятно, что все сайты, продвигающие «умное голосование» (УМГ), будут блокироваться ЦИКом в рамках борьбы с незаконной агитацией. Но главное, что и среди «легальных» оппозиционеров спрос на участие в УМГ снизится. Мало кому захочется иметь дело с организациями, признанными нежелательными и даже экстремистскими, рисковать своей политической карьерой и свободой.
Власть ограждает внутреннюю политику от тех, кого она считает экстремистами, подрывными элементами. При этом она вовсе не запрещает оппозиционность, напротив, подчеркивая ее необходимость. Президент Владимир Путин неоднократно утверждал, в том числе и в Послании Федеральному собранию, что оппозиция в России есть, она востребована, конструктивна и, что особенно важно, патриотична. Вероятно, это можно отнести не только к деятельности думских партий. «Яблоко», например, функционирует легально и готовится к выборам, а критическую статью Григория Явлинского об Алексее Навальном, опубликованную вскоре после его ареста, в системе координат власти тоже можно признать актом патриотизма.
Законы, запрещающие бороться за власть на любом уровне многим активным гражданам, вносят дисбаланс в политический процесс, какими бы ни были реальные шансы несистемной оппозиции. Этот дисбаланс проявляется среди прочего в том, что «легальные» оппозиционные партии не чувствуют себя достаточно свободно в своей нише. Они анализируют произошедшее с ОР или Навальным, делают выводы о том, какая именно критика власти может подпасть под определение экстремистской, и, как следствие, будут вынуждены проводить свои кампании с предельной осторожностью, по сути, имитируя протест и недовольство.
Вместо благодарности за свою лояльность системе «легальная» оппозиция получила страх. В итоге яблочники раздают в регионах газеты, а коммунисты жалуются на давление и при этом критикуют сложившийся порядок, не переходя на личности. Они лишаются доступа к работающим оппозиционным политтехнологиям, действуют в режиме выживания и рассчитывают только на то, что власть поможет им хотя бы сохранить актуальное положение в системе.
Иван Родин 
комментарии(0)