0
14181
Газета НГ-Энергия Печатная версия

12.09.2022 17:19:00

Газовые картели экспортеров и импортеров: баланс или конфликт интересов

Энергокризис подталкивает западные страны к переоценке планов по «зеленому переходу»

Станислав Жизнин

Энвер Фазельянов

Владимир Тимохов

Об авторе: Станислав Захарович Жизнин – доктор экономических наук, профессор, президент Центра энергетической дипломатии и геополитики (ЦЭД); Энвер Михайлович Фазельянов – кандидат экономических наук, чрезвычайный и полномочный посол, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН, главный аналитик (ЦЭД); Владимир Михайлович Тимохов – кандидат физико-математических наук, исполнительный директор (ЦЭД).

Тэги: экономика, газ, политика, опек, газовый опек, спг, ес, сша


экономика, газ, политика, опек, газовый опек, спг, ес, сша Конференции нефтяных и газовых инвесторов все чаще проходят в очном формате. Фото Reuters

В последнее время тема «зеленого перехода», в котором ведущую роль играют экономические, экологические и коммерческие перспективы газовой отрасли, в том числе для водородной экономики, в мировой энергетике привлекает особое внимание деловых, правительственных и научных кругов многих стран, что связано с его влиянием на климатическую повестку, а также на экономический, технологический и геополитический переделы энергетической карты мира на глобальном и региональном уровнях. Ожидается переоценка стратегии «зеленого перехода» из-за необходимости преодоления в ближайшие два-три года глобального энергетического кризиса, связанного с преждевременным сокращением инвестиций в традиционные невозобновляемые энергоресурсы, который может оказаться более серьезным по сравнению с кризисом 70-х годов прошлого века.

В наибольшей степени кризис затронул газовый сектор, который в силу ряда связанных с ним особенностей пока имеет достаточно выраженный региональный характер. Вместе с тем развитие технологий газовой энергетики, особенно СПГ, создает условия для развития глобального рынка газа в условиях межтопливной конкуренции, что объективно создает предпосылки для усиления координации стран – экспортеров газа в рамках ФСЭГ на фоне попыток создания различных альянсов стран-импортеров, в первую очередь в ЕС, а также активизации газовой дипломатии США.

В ходе РЭН в 2021 году идея газового картеля обсуждалась официальными лицами из Саудовской Аравии и России. В августе 2022 года в зарубежных и российских СМИ эта тема вновь вернулась в повестку дискуссий экспертов. Следует напомнить в этой связи статью Станислава Жизнина в «НГ-энергии» – «Картель как антикартельное оружие» (14.09.10), где в том числе были представлены особенности развития этой организации начиная с 2001 года. За прошедшие годы произошло много событий, которые требуют переоценки роли ФСЭГ в газовой дипломатии. Что изменилось за последние годы?

Газ в зеленой энергетике

В мировой энергетике в последние годы резко усилилось влияние геополитических факторов, которые доминируют, что оказывает негативное влияние на развитие всех секторов энергетики, в том числе в рамках «зеленого перехода», включая газовую отрасль. Накопился существенный конфликтный геополитический потенциал на глобальном и региональном уровнях, что затрудняет функционирование экономических механизмов энергетических рынков в рамках межтопливной конкуренции, в том числе с участием газа и его продуктов. Свою отрицательную роль играют экономические последствия пандемии. В настоящее время наблюдается если не остановка «зеленого перехода», то по крайней мере его замедление. Мир еще не до конца оправился от COVID-19 и его разрушительных последствий, но негативное влияние пандемии на экономику уже очевидно. Ради выживания человечества и предотвращения надвигающегося глобального энергетического кризиса, который может принести миру большие экономические и политические проблемы, необходимо активизировать международное энергетическое сотрудничество.

Посмотрим на основные причины, которые спровоцировали этот кризис, а также на вероятные последствия энергетического коллапса для планеты и мирового сообщества.

Прежде всего ковид вызвал спад промышленного производства, хотя сейчас экономика начинает выздоравливать, что характеризуется бурным ростом спроса на электроэнергию и энергоресурсы в 2021–2022 годах.

Кроме того, капризы погоды в 2020–2022 годах – штиль и засуха в Европе и обледенение ВЭС в США – привели к дефициту поставок зеленой электроэнергии. Засуха и нехватка воды в Латинской Америке и КНР создали проблемы с выработкой электричества на ГЭС.

И наконец, зеленая революция затормозила развитие традиционной энергетики (закрытие угольных ТЭЦ и шахт, борьба с АЭС, дефицит инвестиций в нефтегазовую и угольную отрасли и т.д.). Однако ковид не повлиял на рост спроса на электроэнергию, в немалой степени связанный, помимо традиционных промышленных и бытовых сегментов, с растущими потребностями IT и других секторов цифровой экономики, а ее предложение отстало, что и вызвало резкий рост цен на электричество, а также традиционные энергоресурсы. Кроме того, санкционное безумие Запада в отношении России привело к крайне негативным последствиям для мировой энергетики.

Восстановление мировой экономики после пандемии в условиях энергетической войны Запада против России затягивается. Судя по итогам представительного международного энергетического бизнес-форума, организованного S&P Global и рядом крупных энергетических компаний и банков в Хьюстоне (7–11 марта 2022 года) CERAWeek2022, в котором один из авторов по приглашению его организатора Дэниела Ергина принимал участие онлайн, «зеленый переход» приостановился. Зеленая энергетика становится слишком дорогой, к тому же стали возникать экологические проблемы с самими ВИЭ. Поэтому многие страны быстро вернулись к ископаемому топливу (нефть, газ, уголь). Кроме того, рост цен на традиционные ресурсы ведет к росту цен на многие виды промышленной и сельскохозяйственной продукции. Поэтому в краткосрочном плане помимо борьбы с изменением климата перед мировыми державами и лидерами стоит еще одна главная глобальная задача – преодолеть кризис в энергетическом секторе в условиях реалий пандемии. В долгосрочном плане очевидно, что «зеленый переход» в мировой экономике и энергетике будет продолжаться. Разрабатываются прогнозы и сценарии (S&P Global, Bloomberg, МЭА и др.), общий вывод в которых сводится к сохранению важной роли более экологичных традиционных энергетических ресурсов (в первую очередь газа, спрос на который будет расти) при умеренном развитии ВИЭ. Важно отметить, что в ЕС приняты документы, которые включили газ в дружественный для «зеленого перехода» ресурс. Газ – это не только энергоноситель, но и важная основа для производства удобрений и других продуктов газохимии, а также водорода и его производных (аммиак и др.). Ситуация в последние месяцы подтверждает подобные прогнозы (ожидание энергетической катастрофы в ЕС, стремительный рост цен на газ и его биржевой торговли, развитие инфраструктуры СПГ и пр.).

«Командные центры» мировой газовой отрасли

В мировой газовой отрасли в отличие от нефтяной промышленности не были образованы неформальные межкорпоративные альянсы наподобие картеля так называемых «семи сестер», принципы деятельности которого были использованы при создании ОПЕК. Международное взаимодействие в газовой сфере на корпоративном уровне получило свое развитие начиная с 1931 года, когда был учрежден Международный газовый союз (МГС), который объединяет газовые ассоциации и компании из более чем 70 стран мира. Основными форумами, организуемыми МГС, являются мировые газовые конгрессы, проводимые каждые три года. Кроме того, важную роль в развитии сотрудничества в Европе играет Европейский союз газовой промышленности (Еврогаз), в котором представлены ведущие европейские газовые компании и их ассоциации. ПАО «Газпром» и Российское газовое общество поддерживают активные контакты с обоими союзами. Что касается межгосударственного сотрудничества в газовой сфере, то этот вопрос поднимался и в рамках ОПЕК, правда безуспешно, притом что многие члены этой организации обладают большими запасами газа и являются его экспортерами. Кроме того, газовая проблема привлекла внимание влиятельной глобальной неформальной организации Международного энергетического форума (МЭФ), штаб-квартира которого расположена в Эр- Рияде.

Вопрос об объединении стран – экспортеров газа для защиты их коллективных экономических интересов в отношениях со странами-импортерами обсуждался в 90-х годах прошлого века. Идея создания «газовой ОПЕК» была озвучена в 1999 году на газовом форуме в Париже, однако получила негативную оценку со стороны основных стран – импортеров газа, а также крупного европейского экспортера Норвегии. В дальнейшем проводились дискуссии по этой тематике, которые привели к межминистерской встрече в Тегеране 19–20 мая 2001 года с участием Алжира, Брунея, Индонезии, Ирана, Малайзии, Нигерии, Катара, Омана, России, Туркменистана. Там было принято решение о форуме стран – экспортеров газа (ФСЭГ). До 2008 года деятельность ФСЭГ носила неформальный характер и главным образом ограничивалась обменом мнениями и данными по различным аспектам добычи, транспортировки и реализации газа. Однако в дальнейшем в связи с развитием ситуации на основных рынках сбыта страны-производители приняли решение об изменении принципов деятельности ФСЭГ, его институциализации в целях более действенной защиты своих интересов. Это в немалой степени связано с перспективами развития глобального рынка СПГ.

Решение о преобразовании действовавшего форума стран – экспортеров газа в качестве неформального объединения в международную организацию было принято в ходе 7-й министерской встречи ФСЭГ 23 декабря 2008 года в Москве. Это решение было поддержано руководством России и лично Владимиром Путиным. В настоящее время членами ФСЭГ являются Алжир, Боливия, Венесуэла, Египет, Иран, Катар, Ливия, Нигерия, Россия, Тринидад и Тобаго, Экваториальная Гвинея, а также ОАЭ (с 2012 года). На их долю приходится более 70% доказанных запасов газа в мире и около 44% мирового экспорта. В Москве делегации 11 стран приняли Устав и подписали Соглашение о функционировании ФСЭГ. Ряд стран имеют статус наблюдателей (Ангола, Азербайджан, Ирак, Казахстан, Норвегия, Оман, Перу). С даты подписания соглашение открыто для присоединения Брунея, Индонезии, Малайзии, Туркменистана, которые ранее принимали участие в деятельности неформального ФСЭГ. Было также принято решение, что в дальнейшем любая другая страна – экспортер газа, разделяющая общие интересы и цели форума, может стать его членом. В некоторых встречах министров принимали участие представители Туркменистана, Брунея, Индонезии, Малайзии, Йемена. Сообщалось, что велись переговоры с Канадой и Австралией по вхождению их в ФСЭГ, также обсуждался вопрос о переходе Казахстана и Норвегии из статуса наблюдателей в статус полноценных членов. Кроме того, статус наблюдателя некоторое время имели Нидерланды.

Форум имеет три органа управления: министерская встреча, исполнительный совет и секретариат, который размещается в городе Доха (Катар). Соглашение о функционировании ФСЭГ вступило в силу 30 сентября 2009 года, после получения депозитарием (Российская Федерация) уведомлений о выполнении внутригосударственных процедур от пяти стран (Алжир, Катар, Ливия, Россия, Тринидад и Тобаго). Впоследствии другие страны закончили подобные процедуры, и теперь ФСЭГ является полноценной международной экономической организацией. Почти ежегодно проводятся министерские встречи.

Основные цели организации: обеспечение суверенных прав стран-членов на собственные запасы природного газа и возможность самостоятельно планировать и обеспечивать экологически устойчивую, бережную и эффективную разработку и использование газа в интересах своих народов, обмен опытом, мнениями и информацией по ключевым аспектам развития газовой промышленности. В частности, в учредительных документах отмечается необходимость «повысить роль ФСЭГ на мировой энергетической арене, чтобы поддержать суверенные права стран-членов на их ресурсы природного газа, максимально увеличить их ценность на благо их людей, а также содействовать их координации в области глобальных энергетических разработок с целью содействия глобальному устойчивому развитию и энергетической безопасности». Следует отметить, что в отличие от ОПЕК в учредительных документах ФСЭГ не предусмотрены установление квот на добычу газа и координация ценовой политики. На 10-й министерской встрече в Оране (Алжир) в апреле 2010 года обсуждалась долгосрочная стратегия ФСЭГ, а также принято решение о проведении в 2011 году первого саммита этой организации. С тех пор проведено четыре саммита с участием глав государств – членов ФСЭГ.

Россия и ФСЭГ

В ходе переговоров о формализации ФСЭГ, разработке учредительных документов Россия исходила из того, что создание картеля газовых экспортеров по типу существующего нефтяного картеля ОПЕК означало бы заключение соглашения между его участниками о разделении рынка и соответственно введение механизма квотирования. Цель – минимизация потерь от конкуренции и снижения цен в условиях либерализации европейского рынка.

Следует отметить, что на европейском рынке трубопроводного газа основными конкурентами России являются Алжир и Норвегия, а в перспективе – Ливия, Египет, Туркмения, Азербайджан и Иран. Роль России в этой группе – как по запасам, так и по положению на рынке ЕС – главенствующая. Иран обладает вторыми после России запасами газа, однако из-за существующих международных санкций его месторождения масштабно не разрабатываются, он даже вынужден закупать газ за рубежом, в основном в Туркменистане. Венесуэла также пока не входит в ряд экспортеров газа. В то же время обе страны стремятся привнести в деятельность форума некоторые элементы, свойственные ОПЕК, с упором на более жесткие меры в отношении США и других импортеров газа. Эту позицию не разделяют Катар и ряд других членов ФСЭГ. В связи с этим при развитии ФСЭГ Россия заинтересована в том, чтобы избегать его политизации, а основное внимание направить на решение экономических проблем мировой газовой отрасли на основе баланса интересов потребителей и производителей. Форум дает возможность развития и углубления многостороннего и двустороннего взаимодействия между основными экспортерами газа. В частности, это касается согласования позиций по перспективам развития газовых рынков, чтобы избежать нецивилизованной конкуренции. Кроме того, важным вопросом является разработка новой модели ценообразования на газ с учетом его высоких экологических преимуществ по сравнению с другими традиционными энергетическими ресурсами.

Представители России играют важную роль в деятельности ФСЭГ. Первым генеральным секретарем ФСЭГ был избран представитель России Леонид Бохановский (2009–2014), вторым – Мохаммад Хоссейн Адели из Ирана (2014–2018), а третьим – бывший заместитель министра энергетики РФ Юрий Сентюрин (2018–2022). Кроме того, российские эксперты занимают различные должности в секретариате ФСЭГ. В настоящее время генеральным секретарем ФСЭГ является представитель Алжира Мохамед Хамель.

Сегодня позиции России на европейском газовом рынке, в условиях отхода от системы долгосрочных контрактов и просто от цивилизованных отношений, перехода на биржевую торговлю, вынуждают нас менять правила игры, в том числе в рамках торговых отношений России с ЕС в области поставок газа. Закончился энергодиалог РФ–ЕС, остались двусторонние контакты в энергетике, в том числе газа, с рядом стран. Но в целом возможность в рамках взаимодействия с ЕС просто отсутствует. Есть перспективы энергетического сотрудничества с Японией, Южной Кореей, Китаем, Индией, другими странами Азии. Все это позволяет говорить о целесообразности превращения ФСЭГ в газовую ОПЕК, хотя этот процесс длительный, и пока до механизма квотирования производства и экспорта газа далеко.

7-13-1480.jpg
Столица Катара Доха имеет все шансы стать
местом расположения газового картеля.
Фото Эндрю Миллигана
Российская энергетическая дипломатия в отношении объединения стран – экспортеров газа должна учитывать то, что при либерализации газового рынка и его политизации в странах ЕС может произойти картельное объединение потребителей газа. Это уже затронуло доступ «Газпрома» и других добывающих компаний из государств (не членов ЕС) к газотранспортной инфраструктуре и сбытовым сетям в границах Евросоюза. Кроме того, мы видим непонятные с экономической точки зрения закрытие «Северного потока – 2», ограничения «Северного потока – 1» и «Ямал–Европа». Также наблюдается более тесная координация действий европейских газовых компаний в рамках Европейского союза газовой промышленности.

ЕС: от «энергетической НАТО» до картеля импортеров газа или Госплана?

После расширения ЕС в середине 90-х годов прошлого века новые члены Евросоюза упорно пытались еще тогда «закрыть» энергодиалог Россия–ЕС и создать «энергетическое НАТО» с целью защиты от «российской газовой агрессии». Хотя европейские старожилы отказались это делать, ряд стран ЕС, в первую очередь Польша, в немалой степени под влиянием США, сумели добиться формирования Энергетического союза ЕС, основными задачами которого должны были стать предварительное рассмотрение целесообразности долгосрочных контрактов на поставку газа из России и других стран в рамках этого органа с участием представителей внешнеполитических, энергетических и экономических структур ЕС. По сути, это путь к формированию своеобразного картельного альянса импортеров газа ЕС. В итоге после сопротивления ведущих энергетических компаний и ряда влиятельных стран ЕС новый орган не был наделен контролирующими функциями в отношении газовых контрактов. Тем не менее идея усиления координации в рамках ЕС двустороннего энергетического сотрудничества стран-членов в области поставок энергоресурсов, в первую очередь газа из России и других государств, не входящих в Евросоюз, осталась «на плаву». В настоящее время из-за резкого ухудшения политических отношений России и ЕС, вызванного обострением украинского кризиса, наблюдается активизация деятельности руководства ЕС по усилению контроля над внешними поставками угля, нефти и газа в условиях «штамповки» различных санкций в отношении России. Учитывая слабую экономическую грамотность и чрезмерные политические амбиции ряда европейских лидеров, долгосрочное газовое противостояние никто не просчитывал. Поэтому они действуют без конкретного плана, импровизируя «на ощупь».

На практике все сводится к жесткому сокращению потребления газа и электричества, что может привести к частичной деиндустриализации и снижению доступности коммунальных услуг. Руководители ЕС ведут дело к координации и даже полному подчинению всех двусторонних отношений в области закупок газа и других энергоносителей регуляторами Еврокомиссии (ЕК). По сути, речь идет о превращении ЕК в своего рода «энергетическое политбюро» или европейский вариант советского госплана, что может привести к образованию немыслимого европейского аналога «Газпрома» путем объединения корпоративной политики частных или смешанных компаний типа «Шелл», «Тоталь», «Эни», «Еон», «Газ де Франс», «Фортум», OMV, «МОЛ» и пр. в рамки единой энергетической политики ЕС, что означало бы существенные ограничения рыночных механизмов в газовой и других энергетических отраслях. Понятно, что многие компании не хотят подчиняться такому диктату.

Энергетическая политика ЕС после масштабного расширения, по оценкам одного из авторов, который принимал участие в переговорах по энергохартии и энергодиалогу РФ–ЕС, постепенно утрачивала разумные экономические подходы. Началось с запрета долгосрочных контрактов, разработки «суровых» газовых директив, ограничения на ископаемое топливо на фоне «зеленой истерии». Не вдаваясь в детали, можно констатировать, что снижение поставок российского газа связано не с экономическими или технологическими причинами, а обусловлено геополитикой, в том числе бесконечными санкциями в отношении России. Все это привело к дефициту газа в Европе и резкому росту цен. По мнению ряда адекватных европейских политиков и капитанов нефтегазового бизнеса, страны Европы могут столкнуться с катастрофической нехваткой газа в течение ближайших лет, а на рынке газа спрос долго будет опережать предложение.

Интересно отметить, что Норвегия, которая не входит в ЕС, но находится в правовых и экономических рамках ЕС, отказалась снизить цену на газ для ЕС на фоне энергетического кризиса, несмотря на призывы Брюсселя. Министр нефти и энергетики Норвегии Терье Осланд, напомнив, что ЕС «20 лет назад отказался от практики долгосрочных контрактов в пользу спотового рынка», подчеркнул, что Осло будет поощрять контракты, исходя исключительно из экономических интересов.

Оценка реальных фактов позволяет сделать вывод, что в ЕС будет расти энергопотребление, а внутреннее производство падать. Развитие ВИЭ не позволит справиться с растущим спросом, что вынуждает продолжать использовать ископаемое топливо, в том числе газ. Соответственно это неумолимо приведет к росту зависимости от импорта, а международное энергетическое партнерство является ключом к обеспечению энергетической безопасности. Что касается «зеленого перехода», то есть определенные перспективы у водородной энергетики, но для получения водорода в больших масштабах необходимо сотрудничество со странами за пределами ЕС.

«Газовая ОПЕК»: проблемы и перспективы создания

В 2021–2022 годах вопросы создания глобального альянса экспортеров газа активно обсуждались на международных конференциях, в зарубежных и российских СМИ. В частности, по сообщению «Газеты.ру» от 14.10.21, в рамках Российской энергетической недели в октябре 2021 года министр энергетики Саудовской Аравии принц Абдулазиз бин Салман Абулазиз аль Сауд высказался в пользу регулирования газового рынка. Судя по словам вице-премьера Александра Новака: «Рациональное зерно в этом есть, но нужно более детально это проработать». В аналитической статье Саймона Уоткинса 23 августа 2022 года в американском журнале Oil Price говорится, что «Россия и Иран строят фундамент для потенциального газового картеля», и прогнозируется, что газовый альянс России и Ирана может способствовать контролю над ключевыми элементами глобальной матрицы поставок газа.

В частности, в статье отмечается, что «газ широко рассматривается как оптимальный продукт при переходе от ископаемого топлива к возобновляемым источникам энергии, поэтому контроль над его глобальным потоком станет ключом к энергетике в течение следующих 10–20 лет», со ссылкой на источники Министерства нефти Ирана». Подобный вывод делается на основе оценки Меморандума о взаимопонимании (МоВ) на сумму 40 млрд долл. США, подписанный в июле 2022 года между «Газпромом» и Национальной иранской нефтяной компанией (NIOC), и является ступенькой к тому, чтобы позволить России и Ирану реализовать свой давний план – стать основными участниками глобального картеля для поставщиков газа по той же схеме, что и Организация стран – экспортеров нефти (ОПЕК) для поставщиков нефти.

По мнению автора статьи, «основанная на базе ФСЭГ «газовая ОПЕК» позволит координировать чрезвычайную долю мировых запасов газа и контролировать цены на газ в ближайшие годы. Занимая первое и второе места в таблице крупнейших мировых запасов газа, соответственно Россия (48 трлн куб. м) и Иран (34 трлн куб. м) находятся в идеальном положении для этого».

Анализ некоторых положений указанной статьи и других недавних материалов в СМИ показывает, что создание глобального газового альянса (или картеля) выглядит более реально, чем несколько лет назад. В частности, МоВ содержит по крайней мере четыре ключевых элемента, которые могут содействовать созданию «газовой ОПЕК». Во-первых, «Газпром» пообещал техническую помощь NIOC в разработке газовых месторождений Киш и Северный Парс стоимостью 10 млрд долл. Во-вторых, «Газпром» окажет содействие в реализации проекта стоимостью 15 млрд долл. на огромном месторождении Южный Парс на морской границе между Ираном и Катаром. В-третьих, «Газпром» окажет технологическое содействие в завершении проектов по производству СПГ и развитию газотранспортной инфраструктуры в Иране. В-четвертых, по мнению зарубежных экспертов, Россия может побудить другие крупные газовые державы присоединиться к постепенному созданию газового картеля. Важно отметить, что Катар и Иран в 2017 году заключили соглашение о сотрудничестве в отношении ряда спорных вопросов вокруг месторождения Южный Парс, что может сыграть позитивную роль в участии Катара в картеле. В этой связи важное значение могут иметь стабильные отношения Москвы и Эр-Рияда по нефтяным и некоторым политическим вопросам, что будет способствовать сглаживанию некоторых проблем между КСА и Катаром в общих газовых интересах.

В совокупности на Россию, Иран и Катар приходится около 60% мировых запасов газа, и они сыграли важную роль в создании ФСЭГ, 12 членов которого контролируют более 71% мировых запасов газа, 44% его реализуемой продукции, 53% газопроводов и 57% экспорта СПГ. В разное время изучались планы по углублению сотрудничества между членами ФСЭГ до такой степени, чтобы оно стало таким же влиятельным на газовом рынке, как ОПЕК на нефтяном. В частности, это касалось развития трехстороннего сотрудничества (России, Ирана и Катара). До последнего времени эта идея не была реализована по ряду причин, в том числе из-за нежелания Катара присоединиться к российско-иранскому альянсу по политическим мотивам.

По нашему мнению, в краткосрочной перспективе сдержанность Катара в отношении участия в газовой ОПЕК может ослабнуть. Важнейшей особенностью экономических планов Дохи является то, что она останется одним из ведущих экспортеров СПГ в мире, особенно учитывая долгосрочные соглашения Qatar Petroleum и Sinopec на ежегодные поставки в Китай более 2 млн т СПГ в период 10 лет, а также с Пакистаном – более 3 млн т ежегодно, тоже на 10 лет. Кроме того, Катар заключил долгосрочные соглашения с рядом других стран Азии. Важно отметить,что Доха выступает за то, чтобы все поставщики могли работать на европейском рынке.

Важную роль в формировании глобального газового альянса может сыграть Саудовская Аравия, которая реализует долгосрочную программу развития газовой инфраструктуры, в том числе в расчете на экспорт СПГ, основываясь на огромных запасах газа, в разработке которых активно участвует российский ЛУКОЙЛ. Поэтому газовые инициативы министра энергетики КСА имеют перспективы.

США против «газовой ОПЕК»

В США очень резко реагируют на любые попытки стран – экспортеров углеводородов объединить свои усилия для защиты экономических интересов. В этой связи используются некоторые положения национального антимонопольного законодательства, которое считается в США выше ряда международно-правовых документов. Конгрессмены США нередко принимали законопроекты против «монопольного сговора стран ОПЕК», а также против отдельных стран – членов ОПЕК и их национальных компаний, включая крупнейшую нефтяную компанию мира «Сауди Арамко». Не являются исключением и действия в отношении ФСЭГ. 26 июня 2007 года на заседании комитета по иностранным делам Палаты представителей Конгресса США был одобрен законопроект о противодействии созданию «газовой ОПЕК» с участием России, Ирана и других стран – производителей природного газа. В документе, одним из авторов которого был глава комитета демократ Том Лантос, отмечалось, что ФСЭГ, который был назван «газовой ОПЕК», может представлять угрозу для энергетической безопасности США и ряда стран – союзников США. Кроме того, были приведены оценки НАТО, и указывалось на необходимость совместной стратегии с заинтересованными странами, чтобы не допустить создания газового картеля.

Хотя законопроект был внесен в Конгресс в форме резолюции и не имел обязательной юридической силы для президента США и американского правительства, тем не менее американские законодатели продолжали принимать различные документы против ФСЭГ уже после формализации этой организации в 2009 году.

Очевидно, что США с участием Великобритании вступили в борьбу за доминирование в мировой энергетике. По оценкам многих российских и зарубежных аналитиков, можно выделить несколько важных направлений такой борьбы. Помимо ОПЕК и ФСЭГ, следует выделить стремление вернуть себе технологическое преимущество в ряде отраслях мировой энергетики (традиционные и сланцевые углеводороды, атомная энергетика), ВИЭ, водород и другие сферы зеленой энергетики. Хотя в энергетической дипломатии Байдена, в отличие от Трампа, вначале преобладали зеленые акценты, в последнее время усилилось внимание к традиционным ресурсам. В АТР США стремятся повлиять на энергоснабжение КНР и ограничить российско-китайское сотрудничество. Отдельно следует обратить внимание на действия США в отношении Европы и России. Задолго до начала СВО в Украине были намечены меры против российских трубопроводных проектов («Северный поток – 2», «Южный поток», «Турецкий поток» и др.). Целенаправленно ведется работа в отношении Польши, балтийских и других стран Восточной Европы, чтобы они постоянно «бузили» в ЕС в отношении «российской газовой агрессии».

В ходе визита в Брюссель в марте 2022 года американский президент Джозеф Байден согласовал «историческое», как его окрестили в западных СМИ, соглашение с Евросоюзом о поставках СПГ, в соответствии с которым США пообещали увеличить поставки газа в надежде ослабить влияние России. Однако реальность таких обещаний вызывает серьезные сомнения из-за экологических и экономических проблем масштабного роста добычи сланцевого газа в США и развития соответствующей инфраструктуры в ЕС.

Важным направлением энергетической дипломатии США остается Ближний Восток. Однако итоги недавнего визита Байдена в КСА свидетельствуют о том, что саудовская сторона не «горит желанием» помогать Вашингтону по его просьбе решать серьезные энергетические проблемы США и их союзников.

Заключение

1. Глобальный энергетический кризис будет обостряться, и в ближайшие годы роль газа в его преодолении будет возрастать, особенно в условиях «зеленого перехода». Это связано с экологическими преимуществами газа по сравнению с другими ископаемыми видами топлива, а также перспективами его использования для получения водорода и некоторых важных для мировой экономики продуктов, прежде всего удобрений.

2. По мере роста доли СПГ в мировой торговле газом и масштабов соответствующей инфраструктуры, в том числе местной, вероятно формирование глобального газового рынка, и при этом влияние региональных рынков на глобальный рынок будет усиливаться.

3. Если недавно казалось очевидным влияние цен на нефть и нефтепродукты (дизель и мазут) на цены на газ, то сейчас ситуация меняется. Наоборот, цены на газ и его продукты могут влиять на цены на нефть и нефтепродукты. Не вдаваясь в детали, можно отметить взаимное влияние на ценообразование в международной торговле газом и нефтью – новое явление в мировой энергетике.

4. Все это может ускорить создание международного газового картеля, вероятно, в рамках ФСЭГ.

5. Очевидно возрастание конфликтного потенциала в мировой политике, что усилит влияние геополитических факторов на систему международных экономических отношений, в первую очередь в сфере энергоснабжения, в том числе на торговлю газом.

6. Объединение основных производителей газа в рамках «газовой ОПЕК» на базе ФСЭГ будет содействовать стабильности и предсказуемости международных газовых рынков, а также обеспечению энергетической безопасности экспортеров и импортеров газа.

7. По нашему мнению, «газовый альянс или картель» может быть создан на начальном этапе в соответствии с кратким меморандумом между РФ, Ираном, Катаром, КСА (пока без ФСЭГ), основные положения которого можно было бы подготовить и обсудить в рамках ежегодной Российской энергетической недели (РЭН-22), намеченной на середину октября с.г. в Москве.

8. Одним из направлений деятельности «газовой ОПЕК» мог бы стать постепенный переход на оплату в торговле газом в национальных валютах и уменьшение роли доллара в ценообразовании и расчетах в международной торговле газом.

9. «Газовая ОПЕК» могла бы активно участвовать в глобальном энергетическом диалоге в рамках Международного энергетического форума (МЭФ), штаб-квартира которого расположена в Эр-Рияде, тем более что ФСЭГ и МЭФ успешно взаимодействовали в создании такой важной платформы, как банк данных о положении в мировой газовой отрасли GasJODI, которые регулярно публикуются на сайте МЭФ. Это важно для того, чтобы в условиях усиления геополитической турбулентности в мире отношения между экспортерами и импортерами газа развивались на основе баланса, а не конфликта интересов.

10. Можно было бы продумать целесообразность создания промежуточной структуры или механизма взаимодействия стран – экспортеров нефти и газа в рамках ОПЕК+ , то есть между ОПЕК и ФСЭГ, с расположением временного рабочего секретариата в Москве или Санкт-Петербурге. n

Примечание редакции: В следующем номере «НГ-энергии» будет опубликована реакция международных экспертов на эту статью.


Читайте также


Центробанк оценил вред нефтяного эмбарго независимо от правительства

Центробанк оценил вред нефтяного эмбарго независимо от правительства

Ольга Соловьева

Минфин обещает увеличить расходы в последние дни 2022 года

0
320
Принятый на Западе раздельный бюджет не принимается в России

Принятый на Западе раздельный бюджет не принимается в России

Анатолий Комраков

Муж и жена совместно контролируют расходы в половине российских семей

0
284
Банковской системе угрожает демографический шок

Банковской системе угрожает демографический шок

Анастасия Башкатова

Пенсионеров обвинили в глобальной разбалансировке экономики

0
323
Партии присматриваются к полевым командирам и военкорам, а те – к партиям

Партии присматриваются к полевым командирам и военкорам, а те – к партиям

Дарья Гармоненко

Неожиданные результаты спецоперации проявляются в российской политике

0
265

Другие новости