Фото Reuters
Постпред США при ООН Майкл Уолтц заявил, что американский президент Дональд Трамп пытается завершить «бесконечную войну» с Ираном, которая началась еще при Джимми Картере 47 лет назад. Наверное, именно этими категориями Трамп и мыслит. Проблема только в том, что за год с небольшим своего второго срока он уже неоднократно объявлял, что завершил множество конфликтов. Практика показывает, что многие из этих конфликтов просто ставятся на паузу и в любой момент могут возобновиться.
Летом 2025 года американцы наносили удары по объектам ядерной инфраструктуры Ирана. Трамп заявлял об их уничтожении, о том, что у Тегерана не получится в обозримом будущем создать атомную бомбу или другое оружие массового уничтожения, что иранцам приходится прислушиваться к голосу разума и идти на сделку. Это был еще один «завершенный конфликт». Однако в феврале уже 2026 года США направили к берегам Ирана два авианосца, а в Женеву на переговоры с представителями Тегерана отправились Стив Уиткофф и Джаред Кушнер. Еще раз стало понятно, что объявленное Трампом завершение войны не всегда означает, что она действительно закончилась. Скорее конец конфликта нужно вовремя вписать в электоральный цикл.
Отправка авианосца – явный признак того, что дело идет к силовой развязке. Так было с Венесуэлой и похищением Николаса Мадуро, так случилось и с Ираном и его руководством. Это очевидный знак. Но знаком чего можно считать переговоры в Женеве? Некоторые СМИ после начала американской операции «Эпическая ярость» сообщали, что Уиткофф и Кушнер действительно пытались договориться с Тегераном, но в последний момент вмешался Израиль и все разрушил. Однако издание Axios со ссылкой на анонимного – и информированного – израильского чиновника пишет, что США использовали переговоры с иранцами для того, чтобы усыпить бдительность Тегерана, а в это время готовились к операции. Можно вспомнить и летние обстрелы иранских объектов американскими ракетами. Это тоже случилось внезапно, публично Трамп указывал на то, что собирается говорить с Ираном.
По поводу женевских переговоров никакой стопроцентно достоверной информации нет. При этом версия Axios вполне соответствует базовым взглядам и установкам тех, кто к любым встречам и попыткам заключать сделки относится настороженно, скептически. Она укрепляет изначальное недоверие. Это исключительно актуально и для российско-украинского конфликта, в котором Москва, например, добивается стабильного мира сразу и без пауз, потому что любым перемирием, по ее мнению, Киев может воспользоваться, чтобы перевооружиться и усилить свою армию.
США в случае с Ираном – явная сторона конфликта. В случае с Россией и Украиной Трамп выбирает роль посредника, подчеркивает это. При этом США ввели против РФ санкции и не отказываются от них. Они поставляли Украине оружие, готовы через новые схемы делать это и дальше, если сделки не получится. Ирану в Женеве, получается, тоже предлагали сделку, а одновременно готовили ракеты. Кажется, в марте у российских властей появилось больше оснований полагать, что Трамп способен вести двойную игру, делать обманные ходы, использовать переговоры как маневр.
Операция против Ирана, наверное, не дискредитирует окончательно формат переговоров и сделок. Она просто заставляет усомниться в том, что Трамп действительно хочет договариваться, если ему куда проще добиться своего, демонстрируя силу, угрожая ее применить или попросту захватывая и убивая неугодных политиков. Время его полномочий ограничено, осенью он может потерять большинство в Конгрессе. А любые переговоры и поиск компромиссов – слишком долгий процесс для таких лидеров.
Надежда Мельникова 
