Игорь Сид
Поэты выстраивают маршрут по Сахаре. Фото Муамара Джебби
На стыке свойственных Северной Африке супержаркого и супербархатного сезонов в Тунисе, в его одноименной столице, состоялся вечер двух московских поэтов, предпринявших перед этим путешествие по прибрежной и пустынной зонам республики. Выступление Амарсаны Улзытуева и автора этих строк во дворике-садике школы при российском посольстве собрало интересующихся современной литературой представителей русской диаспоры и местной художественной элиты.
Согласно теории путешествий, разрабатываемой географом Владимиром Каганским при участии других литераторов, любое путешествие является, с одной стороны, нарративом, содержательным текстом, а с другой – микромоделью целой человеческой жизни (как это убедительно показано, например, в романе Даура Зантария «Золотое колесо»). Поэтому чтения странствующих поэтов фактически стали литературным докладом о данной поездке по Тунису. Улзытуев в своей уникальной манере, близкой к тувинскому горловому пению, исполнил ряд новых текстов. К примеру: «И мне, дураку, дано/ За птицей жарою умчаться прочь,/ В страну Тунис, где все включено/ На тысячу и одну ночь…» Он подчеркивал особо решительное ввиду окружающих райских пейзажей неприятие жестокого и дегуманизирующего мира современных технологий: «Сосед мой суров и угрюм,/ Сжег от девайса шнур...»
Автор данного репортажа предстал больше в альтернативном, непоэтическом амплуа – литературного куратора, поведав, в частности, о том, как в одиночестве (но не без профессиональной поддержки одного из лучших гидов Магриба, организатора русского землячества в Тунисе Наташи Купчи) выбрался к самой северной точке Черного материка, мысу Бен-Секкаа. Задача была – помедитировать там об альтернативной истории Европы (куда она двинулась бы, победи в Пунических войнах не Рим, а все-таки Карфаген?) и о проведении в этих сказочных местах арабо-русских семинаров по литературному переводу. В Тунисе, кстати, живет один из самых продвинутых современных арабских писателей, переводчик со многих европейских языков (и, наоборот, с арабского на эти языки) Валид Солиман.
А в качестве площадки для международного поэтического фестиваля был назван Таузар – малая родина классика арабской поэзии Абу-ль-Касима аш-Шабби. В этом роскошном оазисе посреди Сахары мы обнаружили огромный памятник Пегасу.
Амарсана Улзытуев рассказал о перевороте, совершенном им в современной русской поэзии: введении анафоры (начальной рифмы) в качестве устойчивой литературной формы. Ваш покорный слуга сообщил о своих опытах в области геопоэтики и представил несколько клипов в жанре видеопоэзии, созданных совместно с композитором и режиссером Алексеем Блажко и культурологом Екатериной Дайс под эгидой Крымского геопоэтического клуба.
