0
25633
Газета Идеи и люди Печатная версия

08.08.2023 17:08:00

Штрафники: опыт Великой Отечественной

Как заключенные помогали СССР бороться с фашизмом

Александр Сухаренко

Об авторе: Александр Николаевич Сухаренко – независимый антикоррупционный эксперт, директор Центра изучения новых вызовов и угроз национальной безопасности РФ (г. Владивосток).

Тэги: закон, уголовная ответственность, заключенные, контракт, минобороны, сво, штраф, батальоны

Все статьи по теме "Специальная военная операция в Украине"

закон, уголовная ответственность, заключенные, контракт, минобороны, сво, штраф, батальоны Решительные меры, принятые для укрепления личного состава армии, позволили СССР остановить врага и освободить половину Европы.

Около месяца назад вступил в силу весьма спорный Федеральный закон № 270-ФЗ «Об особенностях уголовной ответственности лиц, привлекаемых к участию в специальной военной операции», в соответствии с которым значительная часть подследственных и осужденных россиян может избежать наказания и судимости за содеянное. Количество лиц, уже присоединившихся к подразделениям Минобороны РФ, участвующих в СВО, вряд ли будет обнародовано ввиду режима секретности. Численность осужденных, отбывающих наказание в учреждениях ФСИН, тоже не публикуется. Отдельные упоминания о тех или иных заключенных – участниках специальной военной операции (СВО) обычно встречаются лишь в региональных СМИ, при возникновении каких-то ЧП с их участием.

Комитет Госдумы по госстроительству и законодательству в июле не поддержал прошлогодний проект фракции КПРФ об амнистии в связи со 100-летием СССР как «несвоевременный». Комитет сослался на отсутствие «прогнозов об изменении криминогенной ситуации и сомнительность достижения общественного единства». Напомним, коммунисты предлагали амнистировать лиц, совершивших преступления небольшой и средней тяжести, принимавших участие в боевых действиях со времен СССР до СВО, а также совершивших 22 преступления, «связанные с различными формами инакомыслия», в том числе неоднократное нарушение установленного порядка организации публичных акций; публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности; возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства; применение насилия в отношении представителя власти и его оскорбление, также распространение «фейков» об армии и ее дискредитация, если это не повлекло тяжких последствий. По их мнению, «освобождение этих лиц в условиях сложной геополитической обстановки будет способствовать консолидации общества и национальному примирению». Вместо безусловного освобождения осужденных по амнистии председатель комитета Госдумы по госстроительству и законодательству Павел Крашенинников, ранее инициировавший Федеральный закон № 270, предоставил им право «искупить свою вину кровью», подписав долгосрочный контракт с Минобороны РФ об участии в СВО. Аналогичное решение, как мы знаем по истории СССР, уже принималось, но тогда был исключительный случай и совсем иные военно-технические возможности у армии.

Искупить вину кровью

Речь идет о приказе наркома обороны СССР Иосифа Сталина от 28.07.1942 № 227, согласно которому в Красной армии появились штрафные формирования. Командующим фронтов предписывалось «сформировать от одного до трех (смотря по обстановке) штрафбатов (по 800 человек), куда направлять старших командиров и политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины». В пределах армий также формировалось от 5 до 10 штрафных рот численностью 150–200 человек каждая, куда по тем же мотивам направлялись рядовые бойцы и младшие командиры. Наряду с этим предписывалось сформировать три–пять хорошо вооруженных заградительных отрядов (до 200 человек в каждом) и поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий, обязав их в случае паники и беспорядочного отхода расстреливать паникеров и трусов на месте. Позднее, 28 сентября, были утверждены Положения о штрафных батальонах (ШБ) и ротах (ШР), а также штаты заградительных отрядов (до этого они формировались на временной основе).

Принципиальная разница между штрафными и линейными частями состояла в том, что личный состав штрафных батальонов и рот подразделялся на постоянный (командно-начальствующий состав) и переменный (штрафники), правовое положение которых различалось. Кадровые военные были безоговорочно чисты перед законом. Более того, они подбирались из числа волевых и наиболее отличившихся в боях командиров и политработников. Командир и комиссар ШБ пользовались по отношению к штрафникам дисциплинарной властью командира дивизии, а в ШР – властью командира полка. Командный состав для штрафных частей специально не готовили, а выходцы из органов НКВД были в нем скорее исключением. Назначение на должность осуществлялось в обычном порядке, но с предоставлением различных льгот. Так, всему постоянному составу сроки выслуги в званиях, по сравнению с начальствующим составом обычных строевых частей, сокращались наполовину. При назначении пенсии месяц службы в штрафной части засчитывался за шесть. Повышенным на 20–25% был денежный оклад. Военнослужащие переменного состава направлялись в штрафные части на срок от одного до трех месяцев либо приказом соответствующего командира (таким правом были наделены командиры дивизий и отдельных бригад в отношении офицеров, командиры полков и выше в отношении рядового и сержантского состава), либо военным трибуналом, если были осуждены с отсрочкой исполнения приговора до окончания военных действий (ст. 28–2 УК РСФСР 1926 года). По ходу войны к ним присоединялись освобожденные из исправительных колоний и лагерей, а до этого осужденные за нетяжкие преступления. За годы войны из учреждений ГУЛАГа досрочно освободили и передали в армию около миллиона человек. Однако не все из них оказались в штрафных формированиях.

Расширение контингента

Если сразу после выхода в свет приказа № 227 штрафные части комплектовались военнослужащими действующей армии, направляемыми туда на основании приказа командира и по приговору военного трибунала, то в ходе войны контингент штрафников заметно расширился. В первую очередь – за счет военнослужащих тыловых воинских частей и учреждений, не входивших в действующую армию. Приказ наркома обороны СССР от 16.10.1942 № 323 признал недопустимым положение, когда дезертиры, расхитители военного имущества, пьяницы, злостные нарушители воинской дисциплины и «прочие неустойчивые элементы», осужденные военными трибуналами с применением отсрочки исполнения приговора до окончания войны, продолжали службу на прежних местах – в запасных частях, учебных центрах, бригадах и полках, вновь формирующихся частях, военных училищах, тем самым избегая наказания. Многие из них в составе маршевых пополнений направлялись в армию вместе с не имевшими судимости бойцами, принося на фронт «неорганизованность, расхлябанность и, как следствие этого, малодушие и трусость, дезертирство и другие преступления». По прибытии на передовую они растворялись в общей массе и чаще всего скрывали свою судимость.

Приказ № 323 устанавливал следующий порядок использования контингента осужденных военными трибуналами за воинские и другие преступления с применением отсрочки исполнения приговора до окончания войны: на срок от одного до трех месяцев лица командного и начальствующего состава направлялись в ШБ, красноармейцы и младшие командиры – ШР. Если срок пребывания в штрафной части не был определен в приговоре суда, то он устанавливался приказом командира войсковой части, в которой находился осужденный (или начальника гарнизона), исходя из меры наказания, определенной трибуналом. Срок пребывания в штрафной части исчислялся с момента фактического прибытия туда осужденного.

Приказы № 227 и № 323 не определяли конкретного перечня деяний, за которые военнослужащий мог быть направлен в штрафную часть приказом командования. Это влекло за собой разнобой и крайности в решениях военных советов и командиров. Нередки были случаи необоснованного направления в штрафные части лиц, совершивших правонарушения, не представлявшие большой общественной опасности. Чтобы исправить ситуацию, 21 августа 1943 года наркомом обороны был издан приказ № 0413, закреплявший конкретный перечень дисциплинарных проступков и преступлений, за которые командир части был вправе направлять без суда в штрафные подразделения лиц сержантского и рядового состава, когда обычные меры дисциплинарного воздействия оказывались недостаточными. Аналогичные права получили начальники гарнизонов, пользовавшиеся правами не ниже командиров полков, в отношении задержанных дезертиров рядового и сержантского состава, бежавших из частей действующей армии и других гарнизонов. Таким образом, была практически разграничена компетенция военных трибуналов и военного командования по направлению военнослужащих в штрафные части.

С учетом психологии

Приказ № 0413 не был лишен учета человеческой психологии. За указанные в нем воинские преступления виновные могли попасть под трибунал и приговорены к длительным срокам заключения, а дезертиры – к расстрелу. С изданием этого приказа потенциальные уголовники, избежав военного трибунала, получали шанс вернуть себе прежнее звание через штрафную роту. Однако право самостоятельно осуществлять правосудие, которое приказами № 227 и 0413 закреплялось за отдельными командирами и начальниками, противоречило не только Конституции СССР (1936 года), но и УПК. Наличие такого права давало им возможность для значительных злоупотреблений властью. По ходу войны распространенной стала практика замены тюремного заключения направлением в штрафную часть или даже освобождения из мест заключения для мобилизации в действующую армию. Из-за неправильного толкования судами нормативных актов случалось так, что уголовникам удавалось попасть не только в штрафные роты, но даже и в батальоны. В январе 1944 года (то есть спустя 1,5 года существования штрафных частей) заинтересованные наркоматы и Прокуратура СССР, проанализировав судебную практику о применении отсрочки исполнения приговора, установили, что в ряде случаев она предоставлялась необоснованно.

167-7-2480.jpg
Тяготы военного времени были одними
и для штрафников, и для обычных
красноармейцев.  Фото © РИА Новости

  Совместным приказом заместителя наркома обороны маршала Александра Василевского и наркомов внутренних дел, юстиции и Прокурора СССР № 004/0073/006/23cc от 26.01.1944 устанавливался единый порядок применения отсрочки исполнения приговора с направлением осужденных в действующую армию. Судам и военным трибуналам было категорически запрещено применять отсрочку к «лицам, осужденным за контрреволюционные преступления, бандитизм, разбой, грабежи, ворам-рецидивистам, лицам, имевшим судимость за перечисленные преступления, а также неоднократно дезертировавшим из Красной армии». По остальным категориям уголовным дел судам и военным трибуналам, решавшим вопрос об отсрочке с направлением осужденного в действующую армию, предлагалось учитывать личность осужденного, характер совершенного им преступления и другие обстоятельства дела.

Поскольку штрафные формирования были по своей сути обычными стрелковыми частями, боевая деятельность и организация службы в них регулировались воинскими уставами. Тактические возможности штрафных частей были скромными, учитывая численность личного состава и оснащенность легким вооружением: пистолетами-пулеметами ППД и ППШ, винтовками, ручными пулеметами, реже – станковыми пулеметами и минометами. Их использовали в интересах соединений и частей, которым они временно придавались: штрафной батальон – стрелковой дивизии, рота – стрелковому полку. Даже будучи укомплектованными, штрафные части редко действовали в полном составе. Как правило, их делили на группы, которые по отдельности придавались той или иной стрелковой части, что сужало их и без того скромные тактические возможности. Тем не менее при соответствующей подготовке и умелом командовании они успешно решали пусть частные, но важные боевые задачи: прорывали неприятельскую оборону, штурмовали опорные и населенные пункты, вели разведку боем.

По ходу войны выработался следующий порядок освобождения и реабилитации штрафников. Период пребывания в штрафной части не мог превышать срок, определенный в приказе командира или приговоре военного трибунала и в любом случае составлявший не более трех месяцев. Всех погибших штрафников реабилитировали посмертно, а судимость с них (в случае, если они были направлены в штрафную часть военным трибуналом) снималась. Их семьям назначалась пенсия. Те же штрафники, кому посчастливилось остаться в живых, освобождались досрочно по трем основаниям: в случае ранения, за боевое отличие, по отбытии назначенного срока. При этом далеко не каждого из тех, кто был направлен в штрафную часть военным трибуналом, ждала реабилитация, и оформлялась она не автоматически. Существовало безусловное правило: искупить вину штрафник мог только активными, героическими действиями на поле боя. Кто не смог таким образом проявить себя, после перевода в обычную стрелковую часть по-прежнему имел судимость и считался отбывающим наказание. От нее бывших штрафников мог освободить военный трибунал фронта лишь в том случае, если они в новой части проявляли себя «стойкими защитниками Родины». Реабилитацию, как это требовали Положения о штрафных батальонах и ротах, стремились провести в торжественной обстановке. Реабилитированные получали предписания убыть: в свою прежнюю часть, отдельный полк резерва офицерского состава или в отдел кадров округа.

Незначительная доля армии

Закономерен вопрос, сказывалось ли пребывание человека в штрафной части на его дальнейшей судьбе? Законодательство не предусматривало ущемления прав штрафников по отбытии ими наказания. Больше того, Президиум Верховного Совета СССР по случаю победоносного завершения войны 7 июля 1945 года объявил амнистию, которая означала, что военнослужащие, осужденные с применением отсрочки исполнения приговора до окончания войны (а такие среди штрафников составляли большинство), освобождались от наказания и с них снималась судимость.

Юридически штрафные части существовали в Красной армии с 1942 года до окончания советско-японской войны. За это время было сформировано 65 отдельных штрафбатов и 1048 штрафных рот, причем их число не оставалось постоянным и уже с 1943 года стало снижаться. Всего в их составе, согласно архивным документам Генштаба ВС СССР, воевали 427,9 тыс. военнослужащих переменного состава. Распределение их по годам выглядит следующим образом: 1942 год – 24, 9 тыс. человек, 1943 год – 177,6 тыс., 1944 год – 143,4 тыс., а 1945 год – 81,7 тыс. При ежегодной численности действующей армии в 6–6,5 млн человек доля штрафников была незначительной – от 2,7% в 1943 году до 1,3% в 1945 году.

Численность погибших штрафников за весь период войны еще предстоит установить. Сегодня историки располагают лишь отрывочной информацией за отдельные годы. Так, в 1944 году общие потери личного состава (убитые, умершие, раненые и заболевшие) всех штрафных формирований составили 170,2 тыс. человек. Среднемесячные потери – 14,1 тыс. человек (переменный состав 10, 5 тыс., постоянный 3,6 тыс.), или 52% от их среднемесячной численности (27,3 тыс.). Это было в 3–6 раз больше общих среднемесячных потерь личного состава в обычных войсках. Жертв могло бы быть все же меньше. Но, по свидетельствам фронтовиков, отдельные командиры, получив в свое распоряжение штрафников, видели в них лишь преступников и не считали необходимым беречь их как живую силу. Подчас их направляли в бой, не обеспечив проходов в минно-взрывных заграждениях, оставляя без огневого прикрытия. Собственную нераспорядительность в организации артподготовки или нежелание поддержать атакующие действия штрафников огнем они списывали на необходимость исправления переменного состава штрафных частей в максимально тяжелых условиях.

Учреждение в июле 1942 года штрафных частей было одной из крайних мер, к которым прибегло Верховное главнокомандование для решительного перелома положения на фронте. Штрафные батальоны и роты выступили каналом мобилизации значительного числа людей, по возрасту и состоянию здоровья способных стать в строй, но остававшихся за рамками действующей армии. Для почти 430 тыс. человек, совершивших преступления, они стали суровой, но единственной альтернативой расстрелу или многолетнему заключению. В результате этого множество штрафников ценой пролитой на поле боя крови, а то и самой жизни смогли вновь обрести свободу. 


Читайте также


Западные инструкторы будут осваивать полигоны Украины

Западные инструкторы будут осваивать полигоны Украины

Владимир Мухин

Солдат ВСУ начнут готовить без их выезда за границу

0
1325
Повестки украинским призывникам будут отправлять почтой

Повестки украинским призывникам будут отправлять почтой

Наталья Приходко

Ужесточенная мобилизация становится все более ожесточенной

0
988
От Цифрового кодекса ждут юридических определений IT-терминов

От Цифрового кодекса ждут юридических определений IT-терминов

Екатерина Трифонова

Разрозненное законодательство стало отставать от прогресса информационных технологий

0
1436
Россия сможет трансформировать СВО в КТО

Россия сможет трансформировать СВО в КТО

Иван Родин

Отказ властям Украины в легитимности позволит объявить киевский режим террористическим

0
3274

Другие новости