Ирина Акимушкина
Захват Соединенными Штатами президента Венесуэлы и стремление изменить политику Каракаса как минимум в Западном полушарии напрямую затрагивают еще одну страну региона – Кубу. С учетом теснейших связей во многих сферах между этими двумя карибскими странами фактический крах Венесуэлы как суверенного государства может повлечь за собой непредсказуемые последствия и для Гаваны.
Чего можно ожидать уже в ближайшее время в отношениях США и Кубы и каким образом они скажутся на единственной, по сути, внешнеполитической опоре России в Западном полушарии? Хотелось бы сосредоточить внимание на трех ключевых факторах, которые и определят в дальнейшем, будет ли Куба по-прежнему социалистической, проводя антиамериканский курс. Сможет ли Россия каким-то образом помешать смене политической власти в Гаване? И насколько прямое вмешательство Соединенных Штатов в кубинские дела подорвет надежды на нормализацию отношений между Москвой и Вашингтоном?
Начну с того, что Дональд Трамп самым серьезным образом настроен на смену политического ландшафта на Кубе до окончания своего президентского срока. С учетом его поведения относительно Венесуэлы и смены власти в Каракасе этот настрой хозяина Белого дома было бы большой ошибкой недооценивать. Также он рассматривает любые варианты, которые могут привести к падению политического режима на Кубе. Включая самые радикальные, о которых он пока предпочитает не говорить публично, но которые гарантированно держит в уме.
В качестве наиболее эффективного метода смены власти в Гаване президент США намерен максимально использовать имеющиеся в его распоряжении экономические рычаги. Он не собирается никого похищать в Гаване, как и не видит смысла в военной операции. Но Трамп готов к еще большему ужесточению экономического и торгового эмбарго Кубы до полной блокады поставок нефти на остров, по крайней мере со стороны Венесуэлы. Показательно, что Вашингтон сейчас в состоянии заставить власти в Венесуэле отказаться от нефтяных поставок на Кубу, перенаправив эти объемы черного золота на свои нефтеперерабатывающие заводы с оплатой за венесуэльскую нефть произведенными в Америке товарами и услугами.
Лишь небольшую часть поставок нефти на Кубу может теоретически взять на себя Мексика. Но у США достаточно рычагов, чтобы заставить и мексиканские власти полностью лишить Гавану доступа к поставкам нефтепродуктов. А это очень быстро приведет к полному краху кубинской экономики, чего американские власти и добиваются. В этой ситуации ни Россия, ни Китай, ни кто-то иной помочь кубинскому руководству решить вопрос с поставками нефти не смогут. Поскольку Соединенные Штаты попросту не подпустят к кубинским берегам любые танкеры с нефтью, предназначенные для этой страны.
Президент США уже на полном серьезе рассматривает кандидатуру госсекретаря Марко Рубио на пост нового руководителя Кубы. Здесь важен даже не столько факт того, что у Рубио кубинские корни и что его родители покинули остров, разъяснив сыну, почему это произошло. Как дал понять Трамп, было бы символично завершить политический цикл нынешней формы правления на Кубе в лице бывшего выходца с острова, который возвратится туда уже в качестве его нового главы. Правда, при этом никто пока в Белом доме не интересуется, согласятся ли на такие перемены кубинцы? И допустят ли они подобное в отличие от своих еще вчера венесуэльских союзников?
Сможет ли Россия каким-то образом помешать такому развитию событий вокруг Кубы? Думаю, реально никаких рычагов у Москвы для этого нет, да и не предвидится. Повторение карибского кризиса в этой ситуации невозможно, потому что влияние тогдашнего СССР и его военная мощь не идут ни в какое сравнение с нынешними временами. Помимо всего прочего взять на полное содержание Кубу, как это делала Москва когда-то, прежде всего по политическим мотивам, современная Россия не в состоянии. Как, впрочем, и никто другой, включая Китай.
Так же как и в случае с Венесуэлой Россия максимум может выразить дипломатический протест или недовольство на уровне первого лица государства. Но вмешиваться в возможный конфликт на военном или экономическом уровне (то есть прорывать американскую нефтяную или торговую блокаду) она вряд ли рискнет. Совершенно точно ничего, как и в случае с Венесуэлой, не сделают ни соседние латиноамериканские страны, ни географически отдаленные союзники Гаваны в лице Китая и ряда других государств, с кем она поддерживает подобные связи.
Принципиально важно в этой ситуации и то, как долго и каким образом Россия может закрывать глаза на антикубинский курс Белого дома в контексте своих нынешних отношений с Вашингтоном. Даже если отбросить в сторону Украину, у обеих сторон накапливается с каждым днем такое количество раздражителей, что резкое обострение американско-кубинских отношений может привести к еще большей эскалации в рамках все еще сохраняющихся надежд на восстановление диалога между РФ и США.
Что же касается конкретного времени попыток США сменить власть в Гаване и шансов на то, что сын кубинских иммигрантов прибудет на остров в качестве «спасителя отечества от коммунизма», то тут американская сторона не совсем адекватно воспринимает настроение и кубинцев, и системы, которая там существует уже более 60 лет. При всех острейших экономических проблемах и наличии недовольства немалой части населения нынешним положением страны кубинцы вряд ли согласятся на американское вмешательство в свои внутренние дела и тем более на «помощь» силам оппозиции в смене власти на острове.
