К созвездиям змеи и дракона

Погружаться в себя – значит уходить в космос. Змееносец, Змея. Звездный атлас Александра Джеймсона. 1822

Где начинается человек и где он заканчивается?.. Я согласен с автором книги: начинать надо с Большой Медведицы и опоясывающих ее созвездий. Только не подумайте, что это ирония. Кровь в наших жилах красного цвета. Такую окраску дает железо. А железо образуется только при взрыве сверхновых звезд. Мы все – пришельцы из космоса. Древние это знали и запечатлели в петроглифах, в рунах, в так называемом узорочье и вышиванках.

София Агачер – одна из тех, кто осознал наше звездное родство не на отвлеченном философском уровне, а в поисках родовых корней. Корни, как известно, сплетаются в земле, и потому путешествие ее вполне земное. В поисках себя она, давно ставшая гражданкой мира, едет, как Радищев ездил из Петербурга в Москву, – только наоборот: из Москвы в Петербург через свою родную Беларусь. Потом – в Ригу. Потом – в Таллин. Потом – в датскую Христианию. Потом – в Париж. Потом – в Лондон, пересекая легендарный Гринвич. Стоп.

Да ведь это – по иронии судьбы – репортаж из мира, которого больше нет. Из золотой доковидной эры. Сегодня так уже не поездишь… И это добавляет литературному путешествию еще одну нотку – щемящую грусть.

Поэтическая заповедь Шпаликова – «никогда не возвращайся в прежние места» – ныне звучит по-иному. Прежние места – это еще и Чернобыль.

Но София Агачер приехала в Беларусь не за воспоминаниями о радиации, а за ароматами укропа, петрушки и за вкусом не тепличных, а огородных – мясистых, рассыпчатых – помидоров. Не буду перечислять все вкусные раздражающие запахи и вкусовые спектры – это София обретет, но не в Беларуси, а в Лондоне: там еще осталась природная еда с запахом полей, лесов и лугов.

На самом деле история начинается с пояса-оберега, от которого исходит ограждающее тепло. Узор этого пояса прослеживается и в эстонских, и в литовских, и в датских, и во всех скандинавских и британских пределах. Иногда след доходит до Индии. Иногда – до Древнего и нынешнего Египта. И все эти узоры опять же восходят к небу, к созвездиям змеи и дракона. И наконец – к узору на коже самой гадюки, все еще безвизово и свободно ползающей и извивающейся во всех уголках планеты.

Я понимаю, что хотела сказать писательница. Куда бы ни уехал человек, он приедет к себе, потому что жизнь, Земля и космос едины. А наша звездная прародина не только на небе – она в местах, где мы родились. Где мы росли. Где учились. Где страдали. Где спасались и спасали других.

Все это в свое время Михаил Пришвин назвал Кащеевой цепью любви, связующей все живое. Кстати, уже давно установлено, что легендарный король Артур – это король Медведь. Арктус – Большая Медведица. Круглый стол – зодиак. А Рыцари Круглого стола – созвездия зодиака. Но это вовсе не значит, что не было реального короля Артура и реальных рыцарей, сидящих вокруг круглого стола, изображающего круг зодиака.

София Агачер. Путешествие внутри себя: Роман– М.: ЛАСА, 2020. – 288 с.

XXI век – стремительное превращение Homo Sapiens в Homo Cosmikus. Человек разумный, который никогда разумным полностью не был, становится Человеком космическим. И тут мы неожиданно погружаемся в жреческий звездный космос строителей пирамид и творцов Упанишад. Тысячеликий, тысячеглазый Пуруша, только четверть твоя на Земле. Три четверти простираются в небо. А протопоп Аввакум пишет царю: «Так добро мне на земле лежати и небом покрыту быти».

София Агачер – писательница нашего XXI века. Она, как Василиса Прекрасная, ткет из лунных лучей звездное полотно и чувствует себя звездной пряхой. Многие уверены, что узоры поясов-оберегов содержат тайны генетического кода и мироздания. Тогдашние эйнштейны изъяснялись не цифрами, а сказками и узорами. Ну а литература сводит оба вида космического знания воедино. Словесное звездоткачество – это и есть писательство.

Хождение за три моря Афанасия Никитина заканчивается возвращением на родину. А какое возвращение может быть у человека, живущего душой и сердцем во многих странах? И все же самые теплые страницы повествования – о Беларуси. Будь то Минск или старообрядческая Ветка – все оживает на родной почве. Только тут соткан пояс-оберег, от которого исходит магическое тепло. Множество других поясов со сходным узором сами по себе магической силой не обладают. Магия передается от человека к человеку, хотя и через магический пояс.

Тут я с писательницей не совсем соглашусь: магическое тепло исходит еще и от книги. То, что написано с любовью и с верой, – не остается внутри обложки.

Перед нами книга исповедальная. А исповедь – всегда таинство.