25.12.2024 21:05:00
По паспорту!
О Москве 60–70-х и поэтах-переводчиках
Тэги: проза, москва
|
Марина Бородицкая. Не забудь
сказать спасибо: лоскутная проза
и не только. – М.: АСТ: Редакция
Елены Шубиной, 2024. – 379 с.:
ил. (Совсем другое время).
|
Книга Марины Бородицкой, поэтессы, переводчицы англоязычной, франкоязычной и польской поэзии, напоминает мозаичное панно прозы. Название родилось из строчки одного из стихотворений автора. В книге и пронзительная мемуарная повесть «Пушкинская, 17» о детстве и взрослении в сердце оттепельной Москвы, и секреты переводческого мастерства, и воспоминания о друзьях-коллегах-переводчиках-поэтах, и миниатюры из записных книжек... Книга пересыпана как стихами, так и фотографиями из архива автора, которые создают эффект присутствия, и ты словно ощущаешь, что с тобой делятся самым сокровенным, тем, о чем рассказывают только близким людям, так сказать приближенным. «Мой дом на Пушкинской сломали, / Пустырь забором обнесли, / В пятиугольной нашей зале / Звезду небесную зажгли. / Вдохну вечерний воздух влажный, / Приму столичный, праздный вид, / А в горле ком – пятиэтажный, / Оштукатуренный, стоит» – эти строки предваряют повесть «Пушкинская, 17» и задают тон всему повествованию, состоящему из небольших зарисовок-воспоминаний о прогулках с отцом, из первых творческих опытов и встреч, из обучения на факультете иностранных языков и, конечно, поэзии. Для Бородицкой жанр прозы скорее несвойственен, она и сама в этом признается: «Прозу писать ужасно хочется, но лень одолевает. Так вот прямо и одолевает! Невольно собьешься на стихи». При этом книга является авторской удачей. Талантливо написанная поэтичная проза то переносит в счастливое детство, то раскрывает секреты творческой профессии или рассказывает, где формируется поэтический слух и как музыкальное образование помогает писать стихи, даже упоминает кое-что насчет микидации. Автор приглашает на прогулку по Москве 60–70-х годов и часто по тем местам, которых уже просто нет на столичной карте. Бородицкая становится тем проводником, перед которым открываются все двери, как в ее детстве: «Чувство избранности знакомо мне с детства. С ноябрьских и майских праздников, когда на время демонстраций и парадов перекрывались милицией все проходные дворы и переулки между Пушкинской и улицей Горького. И только нас, обитателей Бахрушинки, всюду пускали беспрепятственно: по паспортам».
Татьяна Астафьева 
