Сергей Кез Первые русские поселенцы Приангарья и Прибайкалья, прибывшие в эти суровые края во второй половине XVII века, оставляли бурятские, эвенкийские, тюркские названия или трансформировали их на свой славянский лад. Как сказал известный российский писатель Валентин Распутин: «В Сибири самородных названий почти не трогали». И это действительно так.
Нынешний город Иркутск, расположенный на месте слияния Иркута и Ангары, свое имя получил от местного названия реки. Поскольку казаки называли бурят «братскими людьми», появился Братский острог, давший свое название одному из крупнейших городов Иркутской области Братску. Название небольшого городка Тулун на Транссибе с бурятского переводится как кожаный мешок. Случалось и довольно часто так, что первые переселенцы, не мудрствуя лукаво, давали деревенькам и заимкам собственные имена. Впрочем, не всегда задумываясь о глубинных последствиях. В Черемховском районе, например, до сих пор сохранилось сельцо Лохово┘ Но уж точно, как шутку строителей Транссиба можно расценить названия трех соседних станций – Нюра, Шуба и Зима. С тех пор и повелась поговорка проезжающих по железной дороге: «Нюра надевай Шубу, а то скоро Зима будет».
Свой вклад в топонимику региона внесла и советская власть. За ее годы появились поселки, названные в честь революционных деятелей, правда в основном новые. Страсть к переименованию затронула главным образом улицы городов и поселков. В одну только ночь 3 ноября 1920 года горсовет Иркутска переименовал Глазковское предместье в поселок Свердлова, Знаменское предместье в Марата, Большую улицу в Карла Маркса. Та же участь постигла и другие улицы Иркутска. Амурская, например, стала называться улицей Ленина, а соседняя Тихвинская получила имя другого вождя, уже монгольского – Сухэ-Батора.
Когда в 90-е годы прошлого века в стране сменилась власть, в Иркутске оживились доселе дремавшие сторонники восстановления старинных названий улиц и площадей. Кому-то не нравится Люксембург, кому-то Халтурин, кому-то Урицкий и Каландаришвили, Куйбышев и Бауман. С ними спорят оппоненты, утверждающие, что не следует переписывать историю. Впрочем, возвращение действительно хороших старых названий и появление новых – это не только политический процесс. Тут изрядно примешана экономика: переименование может обернуться большими тратами для местной казны и ударить по карману рядовых граждан. С этими проблемами вынуждена теперь разбираться городская комиссия по топонимике, куда поступают многочисленные предложения политически активных жителей Иркутска.
Но сибирская провинция тоже не лыком шита. Лет шесть назад бывшее коллективное хозяйство имени Ленина в Черемховском районе, устав от хозяйственных тягот, решило начать новую жизнь, но уже под маркой ЗАО «Имени Владимира Путина». Патриотическую инициативу селян высокое начальство не одобрило: не по чину хозяйству-середнячку носить имя российского президента. Так и не стали ленинцы путинцами. Теперь об идее если и вспоминают, то со смущенным смехом: не имя ведь красит предприятие┘
Иркутск
