Петит

КОМПОНЕНТ «КРИТИК»

Юлия Говорухина. Метакритический дискурс русской критики: от познания к пониманию. – Томск: ИД СК-С, 2009. – 130 с.

Эта монография замечательна вовсе не тем, что на обложке ее есть Дмитрий Быков, а в указателе источников – нет. Подобные исследования помогают критику заново убедиться в принципиальности приемов и установок, которые с течением времени воспроизводятся автоматически и отчуждаются от личности пишущего. Актуализировать правое звено в связке Автор–Критик–Читатель, понять выгоды и упущения «Я-центричной интерпретации», усилить «прагмаориентированность» критики, то есть ее целеполагание и аргументацию, – значит, осознать неповторимость и, следовательно, неизбежность своей работы, глубокую оправданность ее оснований.

Отдельного внимания заслуживает глава о сдвигах в самосознании постсоветской журнальной критики, подробный разбор «манипулятивных» приемов Александра Агеева и Владимира Губайловского, полемики Сергея Костырко и Ирины Роднянской о судьбе критики. Понравилось и наблюдение о типологии идеального критика журналов: «медиатора, педагога», «комментатора», «негативного варианта критика-идеолога» – где тут «Знамя», «Новый мир», «Октябрь»? Если «прагмаориентировать» язык монографии, получится познавательный и лаконичный очерк об истории и практике русской критики, традиционной и новейшей.

ИА-ИА НА ОПУШКЕ РЫНКА

Дубравка Угрешич. Читать не надо!/ Пер. с англ. О.Кириченко. – М.: Издательство Ольги Морозовой, 2009. – 312 с.

И обложка, и риторический нажим в названии этой книги завлекают читателя как раз по тем законам, коварство которых автор разоблачает. Открывают книгу пародийные рассказы о выживании литератора на рынке – механизмы успеха, принятые в массовом обществе, обостряют романтический идеализм писательницы, решившей добиться «литературной справедливости».

Дубравка Угрешич – опытный нравоописатель литературной среды, убежденный боец культурного сопротивления. Но боль этой книги, собравшей эссе конца 1990-х годов, – в невозможности выбрать вражеский фронт: диктат глобализма или абсурд провинциализма. Высмеивая пособия типа «Пишем с душой: Как писать и продавать свой жизненный опыт» или свое «соревнование» за статус писателя со звездой светской хроники Иваной Трамп, она с более глубокой горечью вспоминает плоды общественного энтузиазма в модернизированной Югославии, откуда ей пришлось эмигрировать.

Сегодня умозаключения ее выглядят банальностью – начиная с отождествления идеологии соцреализма и масскульта. Но волнует неисчерпаемый сюжет изгнанничества «брюзги» (критика, сатирика), в обществе без границ, как выяснилось, не ставшем менее бездомным.