Роман Файзуллин Сгоревшие
Не верь поэту.
Не верь врагу.
Не верь тому, кого ты любишь.
Я не приду. Не помогу.
Я презираю потому лишь
тебя, что ты живёшь, как все.
Как все плодишься
безмятежно.
Не воспевая тонкий свет,
таящийся во тьме
кромешной.
И это повод для вражды.
Для ненависти бесподобной.
Мои сгоревшие сады -
Любовь продажная до гроба.
Моя больная кровь горит,
хоть образ твой
во мне всё глуше.
Мой мир из тонких
нитей сшит,
из душ в болотах утонувших,
погрязших в похоти личин
и мёртвых, жаждущих
покоя.
Да, нас когда-то Бог любил
и нас когда-то было двое.
Теперь же давят холода
сердец, которые
растлились.
И нету жизни после дна,
которому
мы покорились.
Маленький бультерьер
мне снился маленький
бультерьер
и я его очень боялся
пустыня попойка и сквер
и жизнь сквозь немытые
пальцы
и снег что похож на тюрьму
в которой все люди ослепли
ведущий их компас ко дну
и голубь оставленный в клетке
и был разговор обо всём
но мало кто знал
что ответить
и ночью и утром и днём
ломались кленовые ветки
Кино больной земли
а потом мы плыли
в поднебесье
но ни дьявола ни бога не нашли
я сидел в шатающемся кресле
и смотрел кино больной земли
умерли те двое истреблённых
что питались хлебом и водой
и в пустынном
обожжённом поле
мир их обратился пустотой
тина горькая из провода
сочилась
и песок сквозь пальцы исчезал
а земля по-прежнему
крутилась
запирая пленников в подвал.
