Кто лучше: Ельцин или Путин?

Половину вчерашнего дня депутаты спорили о том, как правильно противодействовать экстремистам. Левые фракции, выступившие резко против представленных президентом законопроектов, все время вспоминали Бориса Ельцина, Беловежскую Пущу, события 1993 года и высказывали опасения, что появление антиэкстремистского законодательства позволит власти в любой момент устроить расправу над политической оппозицией. А центристы пытались убедить левых в том, что им ничто не угрожает - ни законы, ни нынешний глава государства. Так что тема противопоставления Ельцина и Путина была в этом споре главной.

Все аргументы КПРФ представил депутат Виктор Зоркальцев. Он заявил, что законопроект является анахронизмом, поскольку написан еще при прежнем режиме, когда "существовал синдром силовой борьбы с политической оппозицией". Антидемократическая суть документа, по словам Зоркальцева, состоит в том, что закон дает чиновнику неограниченные права по отношению к общественным организациям. Вывод: с помощью этого закона "государство подводит законодательную базу для борьбы с гражданским обществом".

Полномочный представитель президента Александр Котенков, судя по всему, догадывался о том, какие претензии могут быть предъявлены законопроекту, а потому некоторые из них попытался нейтрализовать заранее. Он несколько раз в течение своего доклада заявил, что экстремистской может быть объявлена лишь организация, а не какая-то группа людей. И подчеркнул, что организация будет считаться экстремистской только по решению суда, на что ему, правда, тут же отвечали: "Знаем мы ваш суд". Котенков обещал, что ко второму чтению президентская сторона вместе с депутатами доработает статью законопроекта о приостановлении деятельности подозреваемых в экстремизме структур по представлению государственных органов.

Дело в том, что в нынешнем варианте закона написано, что это может сделать регистрирующий или иной госорган в виде своеобразного обеспечения своего обращения в суд для ликвидации или запрета общественного или религиозного объединения. Думский профильный комитет усмотрел в этом нарушение других российских законов. Поэтому Котенков пообещал, что ко второму чтению в законе будет написано, что с соответствующими исками в суд смогут обращаться только Минюст, Генпрокуратура и МВД. Обещана и еще одна поправка - изменить само понятие "экстремистская деятельность", чтобы там, в частности, не было слов о воспрепятствовании законным действиям государственных органов.

Впрочем, не исключено, что центристы откажутся сделать закон более "безопасным" с точки зрения оппозиции. Такой вывод позволяет сделать и ход вчерашней дискуссии, в которой представители большинства принимали не слишком живое участие, и ее результат, когда 271 депутат проголосовал за утверждение законопроекта о противодействии экстремистской деятельности в первом чтении. На подачу поправок депутатам отведено всего 10 дней, а это значит, что Кремль уже поставил перед центристами задачу обеспечить принятие закона в целом на нынешней думской сессии.