Анатолий Костюков Вчера Московская хельсинкская группа (МХГ) презентовала "Предварительный доклад о ситуации с правами человека в РФ в 2002 г.". Окончательную редакцию своего ежегодного отчета правозащитники обычно представляют в августе-сентябре, когда их информация выглядит уже не очень актуально. В этот раз они решили немного пожертвовать солидностью ради злободневности и познакомить общественность с предварительными результатами своего мониторинга, пока минувший год еще не выветрился из памяти.
Результаты, как и следовало ожидать, оказались неважными. Включение России во всемирный поход против международного терроризма, на взгляд правозащитников, было использовано государственной властью для оправдания своих противоправных действий в отношении личности и целых этнических групп. Речь идет не только о пресловутых "зачистках" в Чечне и притеснениях кавказцев. Так, анализируя операцию по освобождению заложников, захваченных на Дубровке, эксперты МХГ приходят к выводу, что руководители этой операции не предприняли необходимых мер для того, чтобы обезопасить жизнь невольных жертв теракта. В середине прошлого года был принят Закон "О противодействии экстремистской деятельности", который по идее имеет правозащитную направленность. Однако правозащитники недовольны и самим законом, и практикой его применения. На их взгляд, закон плох тем, что под него легко подвести любую организацию или СМИ, которые чем-либо не устраивают власть. В то же время правоохранители могут по-прежнему утверждать, что "скинхедов у нас нет", и квалифицировать экстремистские действия как банальное хулиганство.
Избирательный подход к оценке правонарушений на расовой и этнической почве является, по мнению авторов доклада, распространенной практикой в деятельности российской юстиции. Впрочем, столь же ненадежно защищено в нашей стране и право гражданина на свободу вероисповедания. В прошлом году правозащитники зафиксировали пять случаев явного вмешательства государственных органов в межконфессиональные отношения, из-за чего были ущемлены законные права католической и буддийской общин России. В докладе приводится весьма показательный пример фактического неравенства верующих перед светским законом. Несколько судов Татарстана отказали женщинам-мусульманкам в праве фотографироваться на паспорт в платке-хиджабе. Женщинам объяснили, что гражданская принадлежность приоритетнее религиозной. Между тем Приозерский суд Ленинградской области удовлетворил иск группы православных верующих, не пожелавших из религиозных соображений получать "дьявольскую метку" - индивидуальный номер налогоплательщика.
Восемь лет российские правозащитники добивались принятия закона об альтернативной гражданской службе. В прошлом году "альтернативку" наконец узаконили. Но радости от этого блюстители прав человека не испытывают. Закон есть, но воспользоваться правом не служить в армии так же трудно, как было и до этого. Обычно все зависит от позиции судей. Редкий случай: в Пермской области 35 призывников отстояли свое право на альтернативную службу. В большинстве субъектов Федерации таких "вольностей" суды себе не позволяют.
Минувший год отмечен правозащитниками как крайне неблагоприятный для свободы слова. С закрытием ТВ-6, считают эксперты МХГ, завершился процесс ликвидации независимого федерального телевещания. "Из шести метровых телеканалов, - утверждается в докладе, - четыре прямо или косвенно контролируются федеральной властью, один - московским правительством и один - лояльными Кремлю политиками и крупными бизнесменами". В других секторах медиарынка также отмечается свертывание "пространства свободы", что, на взгляд правозащитников, неминуемо приведет к свертыванию всех остальных прав и свобод граждан, которые и без того существуют в России скорее как номинальные, чем реальные ценности.
