Разнообразное ядерное возмездие

Взгляды военачальников на превентивные удары подверглись ревизии.
Фото Reuters

Российские военные круги склонны пересмотреть способы и методы использования ядерного оружия для отражения агрессии. Об этом вчера заявил секретарь Совбеза Николай Патрушев на встрече с журналистами в Новосибирске. Военные эксперты не полностью разделяют новую ядерную концепцию, опасаясь, что она вызовет негативную реакцию в мире.

Патрушев заявил, что его ведомство и соответствующие структуры МО завершают работу по формированию новой военной доктрины. Глава Совбеза отметил, что в этот основополагающий документ, определяющий безопасность россиян, будут включены существенные изменения в положения об обоснованности применения ядерного оружия и других средств противодействия агрессии. «В настоящее время в военную доктрину войдут изменения положений с точки зрения возможности нанесения ударов превентивных, ядерных. Таким образом, в новой военной доктрине будут в том числе вот такие изменения», – объявил Патрушев. Правда, секретарь не объяснил прессе, чем вызвана необходимость разработки новой военной доктрины и чем она будет качественно отличаться от предыдущей.

Бывший начальник штаба РВСН генерал-полковник Виктор Есин пояснил «НГ», что, поскольку проект военной доктрины имеет гриф «для служебного пользования», вряд ли кто-то возьмется комментировать слова Патрушева. Это было бы равнозначно разглашению служебной тайны со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Другой собеседник «НГ», знакомый с существом проекта, на условиях анонимности сообщил, что «новая военная доктрина подразумевает внесение значительных изменений в ее прежнюю редакцию, которая вышла в свет в 2000 году. Больше всего у меня вызвало беспокойство то, что сегодня в мире слишком много внимания уделяется ядерным вопросам. Поскольку преобразования, которые сейчас делаются в реорганизации различных сфер российской обороны, формируются различными людьми, то происходит это не совсем согласованно. Ощущается оторванность от реальной жизни».

В частности, по словам эксперта, в отношении ядерных вопросов в доктрину вносятся такие положения, которые просто недопустимы: «Когда доктрина будет выпущена в свет, она может дать поводы другим государствам для очередного обвинения России в агрессивности».

Поэтому, говорит специалист, «хочется верить, что некоторые позиции там просто будут откорректированы на последующих этапах обсуждения этого документа. Дело в том, что в действующей военной доктрине не прописаны частные случаи применения ядерного оружия. И это правильно. Там говорится только о том, что Россия может применить ядерное оружие для отражения агрессии». Когда именно это может произойти – определяет Верховный главнокомандующий исходя из ситуации. То есть это чисто политический документ, соответствующий целям ядерного сдерживания.

Теперь же акцент делается на оперативно-стратегическом использовании ядерного оружия. То есть прописывается множество совершенно конкретных условий применения ядерного оружия. А это значит только одно: российские военные загоняют себя в строгие рамки. Потенциальные противники России всегда могут их обойти и сформулировать свои подходы к этому вопросу. Поэтому конкретизация и детализация этих условий излишня.

«То, что записано в предыдущей доктрине 1993 года и в ее последней редакции, появившейся в 2000 году, с одной стороны, увязывало вопросы нераспространения ядерного оружия, а с другой – давало определенные гарантии государствам, которые не обладают ядерным оружием, что против них такие средства никогда не будут применены, и плюс это связывалось с задачами предотвращения большой войны, – отметил эксперт. – Я полагаю, что это был совершенно правильный подход к данной проблеме».

«Россия не может вести большую войну, поэтому для сдерживания вероятных противников она и сохраняет свой ядерный потенциал. В последней редакции доктрины какие-то конкретные принципы использования ядерных средств там не оговаривались».

Эксперт – отставной генерал, пояснил, что в проекте доктрины появилось много новых понятий, которым не дается точных определений, хотя совершенно не понятно, почему не подходят ранее использовавшиеся. В этом документе его авторы пытаются описать характер будущей войны и при этом не дают ее четкого толкования. По мнению эксперта, единственным положительным моментом новой доктрины является то, что в ней четко определен военный конфликт, в который включены все виды конфликтов.

Когда же в проекте доктрины пытаются определить перечень черт, характерных для каждого вида конфликтов, то это неизбежно приводит к скатыванию к перечислению характерных особенностей, которые присущи широкомасштабной войне. А особенности локальных конфликтов, которые сейчас происходят в разных регионах планеты, не отмечаются как широкомасштабные.

Доктрина в конце концов, считает эксперт, предстанет перед общественностью как открытый документ. «Но, к сожалению, у нас все происходит по одной и той же схеме. Сначала какой-то весьма важный документ подписывают все уполномоченные инстанции, а потом все глупости, которые в нем содержатся, начинают подчищать. Такая же история была и со стратегией национальной безопасности», – заключил специалист.