0
3582
Газета Политика Печатная версия

05.04.2022 20:18:00

Защита прав человека отложена до лучших времен

Вместо аналога ЕСПЧ получится не более чем жалкое подобие

Тэги: антироссийские санкции, еспч, правозащита, аналог, суд, снг, мнение

Все статьи по теме "Санкционные войны"

Все статьи по теме "Специальная военная операция в Украине"

On-Line версия

антироссийские санкции, еспч, правозащита, аналог, суд, снг, мнение При определенных обстоятельствах Россия может вернуться в Совет Европы по примеру Греции. Фото с сайта www.coe.int

С середины марта РФ ушла из Совета Европы, а значит, и из-под юрисдикции Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Власти РФ рассуждают о возможности создания аналога – органа по окончательному рассмотрению жалоб граждан. Либо внутри страны, либо на уровне СНГ или иных межгосударственных структур. По мнению экспертов, подобия ЕСПЧ в скором будущем не предвидится. Самый очевидный вариант – Россия со временем все же вернется в Страсбург.

Россия, по одной версии, исключена из Совета Европы, по другой – покинула его сама. Однако в любом случае граждане РФ теряют возможность отстаивать свои права в Страсбургском суде. И власти уже обещают, что ЕСПЧ обязательно будет найден подобающий аналог, хотя пока и не могут точно сказать, где же его искать.

Напомним, что, скажем, председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко сразу предложила создать суд по правам человека на уровне СНГ, чтобы «в рамках этого своего суда рассматривать жалобы граждан, которые считают, что их притесняют в той или иной стране». Между тем, если одни эксперты называют уход РФ из ЕСПЧ «правовой катастрофой», потому что при отсутствии доступа к международному правосудию «национальные органы не смогут решать правовые проблемы с той же эффективностью», то другие утверждают, что в последнее время российская Фемида и так не слишком часто оглядывалась на Страсбург. Так что невозможность обратиться в ЕСПЧ – это лишь «логичное завершение тех разногласий, которые и раньше были между РФ и Европой».

Что же касается какого-то аналога ЕСПЧ, то, по словам адвоката, партнера Criminal Defense Firm Артема Половинкина, эти идеи в любом варианте воплощения «находятся в стадии тиражирования надежд, которые никак не обеспечены финансово». На примере уголовного судопроизводства всем очевидно, что любая реабилитация подразумевает значительные расходы. И если при прежних, более позитивных экономических условиях этого сделано так и не было, то на фоне череды нынешних кризисов это еще менее вероятно. Так что заявления о запуске аналога ЕСПЧ выглядят не более чем «попыткой морально обнадежить общественность на фоне выхода из-под юрисдикции Страсбургского суда». Дело в том, что «в отличие от единичных «политических» дел, за рассмотрение которых критиковали Страсбург», большинство поданных туда частных жалоб по рядовым делам обуславливались именно «бездействием наших судов первой, апелляционной и кассационной инстанций».

Федеральный судья в отставке Сергей Пашин тоже считает, что лучшая альтернатива – нормальная судебная система в стране: «Верховный суд должен быть блюстителем прав и свобод граждан». Что касается создания суда по правам человека для стран СНГ, то он пояснил, что эта давняя идея вполне реализуема, еще в 90-е была заключена Конвенция СНГ по образцу Европейской и международного пакта о гражданских и политических правах. Другой вопрос: каким образом будут реализовываться решения такого суда? И захотят ли суверенные государства – члены СНГ фактически признавать его юрисдикцию, восстанавливая людей в правах? Сам Пашин отмечает, что «это будет эрзацем ЕСПЧ, который работает в условиях настоящей независимости от государств». Любой иной суд – будь он в России или формально на уровне СНГ – будет испытывать сильное политическое давление властей. То есть «по пустякам, может быть, права и будут восстанавливаться, но в тех делах, где затронут государственный интерес, скорее всего возникнут проблемы». И тогда вся эта затея априори «превратится в механизм одобрения действий начальства: люди начнут проигрывать совершенно очевидные правомерные претензии, а государства станут кивать на этот суд, подтвердивший именно их правоту».

При этом он теоретически допустил и создание российского суда по правам человека (РСПЧ), но в том случае, если потребуется пристроить кого-то из политиков, создав синекуру. По его мнению, это будет вполне в духе наших властей «иметь судебную систему, которая нарушает права человека, и суд по правам человека, который их защищает». Самый же простой вариант, уверен Пашин, создать такой «правовой» суд совместно с Белоруссией. В этом случае не будет нестыковки правовых подходов, а кроме того, это будет еще и имиджевое решение – сотрудничать со страной, где ситуация с правами человека обстоит похуже российской. «Тогда мы можем некоторые наши прорывные вещи транслировать и на Белоруссию. Скажем, та же адвокатура там, по сути, подчинена Минюсту, а у нас вроде как самодостаточная. Дать защиту белорусским адвокатам – прекрасный ход, ничего своего не трогать, а их поучить уму разуму», – пошутил Пашин.

Доктор юридических наук, член Московской Хельсинкской группы Илья Шаблинский напомнил «НГ», что ЕСПЧ никак не зависел от нашей исполнительной власти – так же, как он не зависел и от власти прочих европейских государств. «ЕСПЧ, например, успел принять довольно много решений о компенсации заявителям ущерба, связанного с пыточными условиями содержания в тюрьмах. А наши суды? Они просто их не замечали, не хотели и не хотят ничего знать об этих условиях», – заметил он. Шаблинский уверен, что по-настоящему заменить ЕСПЧ какой-то другой структурой не получится ни внутри страны, ни вовне. Скажем, разговоры о формировании ее на уровне СНГ вовсе лишены смысла: «Достаточно вспомнить, что Армения, Азербайджан и Молдова – члены Совета Европы, остаются в юрисдикции ЕСПЧ, альтернативный орган им не нужен». Созданию некоего нового суда в России, по его словам, воспротивится Верховный суд. Да и непонятно, по каким причинам любой новый орган должен быть более независимым от исполнительной власти и более восприимчивым к теме защиты прав, чем действующие суды? «Видимо, придется ждать того момента, когда российское государство снова решится войти в Совет Европы. Думаю, это вполне реально, и такое в истории Европы уже было. Но придется ждать – причем не в самой благоприятной для прав человека обстановке», – подчеркнул Шаблинский. Того же мнения придерживается и старший партнер КА Pen & Paper Константин Добрынин: «Я не верю в возможность создания аналога ЕСПЧ ни в России, ни где-либо в СНГ. Сам выход России из-под юрисдикции ЕСПЧ и из Совета Европы – это ошибка и глобальный шаг назад в защите прав наших граждан». Добрынин заявил, что нет смысла в создании каких-то правовых симулякров, потому что «рано или поздно Россия вернется в Совет Европы и в ЕСПЧ, но это будут совсем иные миры и иные времена». Пока же, по его мнению, вся надежда ложится на российскую адвокатуру.

По словам руководителя уголовной практики «BMS Law Firm» Александра Иноядова, многие годы «именно практика рассмотрения ЕСПЧ жалоб заявителей существенно влияла на изменение российского законодательства». Так что создание любого нового судебного органа (в том числе и специализированного), но так же зависимого от государства, как и другие суды, «никаких проблем не снимет» и «точно не заменит утрачиваемую возможность обращения за судебной защитой в ЕСПЧ, который не был связан национальными нормами».

Как заметил «НГ» управляющий партнер адвокатской конторы «Бородин и Партнеры», эксперт по работе с ЕСПЧ Сергей Бородин, если даже и создадут РСПЧ или такой суд СНГ, вряд ли он станет аналогом, это вообще «неуместная аналогия». «ЕСПЧ контролирует выполнение Конвенции о защите прав человека и основных свобод государствами-участниками путем рассмотрения жалоб на ее нарушения, являясь высшей судебной инстанцией по вопросам соблюдения государствами-участниками своих обязательств в соответствии с Конвенцией», – напомнил он. И Страсбург, подчеркнул эксперт, исходит из того, что Конвенция представляет собой «живой инструмент», то есть она должна толковаться в свете современных условий. Более того, «именно толкование Конвенции, динамичное и современное, придает ей силу и делает ее чрезвычайно актуальной». В своей правоприменительной практике ЕСПЧ расширил права, изложенные в Конвенции, таким образом, что «ее положения применимы к ситуациям, которые были совершенно непредсказуемы и невообразимы на момент ее принятия, включая вопросы, связанные с новыми технологиями, биоэтикой или окружающей средой». А также «Конвенция применима в отношении общественно значимых или неоднозначных вопросов, касающихся, например, терроризма или миграции». Так что аналогов ЕСПЧ не будет хотя бы по той причине, что это международный суд. Что касается вопроса, нужен ли еще один суд, который будет защищать права граждан, то к нему, сказал Бородин, можно будет вернуться через некоторое время: «Ст. 118 Конституции РФ закрепляет устоявшуюся систему судов. Для того, чтобы создать еще один, необходимо четко понимать его функции, цели и задачи. Какой суд это будет? «Надзорный» – за Верховным Судом РФ? И как вновь созданный суд будет взаимодействовать с высшими судебными инстанциями? Вопросов сейчас множество, ответов нет».

Однако адвокат Владимир Постанюк сказал «НГ», что суд СНГ – это «вполне реальный институт», вопрос лишь в том, насколько авторитетным и независимым он будет. ЕСПЧ, по его словам, был реальным средством защиты для россиян, более того, он согласен, что возврат туда со временем «вполне возможен». В то же время, считает Постанюк, «нет ничего страшного в двух действующих международных судах» – Европейском и суде СНГ, поскольку «правосудие лишним не бывает». Но нужно будет тогда определиться, чьи решения в приоритете – скажем, «по аналогии с судами кассационных и апелляционных инстанций». Член Ассоциации юристов России Ольга Турунина тоже допускает создание правозащитного суда в рамках СНГ: он должен будет действовать в соответствии с Минской конвенцией о правах и основных свободах человека 1995 года. Впрочем, даже если это будет близкое подобие ЕСПЧ, то нормы и порядок рассмотрения жалоб все равно могут различаться, придется отречься и от некоторых устоявшихся европейских норм, пояснила эксперт. Исходя из курса внешней политики России, очевидно, что пока она не собирается возвращаться в Совет Европы, хотя «это и не исключает в дальнейшем такой возможности», заметила Турунина. «Как показывает практика Греции, которая в 1969 году покинула Совет Европы, а затем в 1974, после политических реформ, вернулась в организацию, возвращение бывшего участника Евроконвенции все-таки возможно. А это, в свою очередь, означает, что россияне снова смогут обращаться в ЕСПЧ с жалобами», – уточнил вице-президент Ассоциации юристов по регистрации Владимир Кузнецов.



статьи по теме


Читайте также


«Роснефть» правильно ответила Минфину США иском, уверен глава ИМЭМО РАН

«Роснефть» правильно ответила Минфину США иском, уверен глава ИМЭМО РАН

Евгений Солотин

Рассчитывать на объективность суда сложно, но громкие заявления американских чиновников нуждаются в публичном обсуждении

0
1092
Бикфордов шнур западной пропаганды

Бикфордов шнур западной пропаганды

Борис Подопригора

Методики старые, но свое дело делают

0
564
Призрак рецессии бродит по Европе

Призрак рецессии бродит по Европе

Анастасия Башкатова

Нефтедобыча в РФ сократится, спор идет лишь о глубине провала

0
1893
Москву хотят лишить места в переговорах с Ираном

Москву хотят лишить места в переговорах с Ираном

Игорь Субботин

США ищут альтернативного партнера по "ядерной сделке"

0
1456

Другие новости