Михаил Стрелец
Университет Тель-Авива – один из основных центров подготовки кадров высшей квалификации. В Израиле на университетскую науку приходится около 56% всех защит диссертаций. Фото Reuters
Государство Израиль зарекомендовало себя как одну из мировых научно-технологических держав. Не случайно страну часто называют Start-Up Nation («Нация стартапов»). Несмотря на небольшие размеры и сложную геополитическую обстановку, Израиль демонстрирует впечатляющие показатели в науке и инновациях. Так, доля расходов на исследования и разработки (НИОКР, научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) превышает 6% ВВП (в 2023 году – около 6,3% ВВП) – самый высокий показатель в мире и более чем вдвое выше среднего по ОЭСР. Для сравнения: Южная Корея тратит около 5% ВВП на НИОКР, а США – около 3,4%. Высокотехнологичный сектор стал ключевым двигателем израильской экономики: на его долю приходится порядка 10–12% трудовой занятости и почти половина экспорта страны.
Министерство, агентство и Нацсовет
Государство Израиль традиционно уделяет большое внимание финансированию науки. Однако примечательной чертой является высокая доля частного сектора в общих затратах на исследования. Общий национальный объем затрат на гражданские НИОКР достиг 6,35% ВВП к 2023 году, что свидетельствует о центральной роли высоких технологий в экономике. При этом львиная доля финансирования НИОКР (около 84% по состоянию на 2013 год) приходитcя на бизнес-сектор.
Государственные расходы составляют относительно малую часть общих затрат на науку, и по доле прямого госфинансирования исследований Израиль уступает многим развитым странам. Тем не менее именно стратегические госпрограммы стимулировали резкий рост частных инвестиций в исследования: например, реформы 1990-х позволили увеличить совокупные расходы на НИОКР с 2,5% ВВП в 1996 году до 5% ВВП в 2022 году.
Ответственность за формирование и реализацию научно-технологической политики распределена между несколькими органами. Министерство инноваций, науки и технологий (ранее – Министерство науки и технологии) определяет стратегию в области науки, курирует развитие научной инфраструктуры и международное сотрудничество. Более 80% бюджета этого министерства направляется на финансирование исследований в университетах и исследовательских институтах, а также на обновление научной инфраструктуры.
В составе министерства действует Национальный совет по исследованиям и развитию (МАЛАГ) – консультативный орган, занимающийся выработкой долгосрочной стратегии НИОКР. Отдельную роль играет Совет по высшему образованию (Council for Higher Education) и его Бюджетно-планировочный комитет (ПБК), который в координации с Минфином разрабатывает многолетние планы развития университетов и распределяет госфинансирование высшей школы.
Государство покрывает значительную часть расходов израильских университетов. Например, в 2015 году ежегодные ассигнования университетам составили около 1,75 млрд долл., что обеспечивало 50–75% их бюджетов (остальное – за счет относительно недорогих контрактов и пожертвований). Шестой план развития высшего образования (2011–2016) предусматривал рост бюджета CHE на 30% и введение программ стимулирования научной «избирательности» – поддержка выдающихся исследовательских проектов и создание центров передового опыта I-CORE.
Главным проводником государственной поддержки НИОКР в промышленности является Израильское управление инноваций (Israel Innovation Authority, IIA) – до 2016 года известное как Офис главного ученого (OGU) при Минэкономики. Этот орган, созданный еще в 1960-х, действует на основании Закона о поощрении промышленного НИОКР 1984 года и управляет госгрантами и программами для компаний.
Примечательно, что израильское законодательство содержит ряд положений, обеспечивающих возврат инвестиций государству и удержание результатов исследований внутри страны. В частности, закон 1984 года устанавливает, что разработки, финансируемые из госбюджета, должны производиться преимущественно в Израиле, а передача за рубеж прав на созданные в их ходе технологии ограничена. Кроме того, компании обязаны выплачивать роялти (обычно до 100–150% суммы гранта) в случае коммерческого успеха проекта.
Эти меры направлены на то, чтобы государственные вложения работали на национальную экономику. На первый взгляд парадоксально, но эти меры на практике не отпугнули, а, наоборот, привлекали международный бизнес к сотрудничеству. Так, уже в 1980-е корпорации Texas Instruments и Motorola пришли в Израиль ради участия в субсидируемых OGU исследованиях и построили локальные заводы, а компания Intel открыла в Израиле свой первый за пределами США завод по производству микрочипов.
В 2016 году система поддержки была модернизирована: OGU преобразован в независимое Национальное управление технологических инноваций (госагентство вне структуры министерств), получившее более гибкие полномочия – помимо грантов оно может предоставлять компаниям льготные кредиты, государственные гарантии, софинансировать венчурные фонды. Таким образом, Израиль выстроил разветвленную институциональную базу поддержки науки и инноваций, в которой министерства определяют стратегию, а специализированные агентства и советы – реализуют конкретные программы финансирования и развития.
Без фундаментальной науки
Структура госфинансирования науки в Израиле имеет свою специфику. Более половины госрасходов на НИОКР направляется в университетский сектор (51,5% в 2013 году), еще почти треть – на поддержку индустриальных технологий (около 30%). В то же время на исследования в областях здравоохранения, экологии и инфраструктуры приходится менее 1% госбюджета НИОКР (хотя в абсолютном выражении затраты на медицину и охрану окружающей среды удвоились за 10 лет, их доля по-прежнему мизерна).
Израиль – уникальный случай. По удельной государственной поддержке медицинской и экологической науки страна находилась в числе отстающих среди развитых экономик. Но это отставание компенсируется активностью частного сектора.
Еще одна особенность – низкая доля фундаментальных исследований. В 2013 году на фундаментальные исследования приходилось лишь около 13% всех расходов на науку (для сравнения: в 2006-м было 16%). Осознавая риск отставания в базовой науке, власти в последние годы увеличили финансирование университетов через общие университетские фонды и запустили программы центров передового опыта, привлекая молодых ученых из-за рубежа. В целом государство стремится поддерживать баланс между непосредственными потребностями экономики и долгосрочным развитием науки: большие ресурсы идут на высокотехнологичные и оборонные направления. Но предпринимаются усилия к тому, чтобы не допустить деградации академической науки и образования.
Израиль располагает семью исследовательскими университетами: Еврейский университет в Иерусалиме, Тель-Авивский университет, Технион – Израильский технологический институт (Хайфа), Университет имени Бар-Илана, Университет имени Бен-Гуриона в Негеве (Беэр-Шева), Хайфский университет и Институт науки имени Вейцмана (Реховот). Они стабильно входят в мировые рейтинги: так, Технион отмечен среди топ-50 в химии, а несколько израильских вузов – в топ-50 по информатике и математике. Университеты – основные центры подготовки кадров высшей квалификации. На них приходится около 56% всех защит диссертаций в естественно-научных и инженерных областях и они генерируют значительную часть научных публикаций Израиля.
Кроме университетов общенационального профиля действует сеть специализированных колледжей и научных школ, а также региональные научные центры. В частности, Министерство науки учредило семь НИОКР-центров в периферийных регионах страны (например, центр MIGAL в Галилее, Центр науки Мертвого моря и Аравы и др.), ориентированных на прикладные исследования и распространение знаний на местах.
В Израиле работают независимые научные институты мирового уровня. Прежде всего это уже упомянутый Институт Вейцмана, один из ведущих центров фундаментальных исследований в таких областях, как биология, химия, физика и компьютерные науки. К важнейшим отраслевым институтам относятся Сельскохозяйственный научно-исследовательский центр имени Волкани (ARO) в Бейт-Дагане – головной институт по аграрным наукам, основанный еще в 1920-х годах; Израильский институт биологических исследований (IIBR) в Нес-Ционе, специализирующийся на биомедицине и биозащите; Исследовательский центр им. Сорека – главный ядерно-технологический комплекс страны; Национальный солнечный центр им. Бен-Гуриона в Сде-Бокере, занимающийся возобновляемой энергетикой в пустынных условиях, и др.
Многие министерства содержат свои отраслевые НИИ и лаборатории – например, Министерство энергетики финансирует проекты в области водородной энергетики и хранения энергии, Минздрав поддерживает клинические исследовательские центры, а Минсельхоз – экспериментальные сельхозстанции по всей стране.
Такая сеть учреждений обеспечивает широкую научно-техническую базу, начиная от фундаментальных исследований и заканчивая прикладными разработками для нужд отраслей.
Кадровая приманка
К особым компонентам научной экосистемы относятся исследовательские центры международных корпораций. Благодаря благоприятному инновационному климату Израиль стал местом концентрации зарубежных R&D-подразделений: в стране действует более 300 центров исследований и разработок глобальных компаний, причем около двух третей из них – центры американских фирм. По другим данным, к 2019 году насчитывалось порядка 530 иностранных исследовательских центров, многие из которых появились после приобретения израильских стартапов крупными корпорациями. Так R&D-офисы Intel, IBM, Google, Microsoft, Apple в Израиле изначально выросли из поглощения местных компаний либо открытия филиалов для доступа к израильским кадрам.
В итоге значительная часть финансирования исследований в Израиле поступает из-за рубежа: почти 46% всех расходов на НИОКР.
Наконец, одним из крупных негосударственных инвесторов в науку традиционно является еврейская диаспора. Благотворительные фонды и меценаты, особенно из США, десятилетиями поддерживают развитие инфраструктуры израильских университетов (строительство лабораторий, приобретение оборудования и т.п.).
Тем самым в Израиле сформировалась многоукладная система научных организаций – с сильными университетами, специализированными институтами и мощным участием индустрии, включая транснациональную.
Эволюция приоритетов
Научные приоритеты Израиля складывались под влиянием как насущных национальных нужд, так и глобальных трендов. В первые десятилетия после создания государства (1948) основные усилия были направлены на задачи выживания и развития: сельское хозяйство (адаптация экономики к засушливому климату), военные технологии, строительство базовой индустрии. Уже к 1960–1970-м годам Израиль достиг заметных успехов: были созданы собственные виды стрелкового оружия, боевая авиация и ракеты, разработаны революционные агротехнологии (в частности, капельное орошение для пустынных условий, внедренное фирмой Netafim в 1960-х), начаты программы в сфере ядерной энергетики и космоса (запуск первого израильского спутника состоялся в 1988 году).
В 1980–1990-е акцент сместился на высокие технологии: бурный рост электроники, компьютеров, телекоммуникаций стимулировался как масштабными военными инвестициями (в 1980-е на оборону тратилось до 15–17% ВВП), так и притоком высококвалифицированных иммигрантов. На рубеже веков Израиль уже был признанным центром информационных технологий, а в XXI веке расширил научную повестку новыми приоритетами – от биотехнологий до искусственного интеллекта.
Одним из флагманских направлений для Израиля стали кибербезопасность и IT. В 2010 году правительство поставило цель войти в топ-5 мировых держав по кибербезопасности. Для этого в августе 2011 года в структуре правительства было учреждено Национальное кибербюро при канцелярии премьер-министра – орган, отвечающий за развитие кибериндустрии и координацию усилий в этой сфере. В период 2012–2014 годов кибербюро инвестировало порядка 50 млн долл. в поддержку научных исследований по кибертематике. На эти средства, например, созданы исследовательские киберцентры при ряде университетов – совместно с самими вузами.
Параллельно на юге страны, в Беэр-Шеве, формируется киберкластер CyberSpark – основанный в 2014 году технопарк, где совместно работают ведущие IT-компании, стартапы, подразделения оборонного ведомства и университет (Бен-Гурионовский университет Негева). К 2014 году число израильских компаний в сфере кибербезопасности достигло 300, вдвое больше, чем за пять предыдущих лет. Их продукция оценивалась в 10% от мировых продаж на этом рынке. Объем исследований в области кибербезопасности за 2010–2014 годы вырос в 4 раза – с 50 млн до 200 млн долл. ежегодно, что составляло около 15% глобальных расходов на кибер-НИОКР к 2014 году.
Достижения израильских киберспециалистов широко известны. Так, Израиль фигурировал среди разработчиков комплекса Stuxnet (вируса, поразившего ядерные объекты Ирана в 2010 году), израильские фирмы (Check Point, Palo Alto Networks Israel, NSO Group и др.) создают передовые продукты для киберзащиты и кибератак.
В целом киберсектор в Израиле сегодня является стратегическим. Его продвижение на стыке обороны и бизнеса иллюстрирует национальный подход к науке – использовать научный потенциал для обеспечения безопасности и экономического роста одновременно.
Digital Israel
В ответ на глобальные тренды Израиль в последние годы выделил приоритетом искусственный интеллект (AI), анализ больших данных, а также цифровизацию экономики и государственного сектора. Программа Digital Israel («Цифровой Израиль»), рассчитанная на 2017–2022 годы, с бюджетом около 425 млн долл. ставила цель сделать Израиль одним из мировых лидеров по внедрению цифровых технологий.
В рамках этой инициативы финансируются разработки в области AI, машинного обучения, умной мобильности, электронного правительства, развития инфраструктуры быстрых коммуникаций и т.д. Реализацией программы руководит специальный штаб в структуре Министерства социального равенства, координирующий усилия различных министерств, местных властей, компаний и НПО.
Отдельно в 2018 году запущена Национальная программа по цифровому здравоохранению – межведомственный проект Минздрава, Минсоцразвития, Министерство экономики, Управления инноваций и Совета по высшему образованию – с финансированием около 256 млн долл. Цель – превратить Израиль в одного из лидеров в Digital Health (телемедицина, медицинские big data, AI-диагностика), создав на основе сильной израильской системы здравоохранения новый драйвер экономического роста.
Эти программы отражают стремление интегрировать достижения израильских стартапов в AI/IT-сфере для повышения эффективности традиционных отраслей (транспорт, медицина, госуслуги). А кроме того, так решаются многие социальные задачи, такие как снижение цифрового неравенства (около 25% израильтян цифрово неграмотны, десятки тысяч семей не имеют компьютера).
Таким образом, цифровые технологии стали сквозным приоритетом, подкрепленным как финансированием НИОКР, так и масштабным внедрением.
По направлению к био
Медицина традиционно в фокусе внимания Израиля. Страна известна качественной системой здравоохранения и сильной фармацевтической индустрией. Израильская фармкомпания Teva – один из мировых лидеров по производству дженериков и разработчик оригинальных лекарств. На государственном уровне приоритетными объявлены биотехнологии, фармакология, нейронауки и геномика.
Еще в 2011 году правительство выделило бионаправления в числе ключевых: была учреждена программа Grand Challenges Israel (2014) – израильский сегмент глобальной инициативы по инновациям в здравоохранении и продовольственной безопасности, предлагающий гранты на ранние исследования в медицине. Одновременно заработал Фонд наук о жизни (2010) – совместный с Минфином и частными инвесторами механизм финансирования биофармацевтических проектов, а также программа Tzatam (2011) по оснащению лабораторий для R&D в биотехнологии.
Особое внимание уделяется нейронаукам. С 2012 года в числе четырех приоритетных направлений Миннауки были Brain Science (исследования мозга). В стране сформировано несколько центров нейробиологии, например научно-исследовательский кластер при Еврейском университете в Иерусалиме и Институт мозга при Тель-Авивском университете.
Примечателен и израильский вклад в такую бурно развивающуюся в мире область исследований, как стволовые клетки. Уже в нулевые Израиль был мировым лидером по публикационной активности на душу населения в области эмбриональных стволовых клеток. В целом сочетание сильной научной базы, клинической практики и господдержки (налоговые льготы для биотеха, гранты на R&D) позволило Израилю стать одним из заметных центров биомедицинских исследований в мире.
Не забыты агро- и экотехнологии. Сельское хозяйство и управление природными ресурсами – исторически важная сфера для Израиля, значимость которой сохраняется и сегодня, хотя вклад агросектора в ВВП невелик. Израиль известен как пионер в рациональном водопользовании и агротехнике засушливых зон. Страна решила задачу нехватки воды: построены крупнейшие в мире заводы по опреснению морской воды, которые уже к 2019 году обеспечивали около 70% потребностей в пресной воде для бытовых и городских нужд.
Одновременно внедрены системы повторного использования сточных вод (рециклируется до 80–90% очистных вод на орошение) и технологии экономии воды (датчики для предотвращения утечек и т.д.).
Эти достижения – результат многолетнего тренда в научно-технической политике. Еще в 1960-х был создан Национальный водный Carrier – система каналов и трубопроводов для переброски воды из Галилеи в пустынный Негев. А в 1970-х израильские инженеры первыми начали применять капельный полив в промышленных масштабах.
В XXI веке Израиль позиционирует себя как лидер cleantech (экологичных технологий) и предлагал решения для глобальных проблем. В 2011–2012 годах правительство запустило программу развития альтернативных транспортных топлив (одна из четырех приоритетных тем Миннауки) – биотопливо, водородная энергетика, электромобили. Создан также Центр технологий возобновляемой энергетики и чистых технологий (2012) при поддержке ОГУ – формат государственно-частного партнерства для финансирования проектов в возобновляемой энергетике.
Таким образом, аграрная и экологическая наука хоть и не доминирует в бюджете, но получила импульс через адресные программы, учитывая стратегическую важность устойчивого развития в условиях изменяющегося климата.
