Катя Метелица
Кажется, этот человек нашел свое «Я».
Фото Артема Чернова (НГ-фото)
Имя – странная, кармическая вещь. Прекрасный юноша покажется еще прекрасней, если его и зовут как-нибудь героически. Александр МакКартни! А назовись он Геркулесом Огурцовым – сойдет за придурка. Почему-то. Подсознательное недоверие: если уж собственные родичи не позаботились наградить человека более привлекательным наименованием, значит┘
Меня восхищает обычай некоторых народов – татар, армян – давать своим детям самые великолепные и звучные имена – из мифологии, из старой литературы, даже из ботаники: Венера, Гамлет, Медея, Мелисса. Приятель-грузин назвал своих новорожденных дочек-близняшек Мари и Софи: «чтобы росли изящными, как француженки!» А если вырастут не очень изящными – что ж, по крайней мере изящные имена им немножко помогут. Знаете, как имя влияет на судьбу! Есть, например, история про первый конкурс «Московская красавица». В нем участвовала красотка Оксана Фандера, но вопрос о том, чтобы дать ей титул, даже не рассматривался – имя еще туда-сюда, но фамилия не показалась подходящей. А вообще-то самой безупречно-красивой на этом конкурсе была, говорят, девушка по имени Лена Дурнева – но это, подумали, как же? Наденут на нее корону, так дурных шуток потом не оберешься. Выбрали девушку по имени Маша Калинина – чтобы не придраться.
Про Машу Калинину до сих пор иногда пишут в газетах, а Лена Дурнева сразу куда-то пропала. Хотя многим ли, если подумать, фамилия Дурнева отличается от фамилии, к примеру, Денёв, которая нам кажется и звучной, и достойной? Одна-другая буква, не более того.
Моя французская подруга Камий, которая прожила в Москве чуть ли не десять лет, своего сына назвала Тимуром; а родилась бы дочка, хотела назвать так же – Тимур. «Очень красиво, – говорит, – это звучит на наше ухо!» Похоже на «пти амур», что-то вроде «маленькая любимка» или «любимчик». Еще она присматривалась к таким именам: Сметана, Смородина, Облепиха. Над ней смеялись: назови уж тогда Гонобобелем или Костяникой! А она говорила: а чем, собственно, Костяника хуже французского имени Констанс или вашего Кости-Константина? И почему бы не назвать девочку именем ягоды? Разве ягода хуже цветка – Розы или Лилии? И называют же некоторые американки своих дочек Эпл – Яблочко. Такого имени тоже, впрочем, нет в святцах, но почему бы и не назвать – если нравится.
А еще одной моей знакомой малышке родители долго-долго не могли подобрать имя, она полгода жила без имени. Записали наконец Марией Дмитриевной и теперь зовут – Карамелькой. Но, может, стоило так и назвать? Карамель – прекрасное, в сущности, имя. Карамелька Борисова. С отчеством, правда, не очень сочетается, но навряд ли через двадцать лет кому-нибудь понадобится отчество. Хотя – поди знай. Может, и пойдет на них мода, как на корсеты.
Но тогда можно будет так: официальное имя-отчество и, отдельно, домашнее имя, смешное или ласковое. По паспорту Порфирий Петрович, а для родных – Пуся.
Я вот всех, кого люблю, почему-то называю кузями. Хотя никогда в жизни не назвала бы сына Кузьмой. А однажды девочка во дворе услышала, как я своего сына, Митю, называю кузей, и сказала: «Почему вы его так называете? Это я – кузя! Меня так зовет моя мама!» А вообще-то ее звали Асей. Мне кажется кузю надо узаконить как общеупотребительное слово. Уменьшит.-ласкат. А то, пока я это пишу, компьютер постоянно правит мне «кузю» на «Кузю», приходится каждый раз исправлять обратно, уже устала. У меня нет ни одного знакомого Кузи, зато маленьких разных кузь, мальчиков и девочек, – полно. Их так называют их мамы, понимаете? Неизвестно почему. В этом слове нет никакого особого смысла, не думаем же мы о мифологической кузькиной матери, что бы это ни значило. Просто вдруг вырывается откуда-то из глубины организма: «ну, Митя, ну, кузя!» Неконтролируемо.
Вообще-то нет, я забыла: у нас есть один Кузьма. Правда, по документам он Алексей. Но назвать его Алексеем – все равно что меня Екатериной Михалной. Имя для социума. Не для своих – для чужих.
Но для чужих – не зазорно ведь и прикрыться псевдонимом. Бедная Лена Дурнева – что бы ей вовремя назваться Умновой. Или просто Прекрасной. Почему она этого не сделала – по глупости, из гордости? Я хотела бы узнать. Честно говоря, судьба Лены Дурневой меня по-настоящему занимает.
