Владимир Скосырев – Как вы оцениваете результаты ваших переговоров с российской стороной?
– Состоялось заседание объединенной комиссии по экономическому, научно-техническому сотрудничеству. Я привез делегацию из 25–26 человек, включавшую представителей таких департаментов, как оборонный, науки и технологий, сельского хозяйства, гражданской авиации, энергетики. У нас были очень конструктивные и плодотворные дискуссии. Индийско-российское сотрудничество укрепляется. Когда премьер-министр Индии приедет в Москву 5 декабря, мы сможем подписать много соглашений, которые поднимут наши отношения на еще более высокий уровень.
– Индия заявляет о стремлении участвовать в добыче энергоресурсов в России. В какие проекты, помимо «Сахалина-1», ваша сторона готова вложить капиталы?
– Мы обсуждали эту проблему подробно. Мы сильно нуждаемся в источниках энергоснабжения. Речь шла и о создании соответствующей инфраструктуры. Мы заинтересованы в прокладке трубопроводов через Таджикистан, Пакистан в Индию и из Ирана через Пакистан в Индию. Другие сферы сотрудничества, которые мы обсуждали, – это фармацевтика, металлургия, сельское хозяйство, гражданская авиация. Между Индией и Россией сейчас так мало авиарейсов, что это мешает контактам. Самолеты должны летать по крайней мере два раза в неделю. Есть также возможность увеличить поставки в Россию чая, табака, риса сорта «басмати».
– И все же, возвращаясь к энергетике, готова ли Индия участвовать в разработке других месторождений, кроме охваченных «Сахалином-1»?
– Будут и другие проекты. Наш министр нефти приезжал в Россию три раза. Я думаю, подключимся к проекту «Сахалин-2».
– Какую сумму советского долга Индия еще не выплатила России? Как стороны собираются распорядиться этими средствами?
– От всего долга осталось 2,5 миллиарда долларов. Эта тема обсуждалась с министром Сергеем Лавровым и с представителями Министерства финансов и Центробанка. Мы пришли к договоренности. Она будет подписана во время визита главы нашего правительства. Вы сможете использовать оставшийся долг по частям, пока весь он не будет погашен.
– Министр обороны России Сергей Иванов еще год назад говорил, что отсутствие соглашения о защите интеллектуальной собственности между нашими странами может стать препятствием для развития военно-технического сотрудничества. Почему такое соглашение до сих пор не подписано?
– Мы это обсуждали. Министр обороны Индии вскоре сюда приедет. Остающиеся разногласия будут разрешены до приезда в Москву нашего премьер-министра.
– Как землетрясение в Кашмире повлияло на отношения между Индией и Пакистаном? Правда ли, что Индия отказывается открыть линию контроля, разделяющую две части Кашмира?
– Нет, мы предложили открыть линию контроля примерно год назад. Предложение состояло из пяти пунктов. Речь шла о том, чтобы разрешить людям ездить (на другую сторону) и общаться с членами их семей. А сразу после землетрясения мы направили им помощь. На днях в Женеве мы дали обещание предоставить Пакистану помощь на 25 миллионов долларов. Мы направили им палатки, одежду, лекарства, очень большое количество одеял. Возникла серьезная гуманитарная проблема. К примеру, братья живут по разную сторону линии, бывает, что кто-то из них погиб. Мы делаем все, что можем, чтобы помочь.
Правда, от пакистанцев исходит определенное торможение. Мы предложили направить к ним вертолеты. Они ответили: присылайте вертолеты, но без пилотов. Вы понимаете, это невозможно.
– И все же как, по-вашему, эта трагедия поможет ослабить напряженность?
– Да, она должна бы иметь такое последствие. Но вот что случилось на днях: террористы совершили нападение и убили министра правительства в нашем штате Джамму и Кашмир.
– Поддерживает ли Индия предложение, чтобы вопрос о ядерной программе Ирана был передан из Международного агентства по атомной энергии в СБ ООН?
– Мы хотим, чтобы этот вопрос был разрешен МАГАТЭ. Мы продолжим обсуждение этой темы с министром иностранных дел Лавровым.
