С тех пор как на Манежной площади в Москве в 2010 году произошли беспорядки, связанные с выступлениями футбольных фанатов, много раз говорилось о том, что особую роль в разрешении межнациональных противоречий в России должны сыграть религиозные организации. Какие инициативы выдвинули духовные объединения в ответ на эти ожидания? Вспоминаются попытки главы Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества РПЦ протоиерея Всеволода Чаплина «приручить» националистические движения и группы. Например, его идея поручить скинхедам патрулировать улицы российских городов.
На днях прозвучало новое предложение. На этот раз от имени иудейской общины России. В резолюции V съезда Федерации еврейских общин России содержится призыв увеличить штрафы с 500 тыс. руб. до 5 млн. для осужденных по 282-й статье УК РФ (возбуждение национальной и религиозной ненависти и вражды). Правда, по версии ФЕОР, увеличение штрафов должно заменить тюремные сроки, чтобы не делать из националистов «мучеников». Днем позже в пользу ужесточения наказания для национал-экстремистов высказался протоиерей Всеволод Чаплин.
Одно крупное информационное агентство попросило прокомментировать заявление ФЕОР лидера движения «Русские» Дмитрия Демушкина, который оценил предложение иудейской организации как попытку спровоцировать усиление «борьбы с оппозицией и инакомыслием». Действительно, в своих акциях националистически настроенные оппозиционеры неизменно требуют свободы для своих товарищей, осужденных по 282-й статье, называя их «политзаключенными».
Заявления ФЕОР и Чаплина воспринимаются ангажированно в контексте той активной деятельности, которую религиозные лидеры развернули в поддержку действующей власти и одного из кандидатов в президенты. Эти инициативы выглядят как удар по несистемной оппозиции, точнее, одному из ее крыльев.
Складывается впечатление, что участие в оппозиционных акциях различных групп националистов вызывает наибольшее беспокойство правящей элиты. Именно этот сегмент протестного сообщества готов к решительным действиям насильственного характера, в том числе в отношении правоохранителей. Отдельные акции националистов носят подчеркнуто брутальный характер в отличие от карнавальной атмосферы шествий либеральной интеллигенции, хипстеров и просто свободолюбивой молодежи. Возможно, не случайно предложение ФЕОР касается части второй указанной статьи УК, которая относится к насильственным действиям, совершенным «организованной группой».
В хоре голосов, мобилизованных как властью, так и ее противниками, каждому отведена своя «партия». По давней традиции еврейская община высказывается против ксенофобии. Но поскольку в данном случае эта тема имеет политическое, актуальное звучание, все издержки подобных заявлений придется понести этой религиозной организации, а может быть, и всему еврейскому сообществу России. В критической ситуации община может стать своего рода козлом отпущения грехов правящей элиты.
Возникает вопрос, насколько продуктивно и честно по отношению к верующим именно такое направление работы по межрелигиозному примирению. Возможно, борьба с ксенофобией и впрямь должна принять более жесткие формы. Но стоит ли вкладывать призывы к репрессивным действиям в уста духовенства, да еще в ситуации гражданского противостояния? Подобные предложения прозвучали бы вполне уместно от правоохранительных органов, да и любой организации, например, отстаивающей права национальных меньшинств. Хотелось бы, чтобы религии смягчали нравы, взывали к совести, а не к полицейским дубинкам. Сомнительно, что от подобных выступлений будет польза и для сиюминутных потребностей власти, и для душевного здоровья верующих. Духовным лидерам станут меньше доверять, а градус противостояния в обществе только повысится.
Андрей Довголенко 
