К керченской катастрофе шли десять лет

В Керченском проливе вчера с рассветом продолжились поиски пяти моряков с затонувшего сухогруза «Нахичевань». Операция проходит в сложных условиях – спасателям мешают сильный ветер и дождь. Трое погибших членов экипажа этого корабля уже опознаны. Это второй штурман Леонид Берникевич, второй механик Дмитрий Реутин и третий механик Олег Шалтуянов. Вчера же по распоряжению президента Владимира Путина в зону чрезвычайной ситуации прибыл глава российского правительства Виктор Зубков. Между тем эксперты утверждают, что катастрофа в проливе была неизбежной.

На западном побережье Краснодарского края во вторник вновь было объявлено штормовое предупреждение, сообщила «НГ» представитель пресс-службы ГУ МЧС РФ по Краснодарскому краю Елена Оленина. По ее словам, «очень сильные порывы ветра и дождь не позволяют проводить поисковую операцию с воздуха. Но людей продолжают искать два пограничных катера». В списке пропавших без вести значатся пятеро членов экипажа «Нахичевани» – капитан Николай Тищенко, старпом Эдуард Басыров, старший механик Владимир Извозчиков, электромеханик Вячеслав Мельников и матрос Иван Косенков. «Троих спасенных моряков в ближайшее время должны перевезти из Керчи к нам, в Таманскую больницу. Им предстоит участвовать в следственных мероприятиях», – отметила Елена Оленина.

Она также сообщила, что, несмотря на шторм, береговую линию продолжают очищать от мусора и отходов нефтепродуктов: «В работах задействовано 754 человек и 165 единиц техники». Это не только спасатели и пожарные, но и работники жилищно-коммунальных служб и даже батальон морской пехоты. По словам Олениной, «на утро вторника было собрано порядка 160 тонн мазутосодержащих отходов. Водоросли, полностью облепленные вязким топливом, и загрязненный песок – все практически вручную собирают в полипропиленовые мешки». Она также не исключила, что, если погода улучшится, то во вторник–среду можно будет начать откачку мазута из танкера «Волгонефть-139», который и стал основным источником загрязнения акватории пролива, после того как раскололся пополам во время шторма.

С ходом работ по ликвидации последствий стихийного бедствия вчера ознакомился премьер-министр России Виктор Зубков. Он прибыл в Порт Кавказ во вторник утром в сопровождении главы МЧС РФ Сергея Шойгу, руководителя Минрегионразвития Дмитрия Козака и губернатора Краснодарского края Александра Ткачева. Премьер призвал к наведению порядка в Керченском проливе и заявил, что нельзя сваливать вину за кораблекрушения только на плохую погоду. «Надо разобраться: то ли это фатальная неизбежность, то ли это неоперативные и несвоевременные действия служб, или это расчет на «русское авось», – сказал Зубков на совещании по вопросам ликвидации последствий шторма. По его словам, требуется восстановить хронометраж событий, а также определить «роль и место каждого в случившемся».

У экологов свое видение ситуации. По мнению председателя экологической организации «За спасение Тамани», депутата Таманского сельского поселения Игоря Голубенкова, вина за катастрофу в Керченском проливе во многом лежит на компаниях, занимающихся перевалкой опасных грузов в «чрезвычайно ценном и уязвимом в природном отношении регионе». «Все произошло из-за того, что в 1998 году Россия, а в 2001 году – Украина решили организовать там перевалочный порт на воде. По примитивной технологии с борта на борт, в нарушение всех экологических норм, с речных судов на крупнотоннажные стали производить перевалку нефти, нефтепродуктов, серы и удобрений. В день на рейде здесь стоит до 50 малых сухогрузов и танкеров. Между тем в сложном для навигации Керченском проливе, тем более во время шторма, такие суда совершенно не пригодны к эксплуатации», – говорит Голубенков.

По мнению экологов, наиболее серьезным последствием кораблекрушений является масштабное загрязнение моря нефтью. Но и тысячи тонн серы, которые сейчас лежат на дне пролива, также сулят мало хорошего. Тем более что химическое вещество, по словам Голубенкова, при перевозке находилось не в герметичных контейнерах: «Я разговаривал с капитаном одного из затонувших судов, который лежит в нашей больнице. Он сообщил, что сера содержалась не в контейнерах, а была погружена в трюм насыпом. Конкретно на этом судне было 2,5 тысячи тонн гранулированной серы. Всего же на дно ушло 7 тысяч тонн».