0
1601
Газета IN MEMORIAM Печатная версия

30.11.2012

"Белый" Вулох ушел в темноту

Тэги: живопись, игорь вулох, некролог


живопись, игорь вулох, некролог Игорь Вулох создал искусство сложное и искреннее.
Фото PhotoXPress.ru

Люди часто уходят накануне юбилеев. 3 января нонконформисту Игорю Вулоху исполнилось бы 75. К этому году готовились. Московский музей современного искусства делает в 2013-м большую его персональную выставку, но теперь она невольно сделается поминальной. Дело не в дате – не стало человека, создававшего искусство сложное и искреннее, а это сегодня так редко.

Вулох был классиком абстракции – внешне тихой, но напряженной. Смотришь его работы, и кажется, они, со всем их лаконизмом, строгим достоинством, не рождались, а нагнетались, как нагнетается чувство. Кажется, даже в фамилии его есть что-то созвучное волевому усилию.

Когда родившийся в 1938-м в Казани юноша окончил местное художественное училище и в 1958-м приехал в Москву, в Суриковке его учить не изволили, зато взяли во ВГИК. Там он познакомился с Василием Шукшиным (и даже должен был играть одну из главных ролей в инсценировке его разинского романа «Я пришел дать вам волю», да съемки не состоялись) и с Наумом Клейманом. Оттуда Вулох сам ушел в свободное плавание два года спустя. А в 1961-м они встретились с Геннадием Айги. Вместе были редакторами каталога «Маяковский-художник». Но их дружба превратилась и в поэтическую графику, в графико-поэзию: Айги посвятил Вулоху стихи, тот искал графический эквивалент его новаторским, тоже для восприятия трудным, произведениям.

В несвободное советское время, клеймившее формалистов, любое отступление от канона было знаком сильной воли. Уход в абстракцию – тем паче. Особенно после памятного 1962-го, когда Хрущев поносил на Манежной выставке абстракционистов – и хотя абстракционистами художники студии Элия Белютина и выставлявшиеся с ними Эрнст Неизвестный, Юло Соостер, Юрий Соболев и Владимир Янкилевский не были, слово это сделалось ругательным и нарицательным для неугодных власти. Вулоха там не было, но он, вступивший еще в 1961 году в молодежную секцию МОСХа, в 1968-м, когда во Франции волнуется свободное студенчество, а в коммунистическом царстве замерзнувшую оттепель сменил застой, он тогда начинает «белый период» крайне аскетичных и столь же выразительных работ. «Чистый белый» рефреном будет возвращаться в его искусстве, и тут на память придет и «белое на белом» другого нонконформиста, Владимира Вейсберга, и вейсберговские слова о том, что «мы видим предмет благодаря несовершенству нашего видения. При совершенном видении мы видим гармонию, а предмета не замечаем».

На холстах Вулоха может парадоксально проявляться «Сокрытое» – словно с усилием прорывающееся сквозь серовато-белые… легкие ли листы, тяжелые ли камни? Он писал «Интерьер» или «Экстерьер» как пространство с какими-то силовыми линиями, героем его работ могла стать просто глыба – и у него это становилось осмысленным. Даже времена года были абстрактными, с тонкой колористической интенцией эмоции, ощущения. Абстракция сложна не только для восприятия, когда находишься вне, – для живописца освобождение от фигуративности ведет к строгой дисциплине. Все, что имеешь сказать ограниченными средствами. Формотворчество в отсутствии конкретных форм. Вулоха при всем при том всегда слышали и хотели слушать. В 1996-м его выдвинули на Госпремию – в 90-е, еще только пробуждавшиеся от крепкой совковой традиции отмечать только соцреалистов, даже выдвижение было ново.

Казалось бы, абстракция – это про эмоции, не про вербальное. Но к слову Вулох всегда был чуток – иллюстрировал не только Айги, в 1994-м появился его цикл к стихам Томаса Транстремера. Этот шведский поэт, кстати, стал лауреатом Нобелевской премии за 2011 год; с формулировкой: «За то, что его краткие, полупрозрачные образы дают нам обновленный взгляд на реальность». К Вулоху это определение тоже подходит. «НГ»


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Краска на обезьяньем хвосте

Краска на обезьяньем хвосте

Вера Чайковская

Картины из слоновьего помета, Шагал, Эйнштейн и атакующее сознание

0
291
За Россию – вне России

За Россию – вне России

Виктор Леонидов

Иконописец и «пропагандист» русского искусства Евгений Климов

0
997
Фрагмент мирового пространства

Фрагмент мирового пространства

Ольга Шатохина

Отражение революции в произведениях живописцев

0
787
Почему-то история выбрала меня

Почему-то история выбрала меня

Илья Фаликов

Евгений Евтушенко умел ссорить левую руку власти с ее правой рукой, ловко играя на этом

0
2252

Другие новости

Загрузка...
24smi.org