0
5548
Газета Печатная версия

23.12.2015 00:01:20

Первому русскому изданию "Начал" Ньютона исполнилось 100 лет

Русский оказался последним из крупных европейских языков, на который был переведен magnum opus Исаака Ньютона

Тэги: ньютон, наука, история, математика


ньютон, наука, история, математика Фрагмент плаката выставки, посвященной 300-летию «Математических начал натуральной философии» Ньютона. Museum of The History of Science, The National Portrait Gallery

Профессор истории Университета МакГилла, Монреаль (Канада), Валентин Босс в своей монографии «Newton & Russia. The Early Influence, 1698–1796» (Cambridge, 1972) счел нужным подчеркнуть одну интересную и важную особенность: «Россия была первой и единственной страной, в которой рождение и развитие современной физики почти совпадает с утверждением Ньютонианской науки». Учитывая это, тем более удивительным кажется, что русский оказался последним из крупных европейских языков, на который был переведен этот magnum opus Исаака Ньютона – «Математические начала натуральной философии», «величайшее произведение человеческого ума», как его называл Лагранж. Так что в 2015 году – 100-летний юбилей этого издания. Как раз в эти декабрьские дни!

Что было до «Начал»

Конечно, были изложения работы Ньютона. Были и переводы фрагментов труда Ньютона. Так, в 1885 году выходит книга Николая Николаевича Маракуева (1847–1910) «Ньютон, его жизнь и труды». Маракуев был автором лучшего дореволюционного курса алгебры – «Систематический курс элементарной алгебры», – изданного впервые в 1896 году в двух томах. «Ньютон, его жизнь и труды» выдержала четыре издания: в 1885, 1890, 1900 и 1908 годах. И от издания к изданию 

Н.Н. Маракуев работает над текстом и содержанием, редактирует, исправляет неточности, дополняет книгу приложениями. Так, в предисловии ко второму изданию (1890) он отмечает: «…новое издание увеличено двумя приложениями, из которых 1-ое содержит перевод «Определений» и «Законов движения», составляющих введение в Principia; 2-ое, первоначальные наброски метода флюкционнаго метода, есть перевод перваго отделения первой книги Принципий, трактующей «О движении тел». Эти переводы являются в первый раз на русском языке. Мы желали оказать ими содействие тем молодым людям, которые пожелали-бы узнать основы динамики и дифференциальнаго исчисления из их безсмертнаго первоисточника».

На первую полноценную научно-популярную серию, в которой вышла книга Н.Н. Маракуева, обратил внимание известный русский социолог, библиопсихолог, книговед Николай Александрович Рубакин: «Выпустила кое-какие недурные популярно-научные книжки хотя и одушевленная добрыми намерениями, но бестолковая фирма Маракуева и Прянишникова (в Москве)…». Причина, по которой Рубакин маракуевскую фирму припечатывает эпитетом «бестолковая», заслуживает отдельного разговора. Здесь же надо отметить, что, по-видимому, Маракуеву приходилось отвечать на критику, исходящую не только от независимых экспертов, таких как Н.А. Рубакин, но и от вполне официальных структур. В предисловии к четвертому изданию своей книги (1908) Маракуев вынужден дать такое пояснение: «…соглашаясь с мнением Ученаго Комитета Министерства Народного Просвещения, в настоящем издании автор исключил фигурировавшие в двух предыдущих изданиях, два прибавления, из коих одно содержало полный перевод вступления в «Principia», а второе трактовало «о методе первых и последних отношений (Principia, о движении тел, кн. I, отд. I)». По справедливому замечанию Ученаго Комитета, эти статьи без обширных к ним комментарий не принесли бы пользы начинающим».

И определенный резон в словах Маракуева имелся. Приближался XX век, а русского перевода «Математических начал натуральной философии» не было.

Главное – в примечаниях

Устранил этот культурный пробел академик Алексей Николаевич Крылов. В 1915–1916 годах в двух выпусках журнала «Известия Николаевской морской академии» был опубликован этот грандиозный перевод ньютоновского magnum opus.

Благодаря воспоминаниям, которые оставил Крылов, мы можем восстановить сам процесс подготовки этого фундаментального труда. «В 1914 г. приема в Морскую академию не было и лекций не читалось, я был свободен и решил употребить свободное время на перевод и издание «Начал» Ньютона на русский язык, снабдив этот перевод комментарием, изложенным так, чтобы он был понятен слушателям Морской академии, – отмечал А.Н. Крылов. – Я работал аккуратно ежедневно по три часа утром и по три часа вечером. Сперва я переводил текст почти буквально и к каждому выводу тотчас писал комментарий; затем, после того как заканчивался отдел, я выправлял перевод так, чтобы смысл сохранял точное соответствие латинскому подлиннику, и вместе с тем мною соблюдались чистота и правильность русского языка; после этого я переписывал все начисто, вставлял в свое место комментарий и подготовлял к набору. К концу 1915 г. был отпечатан 1-й том, содержащий книги I и II «Начал». К концу 1916 г. весь перевод был окончен и отпечатан, составив выпуски 4-й и 5-й «Известий Морской академии».

Алексей Николаевич Крылов – выдающийся механик и переводчик Ньютона.	Фото 1908 г.
Алексей Николаевич Крылов – выдающийся механик и переводчик Ньютона.
Фото 1908 г.

Комментарии, о которых говорит А.Н. Крылов, по существу, составляют отдельную исследовательскую работу. На это обстоятельство обращали внимание и специально всегда его подчеркивали многие исследователи. Уже в первой короткой рецензии на появившийся русский перевод «Начал» («Природа», февраль 1916 года) известный физик, профессор Петр Петрович Лазарев подчеркивал: «В последнем, четвертом выпуске («Известий Николаевской морской академии») появляется перед читателями в великолепном русском переводе бессмертное творение Ньютона, являющееся основанием современной механики, физики и астрономии... И мы должны признать, что в замечательном переводе Крылова Ньютон явился впервые перед ученой публикой в том виде, какого он, несомненно, заслуживал, и появление перевода Крылова нужно считать крупным научным событием. Интерес этого последнего издания увеличивается еще оттого, что Крыловым даны примечания, разъясняющие текст и позволяющие понять связь методов и теорий Ньютона с современными научными методами. Эти примечания, представляющие сами по себе большую и оригинальную научную работу, превосходно дополняют перевод и позволяют приступающему к изучению Ньютона без особого труда следить за мыслью автора».

«Перевод «Начал», сделанный А.Н. Крыловым, превосходен по литературным достоинствам; спорны лишь несколько математических оборотов речи и терминов. Не менее замечателен он своим научно-комментаторским аппаратом. Читать Ньютона без комментариев – дело очень трудное... 

В своих 210 комментариях А.Н. Крылов аналитически излагает предложения «Начал», мастерски раскрывая читателю смысл многих неясных пунктов, дает ценные исторические и филологические справки и т.д. Комментарии Крылова в значительной мере определили стиль того научного аппарата, который сопровождает нынешние советские издания классиков науки», – подчеркивал в 1957 году в своей статье известный советский историк математики Адольф Павлович Юшкевич. (Все же, если быть точным, надо заметить, что у А.Н. Крылова – 207 комментариев к переводу «Начал».)

Превосходная оценка перевода Крылова была почти единодушной. «Превосходный», «замечательный», «образцовый», «изумительный»… Все эти эпитеты по отношению к переводу «Начал», выполненному А.Н. Крыловым, вполне заслуженны. Последний по времени из переводов труда Ньютона на основные европейские языки выполнял (и выполняет до сих пор) важную культурную и мировоззренческую роль. С тех пор «Математические начала натуральной философии» переиздаются в России только в переводе А.Н. Крылова. Таких переизданий было четыре: в 1936, 1989, 2008 и 2014 годах.

И здесь впору говорить о некоем злом роке, витающем над русским переводом «Математических начал…».

Засекреченный перевод «Начал»

Делая такое утверждение, я могу сослаться на работу известного отечественного историка науки Владимира Семеновича Кирсанова. Результаты этого исследования приведены им в интереснейшей статье «Уничтоженные книги: эхо сталинского террора в советской истории науки» («Вопросы истории естествознания и техники», 2005, № 4). Кирсанов, в частности, отмечал: «Обнаружены гранки набранных в 1938 г., но так и не изданных переводов книг классиков науки: «Начал» И. Ньютона, «Динамики» Г.В. Лейбница, а также – хрестоматии по истории физики, составленной известным советским историком науки Б.М. Гессеном... Дело в том, что, уже будучи набраны и пройдя все виды правок и проверок, эти книги так и не увидели свет: в 1938 г. их набор был рассыпан. Аналогичная судьба постигла и хрестоматию по истории физики, составленную Б.М. Гессеном. Следует предположить, что поводом к запрету на публикацию этих книг послужили аресты и последующая гибель людей, отвечавших за их издание, – С.Е. Аршона и Б.М. Гессена».

И далее Кирсанов подчеркивает: «Неопровержимым доказательством того, что книга должна была выйти в ОНТИ (Объединенное научно-теоретическое издательство), являются многочисленные записи работников типографии и издательства на страницах книги: на каждой тетрадке гранок стоит типографский штамп «15 ФЕВ 1938», виза технического редактора Е.Г. Шпака, указание редактора издательства: «Исправить и дать сверку в 3-х экз. Г. Рыбкин. 29/ХП 38», визы сверщиков и, наконец, типографский штамп «Сверка». Кроме того, каждая страница книги содержала еще одну визу, а именно, инициал «А», который, по всей видимости, означал визу А.П. Юшкевича, бывшего в то время старшим редактором издательства. И так набор прошел весь цикл типографической проверки».

К сожалению, в экземпляре верстки книги, попавшем в руки В.С. Кирсанова из личного архива Ивана Васильевича Кузнецова (в середине 50-х годов он был директором Института истории естествознания и техники АН СССР, а до этого, с 1937 года и до начала войны, работал в издательстве ГОНТИ старшим редактором отдела физики) отсутствовали первые и последние страницы с выходными данными, фамилиями переводчика и редактора, на некоторых страницах аккуратно вырезаны фрагменты полей, на которых, видимо, имелись какие-то нежелательные пометки. Учитывая трагическую судьбу Б.М. Гессена, С.Е. Аршона, Н.И. Бухарина (все они были арестованы и расстреляны в 1936–1938 годах), имевших то или иное отношение к готовящемуся изданию «Начал», такие меры предосторожности несложно объяснить.

Естественный вопрос – кто же мог быть автором нового перевода «Начал»?

В одном из примечаний к своей статье, опубликованной в 1943 году, советский физик и историк науки Торичан Павлович Кравец как бы невзначай обмолвился: «Накануне войны 1914–1918 гг. известное одесское издательство «Матезис» намеревалось выпустить перевод «Начал», сделанный Чакаловым. По обстоятельствам войны и последовавшей разрухи издание не могло состояться. Но верстка перевода сохранилась: по отзыву видевших ее он обладает большими достоинствами. Нам кажется, что мы могли бы позволить себе роскошь двух переводов «Начал».

Кто же он, этот загадочный Чакалов? Его фигура, о которой говорят и Кравец, и Кирсанов, как автора нового перевода «Начал», едва ли не полулегендарная. Нигде не встречаются даже инициалы этого человека…

Чакалов заметает следы

Так получилось, что ровно за полгода – день в день, 14 февраля 2012 года – до своей смерти внук А.Н. Крылова, профессор Сергей Петрович Капица дал мне интервью, значительная часть которого как раз была посвящена крыловскому переводу «Начал». Вот отрывок из этой беседы.

«– Сергей Петрович, и все-таки: второго русского перевода «Начал» не существует до сих пор. Как вы считаете, может быть, он действительно уже и не нужен?

– Во-первых, перевод деда сам по себе очень интересен как качественный перевод и благодаря его комментариям. Это существенный момент…

– Были сообщения, что накануне Первой мировой войны одесское издательство «Матезис» планировало выпустить «Начала» в переводе некоего Чакалова. Но перевод где-то затерялся в военном хаосе.

– Да, он переводил Ньютона. И, кажется, даже была какая-то склока: он говорил, что перевод Крылова неточен… Но это, как говорится, после драки кулаками не машут. Такие страсти всегда появляются. Дед был тяжеловесом в этом плане, и с ним спорить было довольно безнадежно. Потом его избрали в академики. Так что у него были и высшие генеральские чины, и положение как идеолога флота, идеолога Военно-морской академии…».

Вот эта фраза, оброненная Сергеем Петровичем Капицей: «И, кажется, даже была какая-то склока: он говорил, что перевод Крылова неточен…» – лишний раз подтверждает, что второй перевод «Начал» все же существовал. И, мало того, раз существовала «какая-то склока», значит, должны были остаться ее следы в печатных изданиях.

Русский перевод «Начал» – произведение грандиозное и по содержанию, и по форме. 	Издание 1915, 1916 гг.
Русский перевод «Начал» – произведение грандиозное и по содержанию, и по форме.
Издание 1915, 1916 гг.

И такой след действительно обнаруживается в российской периодике вскоре после издания «Начал» в переводе А.Н. Крылова.

1 августа 1917 года вышел из печати сдвоенный – за июль–август – номер «Журнала Министерства народного просвещения». В разделе «Критика и библиография» появилась обширная статья за подписью некоего А. Чекалова (sic!) – «Ньютоновы Начала в русском переводе». Автор статьи – кстати, в оглавлении «Журнала…» приводится и второй его инициал: А.З. Чекалов – настроен более чем решительно: «В русской научной литературе давно высказываются сожаления о том, что нет русского перевода Ньютоновых Principia... В настоящее время долгожданный перевод вышел в свет. В сознании того глубокого переворота, который произвели Principia Ньютона в миросозерцании человечества, и той громадной важности, которая остается за ними до сего времени, хотелось верить, что русское издание Начал будет достойно славного имени их великаго автора. И все как бы говорило за это. Перевод (первой книги) вышел в издании Николаевской Морской Академии, прекрасном с внешней стороны. Под руками переводчика, профессора Академии, были лучшие издания оригинала, переводы английский, французский и немецкий. В своем предисловии переводчик рассказывает, сколько труда вложено им в перевод, какой «тщательной чистке» он был подвергнут при подготовке к печати, и в заключение выражает благодарность начальнику и конференции Академии за оказанное ими к его труду доверие и за помещение его в Известиях Академии.

К глубокому сожалению, первая же фраза «предисловия автора к первому изданию» ставит читателя русскаго перевода в большое недоумение своею неожиданностью... Недоумение читателя не разсеивается при дальнейшем чтении предисловия и начинает переходить в сомнение в достоинстве перевода»…

И далее на 25 страницах – подробнейший, жесткий разбор недостатков перевода А.Н. Крылова. Со сравнением цитат из перевода и из подлинника, с привлечением широкого круга источников, с вариантами своего собственного перевода спорных мест, с короткими экскурсами в социальную историю ньютоновских времен. Скрупулезно, последовательно, дотошно… «Читатель, может быть, скажет, что это уж слишком большие мелочи. Но перед великим именем Ньютона и такие мелочи неизвинительны в издании столь почтенного учреждения», – подчеркивает А.З. Чекалов.

Заканчивает он свой разбор крыловского перевода «Начал» оценкой как раз примечаний, которые особо высоко оценивали все советские историки науки, занимавшиеся этой темой. «Остановимся несколько на примечаниях переводчика. Одни имеют целью указать связь, существующую между современной наукой и творением Ньютона. Примечания этого рода наиболее интересны и ценны. Другая группа содержит в себе разъяснения и толкования различных латинских слов и законоположений подлинника. Но такого рода примечания едва ли нужны читателю русскаго текста, а при чтении подлинника все могущие встретиться затруднения с этой стороны легко разрешаются контекстом. Наконец третья категория примечаний предназначена для истолкования текста как такового. Этих примечаний далеко недостаточно – как потому, что они не объясняют многих трудных мест, так и потому, что в них автор, обходя без надобности метод и средства, с которыми написан подлинник, часто обращается к высшему математическому анализу, не стремясь выяснить ту преемственную связь, которая существует в цепи предложений. Ведь вся первая книга «Начал», как кто-то справедливо заметил, может быть прочитана лицом, основательно усвоившим курс геометрии и алгебры в объеме программы средней школы и знакомым с основами учения о конических сечениях, изложенного элементарно (по Аполлонию), – при достаточном освещении текста соответственным образом составленными примечаниями», – пишет А. Чекалов.

Итак, можно сделать некоторые предположения, касающиеся обстоятельств появления этой статьи в «Журнале Министерства народного просвещения».

Во-первых, никто из тех отечественных исследователей, кто занимался библиографией русской Ньютонианы, никогда даже не упоминает об этой статье, не говоря о том, чтобы ссылаться на нее. И журнал, и помещенная в нем статья А.З. Чекалова, судя по всему, просто затерялись в потоке социальных катаклизмов осени 1917 года в России. Не до споров о качестве перевода «Математических начал натуральной философии» было.

Во-вторых, обратим внимание, что А. Чекалов разбирает только один, IV выпуск «Известий Николаевской морской академии», где началась публикация русского перевода труда Ньютона. Этот выпуск «Известий…» вышел в конце 1915 года. Значит, А. Чекалов уже был очень хорошо знаком с оригиналом, отлично изучил его и, по всей видимости, уже имел собственный перевод – или обширные заготовки такого перевода – на русский язык. Что и позволило ему очень быстро подготовить большую, развернутую рецензию в «Журнал Министерства народного просвещения». 

В-третьих, показательно, что перевод Крылова вышел не под эгидой Министерства народного просвещения, а в «отраслевом» издании. Вспомним, что именно под давлением мнения «Ученаго Комитета Министерства Народного Просвещения» в 1908 году Н.Н. Маракуев вынужден был исключить из своей книги перевод нескольких глав «Математических начал натуральной философии». Поэтому и не случайно, что рецензия А.З. Чекалова как раз появляется в министерском журнале – ведомственный спор, профессиональная ревность, так сказать. Не случайно также, что Чекалов специально подчеркивает и иронизирует над этим обстоятельством.  

Последний абзац из «разгромной» рецензии А.З. Чекалова на крыловский перевод «Математических начал натуральной философии». 	«Журнал Министерства народного просвещения», июль–август, 1917 г.
Последний абзац из «разгромной» рецензии А.З. Чекалова на крыловский перевод «Математических начал натуральной философии».
«Журнал Министерства народного просвещения», июль–август, 1917 г.

Наконец интригует почти мистическое отсутствие каких бы то ни было сведений об этом авторе – А.З. Чекалове. Это очень странно: ученый такого уровня, так аргументированно споривший с самим академиком А.Н. Крыловым, не мог остаться незамеченным.

Но ситуация становится почти детективной, если принять во внимание еще одну статью, на которую я наткнулся почти случайно. Ее автор – Н.И. Невская; статья называется «Забытые страницы истории Пулковской обсерватории» («Репрессированная наука. Выпуск 2. СПб., 1994). А история такова.

В 1931 году астрофизический отдел Пулковской обсерватории возглавил новый сотрудник – Б.П. Герасимович. Через два года он станет директором Пулковской обсерватории. Невская пишет: «…именно к Б.П. Герасимовичу летом 1932 г. прислал свой русский перевод «Математических начал натуральной философии» И. Ньютона житель г. Корсуня Киевской области Александр Захарович Чеканов.

Ознакомившись с рукописью, Герасимович направил ее 8 августа 1932 г. в Москву, в Государственное технико-теоретическое издательство с рекомендацией опубликовать перевод. В случае, если издательство не сочтет возможным напечатать рукопись, Герасимович просил вернуть ее Пулковской обсерватории. 21 декабря 1933 г. по просьбе издательства переводчик разрешил использовать извлечения из его работы для «Материалов по истории развития механики» под редакцией профессора А.Н. Долгова, склонявшегося к тому, что перевод Чеканова стоит издать полностью «при соответствующей обработке».

На запрос Пулковской обсерватории о судьбе рукописи издательство ответило 7 апреля 1935 г., что вопрос все еще не решен, а рукопись находится у профессора Долгова.

По-видимому, перевод Чеканова так и не был опубликован; во всяком случае, никаких сведений о нем в дальнейшем найти не удалось. Скорее всего этот перевод пропал безвозвратно».

И вот теперь мы можем задаться вопросом: не один ли это человек – Чакалов, А.З. Чекалов и Александр Захарович Чеканов? На мой взгляд, все эти имена – псевдонимы одного и того же автора. Просто сначала самим фактом своего непререкаемого научного и административного авторитета А.Н. Крылов заставлял оппонентов быть осторожными. А после событий 1937–1938 годов, после ареста и расстрела Б.М. Гессена, С.Е. Аршона, Н.И. Бухарина – людей, имевших непосредственное отношение к готовившемуся изданию «Начал» в новом переводе, раскрывать этот псевдоним и вовсе стало небезопасно.

Кстати, еще одна деталь, которая говорит в пользу этой версии. Дело в том, что верстка нового перевода труда Ньютона, которую удалось изучить В.С. Кирсанову, называлась «Математические принципы натуральной философии». И Кирсанов подчеркивает, что, по его мнению, это больше соответствует подлиннику. Наш загадочный А.З. Чекалов также явно предпочитает использовать название «Principia» в своем тексте.

Ньютон в семи томах

Но история здесь завязывает следующий «узел». Именно в 1934 году по инициативе академиков А.Н. Крылова и С.И. Вавилова ОНТИ предпринимает попытку реализовать сложнейший проект – выпуск собрания трудов Исаака Ньютона в 7 томах.

Но этот проект так и не был реализован, хотя решение об издании трудов Ньютона принималось на высшем государственном уровне. В официальном печатном органе ЦИК СССР и ВЦИК Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов – газете «Известия» от 24 мая 1934 года была помещена небольшая заметка: «Государственное технико-теоретическое издательство решило выпустить в русском переводе собрание сочинений основоположника классической физики, математики и астрономии Исаака Ньютона.

Как это ни странно, но собрание сочинений Ньютона не переиздавалось и за границей с XVIII века (!). Русское издание предполагается осуществить в 7 томах, охватывающих все научное наследие Ньютона, сохранившее ценность до нашего времени. В первых двух томах будут собраны математические сочинения Ньютона, до сих пор не издававшиеся на русском языке. Третий и четвертый томы будут содержать «Математические начала натуральной философии» с обширным комментарием. В пятом томе будут собраны сочинения Ньютона по оптике и другим вопросам физики. В шестом томе будет впервые в достаточно полном виде опубликована научная переписка Исаака Ньютона. Наконец седьмой том будет заключать жизнеописание Ньютона и характеристику эпохи, в которой он жил. Издание будет содержать подробные комментарии.

Издаваемое собрание сочинений Ньютона будет редактироваться академиком С.И. Вавиловым, проф. М.Я. Выгодским и проф. Б.М. Гессеном. В издании участвует Институт истории науки и техники при Академии наук СССР.

Акад. С. Вавилов».

Обратим внимание: здесь не уточняется, кто автор перевода «Начал» и комментариев к ним. Но, как бы там ни было, реализация проекта дошла практически до типографской стадии. «Математические начала натуральной философии» предполагалось опубликовать в IV и V томах под редакцией члена-корреспондента Академии наук Б.М. Гессена; VI том, посвященный сочинениям Ньютона по оптике, редактировал академик С.И. Вавилов; VII том – переписка Ньютона.

Причины внезапного закрытия этого издательского проекта – сугубо политические: сначала, в августе 1936 года, по обвинению в участии в заговоре с целью убийства С.М. Кирова арестовали Б.М. Гессена (расстрелян в декабре 1936 года), затем был арестован и расстрелян Н.И. Бухарин, директор Института истории науки и техники – главные идеологи издания собрания сочинений Исаака Ньютона.

Так что роскошь иметь два перевода на русский язык одной из самых значительных книг в истории естествознания (и не только естествознания – в истории всей человеческой культуры) до сих пор остается для нас недоступной.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Позиции Тбилиси и Цхинвала по ситуации у приграничного села Чорчана не сблизились

Позиции Тбилиси и Цхинвала по ситуации у приграничного села Чорчана не сблизились

0
317
Назарбаев заявил, что народ Казахстана с огорчением воспринял новость о его уходе

Назарбаев заявил, что народ Казахстана с огорчением воспринял новость о его уходе

0
348
В России запускают систему мониторинга за реализацией нацпроектов

В России запускают систему мониторинга за реализацией нацпроектов

0
927
Гражданское общество проверяют со всех сторон

Гражданское общество проверяют со всех сторон

Иван Родин

Соцопросы показали небольшой рост персональной политизации

0
840

Другие новости

Загрузка...
24smi.org