Правозащитники хотят сосчитать всех пропавших

В Чечне с начала этого года были похищены более 60 человек. Из них 26 человек освобождены, 35 пропали без вести, двое найдены убитыми. Об этом заявил на днях представитель правозащитного Центра «Мемориал» Дмитрий Грушкин. При этом он отметил, что к похищениям все чаще оказываются причастны бойцы службы безопасности президента Чечни Ахмада Кадырова.

Глава Центра Олег Орлов в беседе с корреспондентом «НГ» эти цифры подтвердил. Правда, в отношении причастности людей Рамзана Кадырова, возглавляющего службу безопасности президента Чечни, он был более осторожен: «Есть основания полагать, что за этими похищениями стоят силовые структуры, подчиненные Кадырову. Это следует из обстоятельств похищений». Олег Орлов подтвердил версию «НГ» (10.03.04) о том, что «министр обороны Ичкерии» Магомед Хамбиев был вынужден сложить оружие после того, как люди Рамзана Кадырова взяли в заложники его родственников.

Конечно, в заявлениям правозащитников можно относиться и критически, но дело в том, что ни одна официальная структура не имеет нормального банка данных по похищенным и пропавшим без вести в Чечне. В свое время о создании подобной базы заявлял уполномоченный президента России по правам человека в Чечне Абдул-Хаким Султыгов. «Мне о такой базе ничего не известно, – сообщил «НГ» Олег Орлов. – Да, было дело, Султыгов заявлял об этом. Но где и кто теперь Султыгов?» Действительно, в ходе отставки правительства Касьянова была ликвидирована и должность уполномоченного по правам человека в Чечне. Мотивировалось это тем, что в республике есть всенародно избранный президент – Ахмад Кадыров, который и будет обеспечивать права человека. Правда, президент, как известно, есть и в России, но это не мешает Владимиру Лукину исполнять обязанности омбудсмена.

«Идею создать единую базу мы пробивали не один месяц, – заявила «НГ» председатель Комиссии по правам человека при президент РФ Элла Памфилова. – Координировать эту работу должен был Султыгов. А как его должность упразднили, все провисло. С этой реорганизацией концы трудно найти. Сегодня у каждой структуры что-то есть, у прокуратуры Чечни, к примеру, или военной прокуратуры. Но все так противоречиво и неудовлетворительно. Отчаявшиеся люди обращаются во все инстанции, но практически ни одно ведомство им не отвечает. Да не то что простым людям, должностным лицам не отвечают».