Дело Иссахар бьет по репутации России в Израиле

Фото со страницы Наамы Иссахар в социальной сети

Дело израильтянки Наамы Иссахар, которая была приговорена в Москве к 7,5 годам колонии за «контрабанду наркотических веществ», рискует нанести удар по российской репутации в Израиле. Местные СМИ фиксируют падение за короткий срок спроса на авиаперелеты через Россию. Иссахар была задержана еще весной этого года в транзитной зоне аэропорта Шереметьево после того, как у нее обнаружили гашиш. Однако ее приговор считают необоснованно жестким, а само дело – политически мотивированным.

В Израиле ждут ответа от президента Владимира Путина, к которому обратился премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху с прошением о помиловании Иссахар. 25-летняя израильтянка была задержана в апреле этого года в транзитной зоне аэропорта Шереметьево, когда она ожидала пересадки по пути в Тель-Авив. Во время досмотра в ее рюкзаке обнаружили 9,5 граммов гашиша – объем, который в Израиле считают допустимым для личного пользования. 11 октября Химкинский городской суд признал Нааму виновной в контрабанде и хранении наркотических средств и приговорил к семилетнему тюремному заключению с отбыванием в колонии общего режима. Решение суда вызвало возмущение в Израиле.

Издание «Исраэль хайом» со ссылкой на исследование, проведенное для него ресурсом Travalist, сообщило, что с 11 октября число заказов в Израиле на перелет через Россию сократилось более чем на 40% по сравнению с прошлой неделей. При этом «Исраэль хайом» обращает внимание, что исследование проводилось в неделю, когда отмечается один из главных иудейских праздников — Суккот. Тем не менее, издание приводит собственные наблюдения, согласно которым израильтяне теперь действительно опасаются перелетов через Россию – даже в тех случаях, когда цены на транзит ниже, чем в других странах. Ранее в разговоре с «Исраэль хайом» министр экологии и министр по делам Иерусалима Зеэв Элькин отметил, что израильтяне должны несколько раз подумать, прежде чем брать билеты через Россию.

Приговор Нааме Иссахар в Израиле связывают с делом задержанного в 2015 году в аэропорту Бен-Гуриона Алексея Буркова. Россиянина называют фигурантом расследования о так называемом «российском вмешательстве» в американские выборы 2016 года. Его арест был произведен по запросу властей США. Верховный суд Израиля постановил, что Бурков подлежит экстрадиции в Америку. Израильская пресса со ссылкой на высокопоставленных чиновников сообщала, что Россия предлагала обменять Буркова на Иссахар. О том, что специально для этого российская сторона задействовала закрытые каналы связи, писала и американская New York Times. Газета отмечала, что семья Наамы получала странные сообщения от «израильских друзей» Буркова, которые писали: ключ к освобождению Иссахар – это возвращение Буркова на родину.

«Дело Наамы Иссахар грозит стать серьезной препоной в российско-израильских отношениях: израильское общество не сомневается в политической подоплеке того наказания, которое российский суд назначил девушке, – заявил в разговоре с «НГ» адвокат, глава проекта общественной дипломатии Евро-азиатского еврейского конгресса Ариэль Бульштейн. – Очевидна непропорциональность наказания тому правонарушению, которое она совершила, особенно в сравнении с судебными решениями в отношении других лиц, находившихся в подобной ситуации».

Эксперт отмечает, что если два дела – Буркова и Иссахар – действительно связаны (российская сторона это отрицает), то экстрадицию россиянина в США остановить нельзя. «В Израиле нет «телефонного права», и никакой, даже самый могущественный политик не может вмешаться в судебные процедуры, – говорит Бульштейн. – Да и сами судебные процедуры в отношении Буркова уже завершены: есть решение Верховного суда, остановить экстрадицию попросту невозможно. Хочу добавить, что просьба об экстрадиции Буркова в Россию, которая была передана Москвой, была не только абсолютно запоздалой – она поступила спустя годы после того, как история с ним началась, но и необоснованной в юридическом плане. Она не выдерживала, в отличие от американской, никакого судебного рассмотрения».

Бульштейн заключает: «Дело, мягко говоря, не способствует укреплению позитивной репутации России в израильском обществе».