Несемейная история

Б.П. Краевский. Лопухины в истории Отечества. К 1000-летию рода. - М.: Центрполиграф, 2001, 861 с.

Лопухин гулял в полку,
Курил трубку табаку...
Народная песня

ЛЕОПОЛЬД РАНКЕ писал: "История начинается только тогда, когда памятники становятся понятны". Мы же за последнее столетие уже привыкли к постоянному упрощению исторических конфликтов до "ежу ясного": "правые" воюют с "левыми", "верхи" не могут справиться с "низами", "свое" извечно сопротивляется "чужому". Только ясности почему-то от таких сопоставлений не прибавилось. И вот теперь историки, спохватившись, вместо столбовой, "верной" дороги все чаще рисуют нам альтернативы, напоминающие не гладкие столбы, а ветвистые деревья.

Борис Краевский изобразил только одну ветвь - историю одного единственного рода. Как и положено ветви, она клонилась то "вправо", то "влево". Оставалась неизменной лишь служба Отечеству. Согласно официальной родословной, предком Лопухиных был сын того самого касожского князя Редеди, которого заколол в 1022 году князь Мстислав, брат Ярослава Мудрого. По условиям поединка Мстислав Тмутараканский "крестил сына Редеди православным обрядом и женил его на своей дочери... От них и пошло потомство, представители которого положили начала многим русским дворянским фамилиям, в том числе и Лопухиным". Среди Лопухиных-мужчин были новгородские бояре, московские дворяне, стрелецкие полковники, офицеры лейб-гвардии Преображенского полка, адмирал, губернатор, светлейший князь, богослов... Они храбро воевали, были честными чиновниками, судьями, писали книги, строили монастыри и храмы. Описанию всех известных представителей фамилии автор посвящает целый раздел. Многие из них, не попав на страницы учебников, тоже сделали нечто значительное. Федор Авраамович Лопухин в конце XVII века построил храм Михаила Архангела в Спасо-Андрониковом монастыре... Генерал-аншеф Василий Лопухин геройски погиб при Гросс-Егерсдорфе... Директор Департамента полиции Алексей Александрович Лопухин был тем, кому Владимир Бурцев рассказал о двойном агенте Евно Азефе... Варенька Лопухина была музой Михаила Лермонтова... Ротмистр Михаил Сергеевич Лопухин участвовал в неудавшейся попытке освободить из большевистского плена Государя Николая II... Перед нами разворачивается реальная жизнь Российского государства за тысячу лет. Но книга имеет не только юбилейное и просветительское значение, она содержит нетрадиционные оценки, интересные и человеку, хорошо знакомому с отечественной историей.

Вот, например, "матерый человечище" Петр Первый. Помните, как он в одноименном фильме дико вращает глазами и надувает щеки "во славу Отечества Российского"? Глядя на экран, советские зрители должны были уяснить очередную связь времен: "Сталин - это Петр сегодня" и проникнуться мыслью о необходимости отлетания щепок при рубке леса. Да и из историков немногие пытались посягать на эту "глыбу", это ведь все равно, что ругать пирамиду Хеопса. В исполинской тени Петра его жена Евдокия Лопухина и сын царевич Алексей остались лишь никчемными "противниками преобразований". Полемизируя с когортами историков, автор утверждает, что причина конфликта - сомнительный образ жизни, который вел Петр. Сослать жену (носившую в то время в своем чреве ребенка!) в монастырь, обвенчаться с пленной немкой - разве это не оскорбительно для сына? Именно это, а не ненависть ко всему новому было причиной неприязни сына к отцу. Обвинение же Алексея в заговоре и вовсе было беспочвенным. По мнению автора, оно слишком было выгодно Екатерине Скавронской, Меншикову и прочим "птенцам гнезда Петрова". Птенчики просто вытолкнули конкурента. Царевич погиб. "Царская кровь перестала быть священной. И первый шаг к этому сделал Царь Петр". Автор подводит к мысли: подрывая семейные узы, патриархальный уклад в целом, царь разрушал основу самодержавия. А отсюда следует давешний славянофильский вопрос: так ли уж был необходим для проведения реформ отказ от традиционных российских устоев? Почему нельзя было спокойно продолжать то, что начал Алексей Михайлович: налаживать контакты с Западом, открывать школы, реформировать армию?

Иван Владимирович Лопухин был внучатым племянником последней русской царицы. Был председателем Петербургской судебной палаты и главным теоретиком русского масонства, в недрах которого зарождались идеи декабристов, вызревал интеллигентский поиск правды.

А вот Александр Павлович Лопухин поступил нетрадиционно для дворянина - пошел по духовной линии и стал миссионером. Кроме того, Александра Павловича тянуло к библеистике. Поэтому, не приняв священства, он поехал в Америку и был назначен псаломщиком в Никольском храме Нью-Йорка. Он стал крупнейшим богословом своего времени, специалистом по Ветхому и Новому Заветам.

Родословная поколенная роспись князей и дворян Лопухиных заняла в книге более ста страниц. Не все из них знамениты, но каждый - частица истории, листочек на древе государства Российского. Как пишет в послесловии к книге наш современник князь Вадим Олегович Лопухин, Борису Краевскому "удалось осветить многие проблемы, которые и сейчас не утратили своего значения. Это - верность долгу, присяге, служение Отечеству, понятие личной и родовой чести, значимости каждого поступка, упование на Промысел Божий, противление несправедливости, нетерпимость к предательству..."