Нина Щетинина Жоэль Норман. Пьер Донсье (литературная обработка). Французская кухня пяти президентов. / Пер. с франц. А.Лестер. - М.: Издательство Независимая Газета, 2002, 360 с.
Cлюновыделяющие мемуары Жоэля Нормана, шеф-повара Елисейского дворца, достойно продолжают бессмертные раблезианские хроники. Двенадцать тысяч обедов и ужинов, приготовленных автором за тридцать четыре года карьеры, сливаются в нескончаемую оргию консоме с профитролями, фаршированных поросят и паштетов фуа-гра, обильно политых лучшими сортами Шато д"Икем и Дом Периньон.
О, президенты Французской Республики едят не хуже Гаргантюа и Пантагрюэля. За их столом даже привычные нам персонажи предстают в необычном свете. Визит его превосходительства господина Брежнева ознаменован приготовлением филе тюрбо "Жуанвиль", господина президента Горбачева - выбором к ужину тюрбана из морского языка по-дьеппски, господина президента Ельцина - торжеством раков в горшочке по-бургундски. Щедрую пищу читательскому воображению дает приведенное в конце книги меню 63 официальных обедов, сочиненных на кухне Первого дома Франции. А еще (амбициозной хозяйке на заметку) 46 подробных рецептов.
Но французская кухня больше, чем просто еда. Это государственная философия и серьезный тест на верность ей для любого француза, тем паче - политика. Вот лишь некоторые из ее тезисов в изложении Нормана:
"Содержимое тарелки президента укрепляет престиж Франции".
"Наша кухня являлась лицом страны и способствовала повышению престижа Франции во всем мире".
"Скажи мне, что едят в Елисейском дворце, и я скажу тебе, чем живет Франция".
От пристального взгляда из-под белого колпака ничего невозможно скрыть. Правящий политик может пользоваться уважением коллег и надолго очаровать избирателей, но именно его кулинарные пристрастия и отношение к поварам создают или разрушают репутацию. Надменный и капризный социалист Франсуа Миттеран "никогда близко не сходился со служащими и не знал их". Потому "так и не отведал птички овсянки в Елисейском дворце". А аристократ, консерватор Жискар д"Эстен "умел быть искренним и близким" и "помнил, что подавалось на обед или ужин годом раньше". Ему - нижайшее фрикассе и вечная спаржа.
Судьба кухни Елисейского дворца всегда больше, чем политическая жизнь одного из президентов. Со времен Рабле кулинарное искусство - "тот тыл, который претворяет важные решения в жизнь", и Жоэль Норман прекрасно знает это. Его гражданскую гордость оскорбляет одно только подозрение в том, что блюдо было приготовлено из замороженных угрей. Его честь под угрозой, когда начальство вопреки этикету просит подать десерт, не значащийся в меню.
В таких случаях шеф-повар главной кухни Франции всегда готов преподать урок высокой политики. Он способен на поступки, самоотверженность и решительность которых не входят в традиционные представления о негероической природе его профессии. Как в истории с "лососью под раковыми шейками" - центральным блюдом приема, данного де Голлем в честь короля Саудовской Аравии. Не обнаружив раков во Франции (не сезон), Жоэль Норман добился, чтобы их транспортировали на дипломатическом самолете из Турции. Честь Франции была спасена.
Тот, кто готовит еду в Елисейском дворце, удостаивается высшей награды республики - ордена Почетного легиона. Ему стоя аплодируют глава государства и его гости. Супруги президентов спускаются на кухню поболтать о том о сем и гадать по одуряющим запахам состав блюд. А национальный герой продолжает стоять у плиты, снимая пенку с дипломатических отношений.
