«Им нечего делать на Каспии»

Виктор Калюжный уверен, что интерес США к региону связан только с нефтью.
Фото Артема Чернова (НГ-фото)

- Судя по содержанию состоявшихся переговоров, странам региона так и не удалось сблизить свои позиции по разделу Каспия и определению его статуса. Что помешало в ходе бакинского раунда выйти на взаимоприемлемые договоренности?

– Нынешний раунд переговоров можно расценить как положительный шаг и позитивный вклад в дело правового определения статуса Каспийского моря. Это общее мнение вовлеченных в этот процесс сторон – России, Азербайджана, Ирана, Казахстана и Туркмении. Надо сказать, что положительные подвижки уже налицо. Как известно, подписана рамочная Конвенция по охране окружающей среды – ее осталось только ратифицировать. Кроме того, в Баку на все сто процентов согласована Конвенция по вопросам метеорологии. Удалось сблизить позиции и по большинству вопросов, связанных с судоходством на Каспии. Однако остаются и определенные разногласия – не только по разделу дна Каспия, но и по использованию толщи воды, использованию и защите биоресурсов моря, определению морских госграниц, по безопасности региона. Предметом непростых согласований остается и вопрос передвижения на Каспии военных кораблей стран региона.

Развязать весь этот узел проблем на встрече в Баку мы, конечно же, не могли и даже не планировали. Есть вопросы, решение которых выходит не только за рамки компетенции замминистров, но даже глав внешнеполитических ведомств пяти стран. Не исключено, что многое прояснится на запланированном на 6 апреля в Москве заседании министров иностранных дел прикаспийских государств. С такой инициативой выступила российская делегация, и это предложение встретило поддержку других участников бакинской встречи.

– В свое время вы очень жестко отзывались о позиции Туркмении, даже обвиняли официальный Ашхабад в отказе от диалога. Изменилось что-либо в позиции туркменской делегации?

– Положительные сдвиги есть. Они наметились еще до бакинской встречи. Недавно я побывал в Ашхабаде и провел переговоры с президентом Туркмении Сапармуратом Ниязовым. Коротко о результатах этих переговоров можно сказать, что мы получили ответы на все поставленные вопросы. И ответы были многообещающие. Это хорошая новость. Сегодня Туркмения занимает в вопросах раздела Каспия весьма конструктивную позицию – например, по вопросам определения национальных секторов Каспийского моря с применением принципа модифицированной серединной линии. Так что сейчас эту идею поддерживают уже четыре из пяти стран региона – все, кроме Ирана.

– На прошлой неделе заместитель командующего Европейскими силами США генерал Чарльз Волд заявил, что Каспий входит в сферу интересов США, а Вашингтон готов оказать помощь в обеспечении безопасности региона. Как вы оцениваете участие США в решении каспийских проблем?

– Проблемы Каспия страны региона должны решать сами, как говорится, по-семейному, без привлечения посредников. Внешний фактор только создаст проблемы. Было бы интересно, если бы Россия заявила, что имеет свои интересы в районе Великих озер и даже назначила бы своего спецпредставителя, – как бы на это отреагировали в Белом доме? Надо понимать главное: интерес США к Каспийскому региону связан только с нефтью. Ведь сегодня США сами производят всего 240 млн. тонн нефти, а 600 млн. импортируют. Строящийся трубопровод Баку–Тбилиси–Джейхан является чисто американским – нефть по нему пойдет в Америку, а не в Европу. Каждая из пяти прикаспийских стран достаточно независима, имеет свою развитую экономику и способна урегулировать с соседями все спорные вопросы, в том числе и правовые, решить проблемы обеспечения безопасности. По большому счету американцам вообще нечего делать на Каспии, в том числе и с точки зрения обеспечения безопасности этого важнейшего региона мира.

Баку