Гендерного разрыва больше нет!

Россия заняла 42 место в рейтинге равноправия мужчин и женщин. Этот рейтинг составил Всемирный экономический форум. При раздаче мест учитывался доступ мужчин и женщин к качественному образованию и услугам здравоохранения, их участие в общественной, экономической и политической жизни. Лидируют, как водится, Норвегия, Финляндия и Швеция.

Русская служба Би-би-си подчеркивает, что в рейтинге Россия оказалась «после Киргизии и перед Угандой». Такие акценты способны ввести в заблуждение. В действительности 42 место – неплохой результат. Для сравнения: Венгрия═- 60-я, Италия – 67-я, Япония – 98-я. Российские показатели несколько подпортила степень участия женщин в политической жизни. В этом частном рейтинге мы на 100 месте (интересно, что Украина с Юлией Тимошенко – на 117-м).

Уровень участия женщин в политической жизни оценивается по трем показателям. Во-первых, учитывается процент женщин среди парламентариев (в России – 14%). Во-вторых, процент женщин среди министров (у нас – 10%). Наконец, в-третьих, подсчитывается, сколько лет из последних 50-ти государство возглавляла женщина. У нас – ни одного дня. Вот и получилось то, что получилось.

В том, что касается политики, рейтинг Всемирного экономического форума далеко не безупречен. Например, в парламенте государства А может быть 5% женщин. Однако это будут общественные деятели, юристы, экономисты, ученые. А в парламенте государства B женщин может оказаться 20%. И это будут лица с обложек модных журналов, мастера пения и пляса, звезды кино и шоу-бизнеса. Наконец, бывшие спортсменки. Замечательные представительницы прекраснейшего из двух полов, успешные в своих областях – и в то же время с весьма скудным законотворческим потенциалом. Они попадут в парламент по партийным спискам, благодаря хорошим связям и для создания видимости равноправия женщин и мужчин во власти.

О равноправии в политической жизни можно делать выводы, если анализировать не количество мест в парламенте и не количество министерских портфелей, а, например, электоральные предпочтения населения. Какое значение для избирателя имеет пол избираемого (точнее, имеет ли он какое-либо значение)? Готовы ли жители страны А (B, C или Y) избрать женщину президентом? Может ли, по их мнению, женщина быть министром обороны или внутренних дел? И т.д., и т.п. Данные опросов необходимо суммировать, подвергнуть тщательному и всестороннему социологическому анализу, а затем на основании этого анализа заключить, как в отдельно взятой стране обстоят дела с политическим равноправием.

Оценка квот и процентов совершенно не способствует преодолению «гендерного разрыва». Напротив, она ее усугубляет, подменяет решение проблемы видимостью решения. Вовсе не к тому сводится гендерная критика (а именно она, в общем, породила движение за равноправие женщин), чтобы наполнить дамами всевозможные учреждения и сферы нашей жизни. Гендерная критика заключалась и по-прежнему заключается в том, чтобы уяснить: существует биологическая категория пола, а существует набор приписанных тому или иному полу ролей. Эти роли не естественны, не «природны», а социальны. Их распределение – искусственно. Значит, оно может быть подвержено критике и пересмотру. Когда же мы подсчитываем процент женщин в парламенте или выделяем для них квоту, мы тем самым продолжаем утверждать, что «политика – не женское дело», а женское дело – варить борщ и стирать носки. И считаем эти установки естественными.

Мне представляется, что существуют другие вещи и явления, естественным образом ограничивающие участие женщин в политической жизни (например, неспособность мужчин вынашивать, рожать и кормить детей грудью). Мне также представляется, что в нашей стране с равноправием женщин и мужчин все более или менее в порядке. Женщины ходят по метро с дубинками и в милицейской форме. Поднимают штанги, прыгают с шестом, играют в футбол, кувыркаются в кимоно на татами. Поступают на все специальности в вузах. Лечатся и лечат. Пишут книжки, порой даже очень хорошие. Работают в газетах. Более того, подчас даже редактируют газеты. Ведут передачи на радио и ТВ. В метро им грубят и не уступают место наравне с мужчинами – а там, где пропадает куртуазность, исчезает и гендер.

Впрочем, у нас «гендер» нередко считают синонимом «пола». А лицо феминизма в России – Мария Арбатова. В остальном, все не так уж и плохо. А вам как кажется?