От рубля бегут как от чумы

Интересные данные опубликовал на днях Центробанк. Оказывается, в январе рублевые вклады населения снижались 5-й месяц подряд. Их объем за этот период сократился почти на 22%, а именно на 1 трлн. 127 млрд. рублей. При этом доля депозитов в иностранной валюте выросла на 34% и составляет более 6 трлн. рублей.

О чем это говорит? О низком уровне доверия народа к власти, прежде всего. Это лишнее подтверждение тому, что о человеке куда больше говорят его поступки, нежели слова, которые он, подумав минуту-другую, наговаривает на диктофон социологу. Важно не то, что «за Медведева» 70%, а митинги прокремлевских движений кишат людьми. Важно то, что эти люди делают со своими рублями. А свои рубли они конвертируют в доллары и евро. Никакие телепередачи о том, что «на Западе все ужасно», и пророчества о неизбежном крахе американской валюты не помогают.

Считали ли эти люди, что своим благополучием в «нулевые» годы они обязаны т.н. «путинской стабильности»? Да, считали. И, если расспросить их, окажется, что и сейчас они думают так же. При этом значительная часть населения экономически малограмотна. Люди не до конца понимают механизмы экономического роста и упадка. Им, в общем, представляется, что благополучие – результат мудрых действий большого начальника. Был начальник плохой – все было хуже некуда, пришел начальник хороший (Путин) – зазеленели поля и запели птицы. Кризис дискредитирует это доброе волшебство. Изначально дискредитация происходит на подсознательном уровне. Смириться с тем, что ты заблуждался, нелегко. Здесь язык говорит: «Медведеву, Путину – верю!», а ноги несут хозяина к пункту обмена валюты.

Массовая покупка иностранной валюты, конечно, вредит рублю. Никого из нас – ни критиков правящей элиты, ни ее энтузиастов - это обстоятельство радовать не может, мы в одной лодке в бушующем море кризиса. При этом покупка долларов и евро – не безответственные действия. Индивидуум отвечает за себя и свою семью, а не за экономику всей страны. Во всяком случае, он поступает так до тех пор, пока ему популярно не объяснят устройство экономического механизма (чего не было сделано в годы «путинской стабильности») и его, индивидуума, роль в работе машины. Он предпочитает хранить свои сбережения в валюте с лучшей репутацией. Отсюда резонный вопрос к власти: почему восьмилетка стабильности и упований на «особый русский путь» не увенчалась повышением репутации рубля? Очевидно, потому, что все восемь лет мы производили мифы вместо товаров и услуг.

Сильная валюта – знак представлений о силе национальной экономики. Она не может быть знаком представлений о силе политиков.

Отказ от покупки долларов и евро мог бы стать неким актом солидарности внутри общества с пораженной кризисом экономикой. Краткосрочным договором. Подобный пакт возможен в обществе, объединенном едиными для всех его членов ценностями. Он возможен в обществе экономически просвещенном, информированном. Наконец, он возможен в обществе, где народ и власть взаимодействуют в режиме диалога. Российское общество не обладает ни одной из этих характеристик. Их счастливым обладателем, конечно, нельзя стать в одночасье. Однако восьми лет благополучия было вполне достаточно для того, чтобы заложить фундамент демократического общества – или хотя бы не разрушить уже заложенный. Время было растрачено бездарно и впустую.

Впрочем, чего можно желать от рядовых граждан, если крупнейшие банки точно так же поступают с ликвидностью, полученной от государства?!