Станислав Минин. После скандала с майором Евсюковым милиция, похоже, всерьез озаботилась своим общественным имиджем. Совершая различные телодвижения, МВД просит не считать их «компанейщиной». О некоторых новациях и планах по «очистке рядов» рассказал «Интерфаксу» генерал-лейтенант милиции Владимир Кикоть, глава департамента кадрового управления МВД. В частности, с 1 января 2010 года сотрудники милиции будут предоставлять сведения о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, причем не только на себя, но и на супругу (супруга) и несовершеннолетних детей. Эта информация также может передаваться для публикации в СМИ, добавил Кикоть.
В МВД эту новацию связывают с «нормами нового антикоррупционного законодательства». Здесь есть некоторые загвоздки. Например, в одном из президентских Указов от 18 мая 2009 года есть перечень «подотчетных» сотрудников милиции, чьи доходы (включая доходы жен, мужей и детей) могут предоставляться по запросу СМИ и становиться достоянием общественности. В этом перечне есть начальники ОВД, но нет их замов, нет участковых инспекторов. Между тем, вовсе не с начальников отделов начинается коррупция в милиции. Это хорошо понимают в МВД, и министерство, судя по словам Владимира Кикотя, будет владеть информацией о доходах всех сотрудников и их семей.
Что из этой информации будет доступно СМИ? Если газета сможет запросить и получить в ОВД района Х города Y сведения о доходах семей его сотрудников, то мера может оказаться действенной. Пусть это и будет идти в разрез с соображениями конфиденциальности, защиты информации и частной жизни; в конце концов, не мешало бы определиться, где именно у государственного служащего, финансируемого из кармана налогоплательщиков, начинается частная жизнь. В противном случае новации МВД лишь сформируют атмосферу жуткой и бессмысленной деятельности. Коррумпированная система будет смотреть на себя в зеркало, и ничто, кроме собственной совести, не заставит ее умыться, причесаться, постирать одежду. Общество столкнется с типичной русской проблемой – необходимостью ждать, пока власть (а милиция – это, безусловно, власть) нечто поймет и изменится сама собой.
Еще одна любопытная задумка МВД, озвученная Владимиром Кикотем, сводится к тому, что для назначения на вышестоящие должности будет необходимо «личное поручительство». Внешне эта мера выглядит убедительно, она фактически устанавливает цепочку ответственности, о которой так много писала пресса после трагедии в супермаркете «Остров». Однако подводные камни есть и здесь.
Конечно, начальник, рекомендуя своего протеже на пост начальника ОВД, позаботится о том, чтобы его ставленник был вменяем и адекватен, не размахивал оружием в пьяном виде. Но ведь это не единственная проблема, которую необходимо решить милиции. Евсюков – наиболее яркий и вызывающий симптом болезни. Это вершина айсберга. А что под водой?
Милицейское начальство, политики и общественные деятели, защищая систему на ТВ и на страницах газет, ссылаются на «тысячи честных милиционеров, людей долга, самоотверженно служащих Отчизне». Однако эти тысячи – сиюминутный срез, он ничего не говорит о длительных отрезках времени. Между тем, в системе, где успешное целеполагание и целедостижение практически невозможно вне коррупционных практик («крышевания», «откатов», взяток), честный человек просто не может чувствовать себя комфортно. Он не может существовать в ней долго, не меняясь. Именно поэтому нередко приходится читать о милиционерах, уволившихся со службы из-за самой системы.
Высоки ли шансы у честного сотрудника насквозь коррумпированной структуры получить заветное «личное поручительство»? Высоки ли шансы, что на новом месте он останется таким же честным, неподкупным, славным и замечательным? Сколько факторов должно совпасть, чтобы получился искомый результат?
Впрочем, даже если идеи МВД окажутся непродуктивными, в самом факте их появления есть позитивная черта. Государственная структура вынуждена реагировать на общественный запрос. В последнее время в России все чаще бывает наоборот: государство само формирует запросы от имени общества┘
Дарья Гармоненко 
