Путин открыл ящик Пандоры

Фото Reuters.

Рабочим «Русского вольфрама» в Светлогорье погасили долги по зарплате. Губернатор Дарькин дал гарантию, банк выделил средства. Можно порадоваться за людей, не видевших денег семь месяцев и оказавшихся на грани отчаяния и выхода на дорогу. Однако, кажется, пикалевский призрак начал бродить по России. Похоже, премьер Путин открыл в Пикалеве ящик Пандоры.

Вот что интересно: премьер прилетает в пораженный кризисом город. Устраивает публичную, с привлечением ресурсов федерального ТВ, головомойку «безответственному бизнесу». Возвращает жителям работу, тепло, зарплату и пищу. Должно это укрепить его авторитет? Положительно сказаться на его политическом рейтинге? Безусловно, должно. И сказывается – в краткосрочной перспективе. Это вспышка популярности, освещающая лишь один уголок нашей действительности. Тот самый, где находятся придавленные заботами люди. Они ищут выход и вдруг находят его в лице грозного, доброго и справедливого мага из Москвы.

Магии на всех и надолго не хватит. Вспоминается эпизод из рок-оперы «Иисус Христос – суперзвезда». Иисус исцеляет прокаженного. Затем еще одного. И еще. Но их слишком много, появляются все новые и новые, тянут к нему руки, перечисляют свои болячки, облепляют его – и вот он уже беспомощен и возопит в отчаянии: «Вас слишком много!» Если события после пикалевского казуса будут развиваться по принципу домино, в роли чудесного исцелителя, которому остается лишь развести руками, окажется центральная власть.

Мне кажется, что власть сама создала ситуацию, в которой приходится выбирать из двух зол, двух проигрышных вариантов. Путин мог полететь в Пикалево (что он и сделал) и создать прецедент, чреватый длительной головной болью. Корреспондент британской The Times Тони Халпин, на мой взгляд, подметил верно: премьер, сам того не желая, мог раздуть огонь новых протестов. Да, Путин назвал акции пикалевцев незаконными. Но эти слова премьера быстро выветриваются из памяти, а остается в ней лишь последовательность доказавших свою эффективность действий. Перекрытие трассы становится чем-то вроде обряда вызова волшебного помощника. Чем-то вроде заклинания «Стань передо мною как лист перед травою!»

Путин мог не летать в Пикалево. Власти не пришлось бы опасаться вышеизложенного протестного сценария, он был бы иным – при неизбежности недовольства в тех же моногородах. В конечном итоге, Центр все равно оказался бы виноватым. Он стал бы заложником властной вертикали, собственного политического прожекта, в рамках которого все векторы инициативы исходят из одной точки, а все векторы ответственности в этой же точке сходятся.

Впрочем, вертикаль уже показала свою непригодность. Ни Путину, ни Медведеву не пришлось лететь в Светлогорье. Все сделал Дарькин. Но сделал лишь после того, как президент пригрозил губернаторам, допустившим рост задолженностей по зарплатам, отставкой. Разве такая вертикаль – исправная машина? Она напоминает ветеран-телевизор, по которому приходится стучать кулаком, чтобы он работал. Или часы, в которых приходится самому передвигать стрелки.

Часто приходится слышать, что успешность вертикали подтверждена всеобщим процветанием в «нулевые». Это не так. Эффективность системы власти проверяется не «сытыми» годами, а дурными. Точно так же эффективность пожарной службы проверяет пожар. Наивно полагать, что пожара не будет никогда и набирать команду, способную гордо дефилировать по улице во время городского праздника, но не способную бороться с огнем.

Столь же наивно полагать, что ответственность перед шефом в Москве серьезнее, чем ответственность перед избирателями на местах. Что эта ответственность – надежная подушка безопасности. Что опасности никогда не будет┘