Екатерина Буданова
Отар Иоселиани.
НАДО признаться, что после явного неуспеха фильма "Разбойники: глава VII" мало кто ожидал от Иоселиани каких-то откровений. Собственно, начав в конце 50-х, грузинский режиссер снял такое количество шедевров, что вполне можно было бы простить, если бы их запас наконец иссяк. Тем более что фильм "Охота на бабочек" прозвучал эдаким торжественным финальным аккордом и казалось, что это и есть венец мастера. Но все, кто так думал, оказались не правы. Потому что Иоселиани снял еще одно легкое и одновременно гениальное кино. "In vino veritas" - это достойное продолжение традиции лучших французских работ грузинского режиссера. Сейчас уже вполне можно выстроить логически законченную трилогию: "Фавориты луны", "Охота на бабочек", "In vino veritas". Так же трехчастно сложились его лучшие грузинские работы: "Листопад", "Жил певчий дрозд", "Пастораль". Каждый новый фильм, с одной стороны, продолжает тему предыдущего, но неизменно привносит в авторскую стилистику что-то новое.
Что такое вообще "стиль Иоселиани", который невозможно спутать ни с каким другим? Во-первых, прославившись как режиссер грузинской новой волны, Иоселиани, уехав на Запад, не стал отрекаться от "нововолновых" принципов, как это часто бывает с режиссерами-эмигрантами, получившими возможность снимать "за деньги" и "на деньги". По-прежнему избегая эффектных крупных планов и монтажных изощрений, Иоселиани снимает своими традиционными "общаками", подчеркивая, а не скрывая, присутствие камеры, создавая у зрителя вуайеристский эффект. Такими откровенными общими планами пользуются, как правило, только режиссеры-документалисты, и то исходя из невозможности снимать иначе. Иоселиани же нарочито создает эффект документальности - в "Истине в вине" нет ни деталей, ни портретов, зритель все время наблюдает за героями откуда-то из-за угла. "В идеале, - говорит Иоселиани, - я хотел бы снимать актеров скрытой камерой, чтобы они об этом не подозревали".
Исходя все из того же принципа документальной правдивости, Иоселиани предпочитает не иметь дело с профессиональными актерами. "Мне нужны непосредственные реакции, а не набор штампов". В "Охоте на бабочек" Иоселиани снял в одной из главных ролей своего друга философа Александра Пятигорского. В "Истине в вине" центральную роль пьющего главы семейства режиссер взял на себя.
Наконец, самое специфическое и узнаваемое в стилистике Иоселиани - это его сюжеты, которых в классическом смысле не существует. Сюжет "In vino veritas", равно как и сюжеты "Фаворитов луны" и "Охоты на бабочек", выстроен по принципу большой грузинской семьи: каждый живет своей жизнью, но все чувствуют себя одним целым. В последнем фильме у Иоселиани, как всегда, очень много персонажей: у каждого своя тема, свое маленькое сумасшествие. Сперва возникает ощущение полной какофонии, и, лишь втянувшись в картину, начинаешь понимать, как тонко связаны и сплетены персонажи между собой и где тот самый сюжетный центр, который их объединяет. Вообще же Иоселиани хотя и говорит, что избегает традиционных сюжетообразующих правил, но при этом использует самое древнее из них: он строит свой фильм под стать сюжету старинного эпоса. Его герои, очень характерные и подвижные, всегда чуточку условны. Каждый из них не просто живет внутри картины, но и несет в себе некоторую сверхидею. В его фильме связываются между собой истории нескольких поколений, так что временные границы размываются в обе стороны и возникает ощущение обозримой бесконечности. Стоит еще добавить к этому экзотичный и абсолютно наднациональный сплав французского и грузинского (например, в фильме много старинных французских песен, исполненных на старинный грузинский манер).
А еще в фильме много воздуха. Он легкий и ненавязчивый. Можно смотреть на экран и чувствовать себя человеком, сидящим в парижском кафе и сквозь большое чистое окно наблюдающим непосредственно жизнь. Потому что если задать вопрос "О чем кино?", то в случае с Иоселиани легко попасть впросак и прийти в ужас от банальности собственных формулировок. По большому счету: кино обо всем, обо всех и о каждом.
