Григорий Заславский
В кругу карикатуристов, говорят, наибольшим уважением пользуются те мастера, чьи рисунки смешны безо всяких разъясняющих подписей, те, в частности, которые раньше - на всякий случай - все равно сопровождали "текстовкой": "Без слов". "Девушки битлов" - спектакль, премьеру которого сыграли в конце минувшей недели во МХАТе имени А.П. Чехова, конечно, к карикатурам отнести нельзя, тем более он далек от успеха. Но в каком-то смысле "тянет" как раз на такой краткий отклик. Многословие спектакля - прежде всего сюжетное, затем - режиссерское, до того утомительное, что в ответ хочется просто развести руками. В смысле: ну если вы этим начинаете, тогда я не знаю┘ Или: если вы это называете современной драматургией, то, может, и впрямь правы те, которые отказывают ей в таланте и прочих достоинствах┘
"Девушки битлов" драматурга-дебютанта и известного театрального переводчика Сергея Волынца - пьеса, которая бы естественно смотрелась в репертуаре Театра под руководством Олега Табакова. По духу она, конечно, оттуда и туда. По букве, конечно, не дотягивает, уступая, на мой вкус, даже несовершенной пьесе Петра Гладилина "Любовь как милитаризм" (если перебрать последние премьеры в подвале на улице Чаплыгина).
Александр Марин - замечательный актер не нынешней, а той, ранней и во многом легендарной "Табакерки" (и для того театра - знаковый, сущностный, если можно так сказать). Переиграв всех героев-неврастеников, от Долгоносика в "Двух стрелах" Володина до учителя русского и Хлестакова, он, когда отчасти в силу естественных причин его репертуар перераспределился между Евгением Мироновым, а потом и Сергеем Безруковым, перешел на режиссерскую работу. О том, что он ставил в Канаде, существуют разные отклики. Спектакли, поставленные в Театре под руководством Табакова, шумной славы ни театру, ни молодому режиссеру не принесли. "Девушки битлов" - тот случай, когда не знаешь, что хуже - пьеса или поставленный по ней спектакль.
Хорошо журналистам: до того, как проводить их в зал, устроили двухчасовую пресс-конференцию с бутербродами с красной и белой рыбой, с пирожками с капустой и с мясом┘ Рассказали, что в декабре средняя заполняемость зала составила 96%, а кассовые сборы МХАТа превысили 2 млн. рублей. Самые дорогие билеты теперь стоят 500 рублей, а самые дешевые - 50. В общем, растет посещаемость, а вместе с ней и доходы┘ Скоро, 1 февраля, будет объявлено о создании Общества друзей Художественного театра. "Девушки битлов" - первый спектакль "табаковской сборки" или, если угодно, "табаковского призыва". По одному спектаклю на Малой сцене делать окончательные выводы не стоит (да никто и не станет). Основные силы брошены на "Кабалу святош", пьесу, знаковую не только для МХАТа, но и для Табакова, который принимает роль Мольера из рук Ефремова (и Табаков, и режиссер спектакля Адольф Шапиро не раз заметили, что Ефремов и при жизни просил ввести Табакова на эту роль). Александр Марин вроде бы ангажирован на следующую работу. А после "Кабалы святош" ожидается постановка Владимира Машкова. Табаков пообещал, что до конца года Марк Розовский поставит переводную комедию "Кошки-мышки", Темур Чхеидзе - "Антигону" (где сыграет Отар Мегвинетухуцеси), а Римас Туминас - "В ожидании Годо" с Табаковым и Гафтом в главных ролях. К 2004 году планируется новая постановка "Вишневого сада", а также восстановление настоящего сада напротив Любимовки, по другую сторону Клязьмы, с возведением мостика через речку. Есть о чем написать.
Что делать обычным зрителям, наблюдающим как более или менее сентиментальный и в меру увлекательный сюжет вдруг превращается в какую-то вампуку, белиберду, в которой все более беспомощные ситуации и нагромождения слов воплощаются в столь же трудно перевариваемую игру?
Сначала все ясно. В программке написано: "Девушки битлов. Телешоу для театра". Телевизионного ведущего играет Игорь Угольников. В его программу некто, который просит, чтобы его называли Сержантом Пеппером (Игорь Золотовицкий), приводит героинь своей книги: документального повествования про девушек битлов - тех случайных знакомых, временных попутчиц Джона, Пола, Джорджа и Ринго, которым впоследствии посвящали они свои песни. Рита (Нелли Неведина) - девушка с бензоколонки, Сэди (Юлия Чебакова) - "секси Сэди", Люси (Полина Медведева), Мишель (Наталья Рогожкина). Угольников оказывается, что называется, кстати, играя именно то, что нужно, - в нужное время и в нужном месте. Золотовицкий - в своей обычной манере, чуть-чуть заторможенного, мягко говоря, чудаковатого недотепы. (Что поделать, если ничего другого он уже, видимо, не может сыграть?!) Девушки - каждая по-своему - хороши. Четверо персонажей, довольно странно поименованных в программке как "Ленин", "Маркс", "Маяковский" и "Эйнштейн", как слуги просцениума, довольно остроумно ассистируют им в их монологах-представлениях. Но в какой-то момент все вдруг путается и летит в тартарары.
Как всякий начинающий драматург, Волынец все пьесы, условно говоря, Чехова намеревается вместить в одну, причем мысль о том, что недосказано что-то главное, приходит ему в голову в тот самый момент, когда какой-нибудь дешевый реалист капитулировал бы, спасовал и поставил точку. Вдруг оказывается, что все происходит не на телевидении, а в психиатрической клинике, Золотовицкий сам облачается в больничную пижаму, а Угольникова заталкивают в спецодежду насильно. Люси под дулом пистолета заставляет ведущего телешоу принять какой-то сильный наркотик┘ Начинается полный улет - с вентиляторами и летающими по воздуху блестками. Потом раздвигаются телевизионные декорации, за которыми прятались цветные деревья с разноцветными плодами на них. Потом Угольникова убивают, все принимаются танцевать в новых цветных нарядах. Потом (или - перед тем?) все снова и еще окончательнее запутывается. Четверо "подмастерьев" появляются в гримах Ленина, Маркса, Маяковского и Эйнштейна и соответственно своему образу картавят или играют на скрипке┘ Когда, по всем расчетам, до заключительных слов оставалось минут пять, не больше, вдруг выясняется, что Сэди никогда не уезжала из Соуэто, а Мишель вопреки всем прежним заявлениям очень хочет посмотреть на себя в зеркало. После чего героини знаменитых песен (а вернее, девушки, которые только выдавали себя за таковых) берут в руки музыкальные инструменты и играют живьем, как какой-нибудь старый добрый ВИА. Четыре фанатки-битломанки поют песню своих кумиров. Фонограмма подхватывает и заглушает их.
Вот такая история┘ Начинается, как милый бред, продолжается, как просто бред, совсем уже не милый, кончается снова мило, но оценить сентиментальный финал получается не у всех.
Среди других, менее значительных, хотя, возможно, и более очевидных, самый существенный недостаток спектакля "Девушки битлов" - в неспособности к внятному высказыванию. Как ни крути, любовь к "Битлз" - история целого поколения, и как бы кто ни говорил, рассказ про эту любовь, пусть и в жанре "телешоу для театра", - рассказ о поколении. О своем, если иметь в виду автора пьесы и режиссера (хотя они и не однолетки). Не получилось, косноязычие - в эстетическом, так сказать, плане - подвело.
***
В репертуаре МХАТа имени А.П.Чехова сегодня нет спектакля Михаила Ефремова "Злодейка, или Крик дельфина". Очень жаль. "Злодейка" была исповедью поколения, спектаклем-самоидентификацией, во всяком случае, попыткой таковой, и, против нынешних "Девушек битлов", весьма удачной. Она многое говорила о надеждах и разочарованиях поколения, по сути - того же, о котором пишет вослед Охлобыстину Сергей Волынец. Если это было сделано ради "Девушек битлов" - тем более жаль.
