Майя Крылова БАЛЕТ "Кармен-сюита" редко идет в труппе Гедиминаса Таранды: не всегда в наличии есть кандидатка на роль работницы табачной фабрики. Ныне "Имперский русский балет" пригласил в "Кармен" четырех солистов из разных театров, отчего у танцовщиков случились четыре личные премьеры. Солисты анонсированы как "звезды мирового балета". Среди гостей есть иностранка, японка Тамийо Кусакари. Она появилась потому, что с "Кармен" труппа Таранды примет участие в октябрьских вечерах Майи Плисецкой в Японии (Майя Михайловна - президент "Имперского русского балета"). Но главной приманкой нынешней "Кармен" наметили Анастасию Волочкову. Разрекламированная Анастасия обладает поистине нечеловеческой работоспособностью. Она, кажется, задалась целью станцевать все во всех московских балетных театрах. По дороге на балет каждый мог увидеть огромную афишу с ее Кармен (белокурая бестия с розой за ушами) - афиша висела на Петровке аккурат напротив здания МУРа.
...Титры балета дважды пишутся через дефис: в названии ("Кармен-сюита") и в перечислении композиторов (Бизе-Щедрин). Влюбленный муж Плисецкой Родион Щедрин когда-то создал для страдавшей от однообразного ГАБТовского репертуара жены аранжировку оперной партитуры. Кубинский хореограф Альберто Алонсо поставил в 1967 году балет специально для Плисецкой. Идея здесь проста. Любовь - коррида. Жизнь - красная тряпка, которой судьба нас дразнит. Как процитировано в программке, Кармен "свободной родилась - свободной и умрет".
Спектакль сперва пыталась запретить советская министерша культуры Фурцева. Не разобравшись, что в героинях - сторонница свободной любви, начальница упрекнула Плисецкую в искажении образа прогрессивной "дочери испанского народа". В конце 60-х этот балет воспринимался диссидентски: и движения необычные, неклассические, и финал неоптимистический. Подтекст тоже есть - как бы протест против регламентации личной жизни. Плисецкой, в конце концов пробившей спектакль, устраивали овации. А от ее страстных дуэтов с Александром Годуновым-Хозе в Большом, кажется, сгорали электрические пробки.
Зданию "Новой оперы", где прошли две подряд "Кармен-сюиты", катаклизмы не грозили. Потому как спокойствию участников первого спектакля могли позавидовать древние сфинксы. Коренастая серьезная японка сместила акценты в сторону размеренной чайной церемонии. Ее Кармен передвигалась на пуантах так, словно семенила в кимоно. Партнер Ильгиз Галимуллин из Театра классического балета, маленький и юркий, оживлялся лишь на короткие мгновения, чтобы привычно прыгнуть. В разгар любовного танца он осторожно клал голову на грудь Кармен, словно добрый доктор прослушивал бронхи пациентки - "а что у нас болит, милочка?"
Второй Хозе - Евгений Иванченко - и в родной Мариинке есть самый никакой премьер, и в московской постановке он лишь сюжетно сопровождал Волочкову. Она же, как всегда, холодно поиграла в соблазнение: зазывно водила плечиком, эффектно отставляла бедро, стреляла глазами в зал - и вообще нагнала океан глянцевой эротики. Вскоре профессиональные достоинства брутальной красавицы предстоит оценить англичанам: Волочкова отправляется с концертами в Лондон и вывозит с собой "Русский балет" Вячеслава Гордеева.
