Грешники, праведники, охранники┘

Два года назад Никита Михалков объявил о намерении построить специальный фестивальный центр, под крышей которого будут показывать фильмы, устраиваться приемы, работать кинорынок и где вообще можно будет окунуться в атмосферу «трудового» праздника. Разговоры о строительстве быстро затихли, открывается и закрывается Московский фестиваль по-прежнему в «Пушкинском», а кино теперь смотрят почти только в мультиплексе «Октябрь» и немножко в Доме кино. Не надо бегать по жаркой Москве или ползать в пробках из одного кинотеатра в другой, гоняясь за нужными тебе фильмами.

Однако окунуться в атмосферу трудового праздника все как-то не удается. Охрана в «Октябре» своя, не фестивальная, а общаться она привыкла, видимо, с не совсем трезвыми тинейджерами, с посетителями местного казино и поклонниками игровых автоматов. Для тех, кто работает на фестивале, руководство мультиплекса скидок не делает. «Сумки на стол!» – гласит суровая надпись на металлоискателе. Жаль, что через запятую не дописали «подонки!» или «блин» – общий стиль только бы приукрасился. Ощущение такое, что фестиваль сильно мешает развлекательному центру, и тебя хоть и терпят, но регулярно дают понять, что все мы здесь лишние.

Светская жизнь, конечно же, идет чередом, хотя на этот раз довольно вяло. Поскольку звезд мирового кино в этом году практически нет, то светские мероприятия носят характер междусобойчика, на которых в основном можно увидеть молодых звезд сериалов ну и Никиту Михалкова. Впрочем, во вторник прилетела Жаклин Биссет – хоть и не самая большая любимица российской публики, но звезда. Сегодня прибывает Клод Лелуш, завтра – Иштван Сабо.

Конечно, колоссальный недостаток Московского фестиваля – отсутствие кинорынка. На любом крупном фестивале (а ведь именно к таковым пытается себя причислить и Московский) фильмы, приемы, премьеры – лишь верхушка айсберга. На этой верхушке и сидят гости, журналисты, актеры и пр., а основную массу составляют деловые люди, которые приезжают продавать и покупать. В отсутствие кинорынка фестиваль превращается в яркое пафосное мероприятие, ничем не привлекательное для кинобизнеса – как отечественного, так и мирового.

Хотя, конечно, представить себе, что Московский фестиваль вдруг обзаведется кинорынком, трудно. Предположить, что кто-то захочет здесь что-то купить, трудно. Конкурсная программа пока оставляет ощущение случайно выхваченных откуда-то фильмов, частью, может, и неплохих, но вторичных от и до. Пока самой неординарной можно считать, пожалуй, немецкую картину «Страхование жизни» о молодом человеке, который, пытаясь заработать деньги на страховании чужих жизней, перестает справляться с собственной.

По вечерам душный зал Дома кино, так и не оборудованный кондиционерами, заполнен до отказа. На премьере картины «Остров» Павла Лунгина не осталось места даже на ступеньках, и особо мужественные выстояли два часа на ногах вдоль стен. И надо сказать, не зря. Тема преступления и наказания, покаяния и прощения всегда была любима в России, и русским кино в частности. И вроде не скажешь, что о ней начали забывать, в нашем кино она опять начала то и дело мелькать. Фильм рассказывает историю матроса, во время войны убившего своего капитана в обмен на собственную жизнь (блистательная игра Петра Мамонова), а потом оказавшегося в монастыре под именем отца Анатолия, старца, исцеляющего страждущих, но так и не сумевшего найти мир в собственной душе, пока это не сделал неожиданно появившийся через тридцать с лишним лет тот самый, неожиданным образом выживший капитан и не дал ему прощения. Тему прощения и покаяния Лунгин разработал и показал очень нестандартно, предоставив в итоге самому зрителю разбираться, есть ли на земле грешники и праведники и кому дано право судить и прощать – Богу или человеку.