Лакировка и действительность

Невиданное дело: муж изо всех сил мешает жене-актрисе раскрыться. Андрей Кончаловский и Юлия Высоцкая.
Фото Артема Чернова (НГ-фото)

«Кинотавр», уверенно взявший курс на повышение вменяемости, в силу общей культурной ситуации пока не готов окончательно отказаться от своего главного прежнего достижения – нелепых фильмов. С них и начали.

Фильм церемонии открытия «Глянец» Андрея Кончаловского должен был стать укором блестящей публике в зале – бабочку надел, а о душе забыл. Главная героиня, старательно «гэкающая» ростовчанка Галя (Юлия Высоцкая), прощается с пьющей мамой и ее козой, чтобы отправиться в Москву – в редакцию самого глянцевого на свете журнала Beauty. Она этот журнал все время читала, пока наконец не попала под разлагающее обаяние гламура. Впоследствии Галя пройдет все круги глянцевого ада – будет работать швеей у эксцентричного модельера (Ефим Шифрин), случайно окажется на подиуме, а потом станет менеджером в агентстве элитных моделей, которых, сами знаете, зачем ведут в кабинет и сажают в частный самолет. Финал не оставляет возможности для однозначной трактовки: Галя то ли умерла, то ли наоборот – вышла замуж за нелюбимого олигарха, разглядевшего в ней вторую Грейс Келли. В сущности, структура романа «Дьявол носит Прада» (столь нелюбимого соавтором сценария Дуней Смирновой) воспроизводится на отечественном материале – с добавлением козы, братков и литературной пародии на прозу Сорокина.

Блестящая публика ничуть не устыдилась. Человек, создавший «Глянец», больше всего похож на Дон Кихота, вместо ветряной мельницы увидевшего перед собой великана. Кончаловский сражается не с всепобеждающим русским гламуром, а со своей фантазией о нем – есть где-то такое заповедное царство попа Иоанна, и населено оно такими-то и такими-то существами, сам не видел, а люди рассказывают. Строить сюжет на культе журнала Beauty – все равно что снимать фильм о разлагающем влиянии государственной пропаганды в редакции газеты «Тещин язык». Кончаловский на пресс-конференции сказал, что это не важно: детали – ничто, идея – все.

«Это не важно» – вообще один из основных принципов наших заслуженных режиссеров, осмысляющих актуальные явления действительности (вспоминается «Олигарх» Павла Лунгина, столь же правдоподобно и убедительно рассказывающий о героях предыдущего десятилетия). Главный парадокс «Глянца» заключается в том, что в натужном комиковании Юлии Высоцкой можно разглядеть признаки большого таланта. Ситуация, в которой муж-режиссер тянет бездарную жену-актрису, встречается сплошь и рядом. Но вот чтобы талантливой жене изо всех сил мешали раскрыться – таких примеров еще поискать.

Вторым казусом «Кинотавра» стал конкурсный фильм дебютанта Ярослава Чеважевского «Кука» (в одном из интервью режиссер признался, что никакие чужие фильмы ему не нравятся, и вот он решил снять свой). Дина Корзун играет немолодую дочь бывшего госчиновника, которая переехала из Москвы в Петербург и поступила на работу в социальную службу. В течение всего фильма она идет навстречу судьбе – маленькой самостоятельной девочке, которая живет в сторожке на законсервированной строительной площадке вместе со скелетированным трупом своей бабушки. «Кука» – разумеется, не хоррор (хотя исполнительница заглавной роли Настя Добрынина выглядит довольно зловеще), а добрая лирическая комедия: публика в зале хлопала, смеялась и плакала – не в пример озадаченным кинокритикам.

Впрочем, казусы на этом закончились, и у профессионального зрителя на «Кинотавре» случился праздник – показ конкурсного фильма «Два в одном» Киры Муратовой. Два короткометражных сценария – Евгения Голубенко и Ренаты Литвиновой – довольно механически, но не без изящества объединены в один фильм. Действие происходит в театре. В первой новелле – за сценой: один из актеров повесился на декорации, вызвав своим поступком крайнее неодобрение со стороны окружающих. Вторая часть – собственно спектакль, который зрители смотрят в этом освященном присутствием смерти театре. У шведов есть такая макабрическая поговорка «Инцест, инцест – фамильный праздник». Так вот в случае с новеллой по сценарию Литвиновой праздник этот приходится на Новый год: героиня Натальи Бузько, дочь пожилого жовиального мужчины (Богдан Ступка), приводит в дом свою подругу (Рената Литвинова), чтобы избавиться от папиных сексуальных притязаний. Сценическое пространство с кажущейся легкостью преобразуется в «реальное», искусственный снег то становится настоящим, то снова превращается в театральный пенопласт – этим бы фильмом, пожалуй, да заменить «Иронию судьбы» в новогоднем эфире, вот было бы волшебство. «Два в одном» – это двойная доза Муратовой-комедиографа и бенефис Ренаты Литвиновой: нечто подобное – пергидрольное, веселое и вульгарное – она уже изображала в балабановских «Жмурках», но у Муратовой образ доведен до абсолютного совершенства.

Непрерывный хохот, стоящий на «Кинотавре» (от неудобных шуток Муратовой или от смущения за авторов «Куки» и «Глянца»), оборвался с «Яром» Марины Разбежкиной, поставленным по повести Есенина. В своем новом игровом фильме режиссер-документалист «подсмотрела» за русской деревней начала XX века. В центре истории – деревенский интеллигент Константин (Михаил Евланов), который с бесстрастием Клима Самгина наблюдает за окружающей его действительностью – заурядной и жуткой. Жизнь в России всегда была такова: в лес пошел – дикие звери задрали, в реку залез – затянуло стремниной. Ребенок умер, мать задушили во время паломничества, помещика-мироеда убили крестьяне┘ Можно в город податься, но держит этот пейзаж и этот проклятый Яр – и если попасть в этот ритм, задаваемый Разбежкиной и оператором Ириной Уральской, то можно все два часа фильма высидеть, как под гипнозом, не разбирая слов и не следя за сюжетом. Евланова между тем уже можно считать претендентом на актерский приз.

Первую же свою награду «Кинотавр» отдал еще на открытии – исследователю и теоретику кино, продюсеру и директору Венецианского фестиваля Марко Мюллеру, который в прошлом году увез из Сочи сразу три фильма и еще неизвестно сколько увезет в этом.

Сочи