Термогубернатор

Хороший ли он актер? Вряд ли. Да это и не важно.
Фото Reuters

Неизвестно, как сложилась бы судьба австрийского мальчишки из города Грац, не будь его отец – бывший начальник полиции и член нацистской партии – человеком до крайности жестоким.

Своего младшего сына Арни отец муштровал и лупил все свободное время, и тому оставалось только тихо плакать на груди у безмолвной забитой матери. Вероятно, в детском мозгу стучало: «Вот вырасту, покажу ему». Так путь к славе начинается порой с детских обид, слез и желания доказать миру, что ты не хуже других.

Жизнь Арнольда Шварценеггера опровергает расхожий стереотип «Сила есть – ума не надо». Конечно, любимым учеником Спинозы его не назовешь, но своими мускулами он распорядился правильно. В пятнадцать лет Арнольд пришел в атлетический зал, где принялся накачивать мускулы, даже смутно не представляя себе, зачем они пригодятся, но понимая, что не пригодиться такое богатство не может. Вскоре он стал «Мистером Вселенная», потом – «Мистером Олимпия». Горизонты открылись необозримые, но Арнольд быстро смекнул, что мускулы, даже такие, как у него, – еще не профессия. Снялся в кино, но не очень успешно. «Геркулес в Нью-Йорке» можно считать провалом. Впрочем, немного привычно упорного труда – и вот он уже обладатель «Золотого глобуса» за роль в картине «Оставайся голодным». А дальше произошло то, чего, наверное, не могло не произойти. На Шварценеггера стаей накинулись кассовые режиссеры, предлагавшие его мускулам высокооплачиваемую работу. Как он мог не согласиться? И пошли «Конан-варвар», «Хищник», «Терминатор». Шварценеггер получил американское гражданство и стал одним из самых востребованных голливудских актеров.

Хороший ли он актер? Трудно сказать. Спросите любого на улице: «Кто такой Шварценеггер?» Девять из десяти скажут басом: «I’ll be back». Вряд ли это именно то, о чем может мечтать артист. Тут, конечно, очень хочется сказать, что под этими железными мускулами бьется нежное сердце и трепещет ранимая душа. Может, душа и сердце у него и правда нежнее, чем мускулы, однако все-таки на втором месте после мускул – вполне расчетливый ум. Этот ум и подсказал ему сначала попробовать себя в ролях обычных и даже порой нелепых людей в фильмах вроде «Джуниора» или «Близнецов», где он составил прелестный дуэт с колобком Дэни де Вито. Но, как говорится, не покатило. То ли актерского таланта не хватило, то ли не нашлось умных смельчаков-режиссеров, попробовавших оторвать от Шварценеггера ярлык. А может, и то и другое. Словом, по-настоящему хорошего актера из него не получилось. Все это он быстро понял и еще во вполне молодом возрасте, едва за 50, попробовал себя в политике. Получилось. Иногда кажется, что вся его мускульная карьера была лишь подготовкой к политической деятельности. Он вообще ко всему готовится всерьез. Между прочим, предложение своей нынешней жене – и единственной, кстати, он сделал только через 10 лет после начала их романа. А жена его, Мария Шрайвер, журналистка, – из клана Кеннеди, племянница Джона Кеннеди.

В общем, все у него, похоже, получилось. Или почти все. Карьера удалась – и актерская, и политическая. Отцу, которого давно нет в живых, все, что хотел, доказал. Разве что президентом ему пока не стать, потому что не в Америке родился. Семья отличная, пятеро детей. О чем еще мечтать? Может, только о том, что когда-нибудь, не скоро, если спросить на улице, кто такой, скажем, Рональд Рейган, девять из десяти скажут: «Один из президентов США в эпоху Шварценеггера».

В одном из американских журналов как-то проводился опрос на тему: «Шварценеггер – какой он?» Одна жительница Калифорнии, домохозяйка, закатив глаза, выдохнула: «Надежный и теплый». Хочется добавить – «как термос». А «термос» и «терминатор», кстати, имеют один корень.